Яна закатила глаза.
— Нервы… Да, нервы. Ну ничего, подлечишься, и все будет хорошо.
— Теперь твоя очередь.
— Моя? — словно невинный ребенок, округлила свои огромные голубые глаза Яна.
— С чем ты ложишься лечиться?
— Извини… Ну, я это… Я, ну, как… — искала Яна подходящую причину. — Вот — от боязни летать! — радостно нашла она.
— И это все?! — удивился Валериан.
— Мало? Говорят, это очень плохо лечится.
— У меня и немотивированность, и страхи, и паника, и мания преследования… А у тебя — боязнь летать самолетами? Это несправедливо! — не согласился парень.
— Считаешь, маловато? — обеспокоилась Яна. — Надо что-то еще накинуть? Что же, что же… Сексуальное расстройство!.. — внезапно даже для себя предположила Яна.
Валериан округлил глаза.
— Не знаю, что ты имеешь в виду, но на сексуальную маньячку ты не похожа. И я бы с таким признанием не рисковал. Еще не известно, какие методы лечения там практикуют при таком диагнозе.
— Точно! Ты — гений! Что же еще? Может, что вот я старею и схожу с ума. Хочу выглядеть пятнадцатилетней! Это же у многих женщин наблюдается?! — предположила Яна. — Я и заплакать могу вполне правдоподобно.
— Такие женщины обычно все время что-то делают с собой, что-то колют в лицо, в губы, увеличивают части тела, превращая себя в трансформеров, и ходят потом с мертвыми, анемичными лицами. Нет в тебе этого.
— Много ты понимаешь! Я тоже колола себе ботокс. Один раз. От морщин. Правда, деньги мне потом вернули — эффекта не было. Сказали, что меня даже ботокс не берет, — засмеялась Яна. — Хорошо, это не подойдет…
— Предлагаю анорексию, — сказал Валериан. — Ты очень худая. Гни эту линию. Мол, переживаю. У тебя, кстати, муж есть?
— Нет, — ответила Цветкова.
— Вот! Жми на это, мол, нет счастья в личной жизни. Нервничаю, плохо сплю, есть не могу, худею.
Яна внимательно слушала его.
— Ты серьезно? Я всегда такая была. Думаешь, реально это тянет на заболевание? — забеспокоилась она.
— У тебя сколько родов за плечами? — вопросом на вопрос ответил Валериан. — В смысле, детей?
— Рожала дважды, детей трое. А что? — не поняла Яна, куда он клонит.
— Интересен уже ответ, но не суть. Двое родов, и ты не располнела?
— Как видишь.
— Ну, это же ненормально! Ладно, после первых, но уже со вторыми родами точно должна была, — заверил ее Валериан.
— Думаешь? Нет, ты говоришь, как моя подруга Ася! Но люди-то все разные. Беременности у меня были тяжелые, я всегда худела. Какой там набор веса! — отмахнулась Яна.
— Но ты выглядишь так, что можно работать в этом направлении. Еще бы белой пудры на лицо, темные тени под глазами…
— Да ты еще и стилист!.. — хмыкнула Цветкова. — Сам-то как будешь закладываться? Доказывать свое расстройство? Отстреливаться от предполагаемой слежки невидимым пистолетом? — спросила Яна.
— Обиделась? — встрепенулся Валериан. — Я не хотел. Ты спросила, что бы я посоветовал, ну, я и посоветовал.
Яна отвернулась к окну, хмуро сдвинув брови, и только сейчас заметила, что на улице стемнело.
— Спать надо ложиться.
— Мы не допили и не доели, — отметил Валериан.
— Это, конечно, меняет дело, — вздохнула Яна и начала нервно чистить мандарин. — С тобой не поспоришь. Давай доедим и допьем.
Валериан схватил бутылку и разлил остатки шампанского в пластиковые стаканчики, но похвалы от Яны, мол, исправляется, не дождался, потому что в их купе постучали. Парень дернулся, словно его ударили током, сжался и тихо прошептал:
— Не открывай!
— Ты что? — растерялась она. — Мы же не у себя дома.
— Билеты у нас на входе проверяли. Не открывай! — снова попросил Валериан, заметно бледнея.
— Извини, — ответила Яна, отодвигая дверь купе в сторону.
А парень действительно страдает манией преследования.
Перед ними возникла высокая и полноватая женщина в форме проводника с пергидрольными волосами и несколько кривовато накрашенными ярко-малиновыми губами.
— Извините, что помешала, — несколько смущенно сказала она, — у меня очень такая информация… Туалет у нас био, туалетную бумагу туда не бросать.
— Мы в курсе, — ответила Яна.
— Титан горячий, у проводников можно взять чай, кофе, печенье, шоколадки… Всё включено в стоимость билетов. Чай в фирменных подстаканниках, — продолжила женщина, цепким взглядом ощупывая купе.
— Хорошо, мы учтем, — снова совершенно спокойно ответила Яна.
— И последний вопрос. Вы до конечной? В смысле, будить где-нибудь в Бологом вас не надо? — спросила проводница.
— До Питера мы, сами встанем, — заверила ее Яна, и проводница отступила, дав закрыть дверь.
— Странная она какая-то!.. — тут же подал голос Валериан.
— Чем? По-моему, обычная, — вернулась на свое место Яна.
— Высматривала тут все. Ты заметила?
— Работа у нее такая. Может, пыталась понять, кто мы друг другу? Мать и сын или любовники?
— Зачем? — не понял парень. — И так понятно, что… никто.
— Во-первых, ничего не понятно, во-вторых, плохо ты знаешь женщин. Их именно такие вещи и возбуждают, и интересуют. А уж когда такая разница в возрасте, то и подавно. Прекрати паниковать! Это — нормальная практика. Продолжаем вкушать яства, — предложила Яна.
— Любишь поесть? — уточнил Валериан.
— Да, несмотря на анорексию, — хохотнула Яна. — Я и мучное, и сладкое тоннами могу поглощать — и ничего. Обмен веществ у нас такой, то есть у меня.
— Подруги, наверное, ненавидят, — прищурился парень.
— Не знаю, не спрашивала. Может, где-то в глубине души и завидуют, и ненавидят. Тебе легче?
— Мне-то что, — хмыкнул Валериан.
— У тебя щеки порозовели, наверное, шампанское подействовало, — отметила Яна. — Ой! А это остановка. Неужели Тверь? Потом спать ляжем. Выйдем на перрон? — предложила она.
— Зачем? Мне и здесь хорошо.
— Да ты что! Подышать воздухом. Да и минералку я хочу купить, на платформе всегда продают.
— В купе останусь.
— Тебе что купить? — спросила Яна, засовывая ноги в сабо.
— Нет, по-моему, у нас все есть, — ответил Валериан.
Яна вышла из купе, закрыв за собой дверь. На перроне суетились люди. Многие были в шортах, в смешных, вытянутых на коленках трениках. Яна смешалась с толпой. Люди покупали чипсы, орешки, воду. Яна встала в небольшую очередь в одну из палаток и посмотрела вдоль перрона. Одна колоритная фигура ее весьма заинтересовала.
Минуты через две, уже с бутылкой минеральной воды, она подошла к проводнице, стоящей у их вагона и уже тревожно посматривающей по сторонам, выискивая глазами своих пассажиров, словно утка своих утят. Взгляд проводницы остановился на высокой, стройной женщине в вишневой футболке и узких джинсах. На ногах красовались красные сабо на каблуках, а на привлекательных губах алела яркая помада Длинные светлые волосы были скручены в небрежный хвост.
— Вы у нас билеты проверяли, вы наша проводница? — спросила Яна.
— Я помню, — улыбнулась проводница. — Вы едете с молодым человеком в третьем купе.
— Даже купе помните? — удивилась Яна.
— Это профессиональное, — засмеялась проводница.
— И в людях разбираетесь? — спросила Яна.
— Ну, так, видите… — несколько смутилась проводница.
— А вот та женщина, высокая такая большая блондинка, ваша коллега, — указала Яна в направлении хвоста состава. — Она что, бригадир поезда?
Проводница прищурила глаза, как делают несколько близорукие люди.
— Это Люська. Какой она бригадир? В вагоне-ресторане работает, — ответила проводница.
— Да вы что? — удивилась Яна очень искренне. — А…
— Извините, девушка, пора подниматься в вагон! Отправляемся, — поторопила проводница, пропуская ее в вагон.
Валериан вздрогнул, когда она резко открыла дверь купе.
— А, это ты…
Яна поставила бутылку с водой на столик и села. Взгляд у нее был отсутствующий, вид весьма растерянный.
— Что случилось, Яна? На тебе лица нет! — забеспокоился парень.
— А? Да нет… Все хорошо.
— Точно никто не обидел? — спросил Валериан.
— Меня? Да что ты!.. От тебя заразилась, наверное.
— Чем?!
— Манией преследования, — вздохнула Яна, свернулась калачиком и уставилась в темное небо в окне. — Ложись спать.
— А ты?
— Я тоже… скоро.
— Нет, что-то явно случилось… — Валериан присел с ней рядом и взял ее руку в свои горячие ладони. — Чем тебя развеселить? Хочешь, сходим в вагон-ресторан?
Глаза Яны загорелись.
— Правда? А ты пойдешь со мной?! Я, когда нервничаю, сладкого хочу!
— Конечно, пойду. Куда я тебя одну брошу?
— Тогда пошли! — встрепенулась Яна. — Это даже очень хорошо!
Она посмотрела на себя в зеркало, быстро причесалась.
— Деньги не бери, я заплачу, — встал Валериан, приглаживая свои темные волосы растопыренной пятерней.
— Да ладно?! Богатый, что ли? Тетя Клава получает немного.
— А при чем тут мать? Мне двадцать пять лет, я сам зарабатываю. И не мало!..
Они вышли из купе и дошли до купе проводницы, которая сидела чем-то очень расстроенная.
— Извините, — обратилась к ней Яна, — это вот снова я. Мы решили сходить в вагон-ресторан, закройте своим ключом наше купе, — попросила она. — Постараемся вернуться не поздно.
Проводница вздрогнула.
— Что? Куда? Вагон-ресторан? Ой, не получится. Мне вот только что сообщили, — нервно передернула плечами проводница. — Умерла одна сотрудница. Именно в вагоне-ресторане. Он закрыт. Там уже полицейские работают. Вот так вот… Кстати, это та женщина, про которую вы спрашивали, — с подступающим подозрением взглянула она на Яну. — Люся.
— Какой кошмар! — ахнула Яна. — А что с ней?
— Пока не ясно. Упала. Свернула шею. Бегала все на своих каблуках. Но это всегда так и бывает… Надо же, а вы недавно про нее спрашивали, и вот… — приложила руку к груди проводница, словно ей не хватало воздуха, и отвернулась к темному окну.
Яна стояла ошарашенная и побледневшая. Валериан развернул ее за плечи и увел в купе.