– Но они для меня – почти как родственники, – продолжала Ольга. – Екатерина Афанасьевна и Юлия Карловна неоднократно говорили, что готовы сидеть с моими детьми. Внуков хотят! И будут относиться к моим детям как к своим родным внукам. Я уверена в этом! И вон Владимир Викторович нам с братом комнату свою завещал, а Юлии Карловне с сыном – коллекцию… И я не хочу менять район. И работу не хочу менять. Я в эту поликлинику пришла после института. У нас коллектив хороший. И после старого района очень трудно жить в новостройке. И какого качества дома строят?!
Алексей рассказал про дом, в котором десять лет назад купил квартиру один его приятель – и именно пример того приятеля сподвиг Алексея на покупку квартиры в старом доме. Предыдущая у него была в новостройке. Так вот дом приятеля пошел трещинами – с одной стороны. Дом двенадцатиэтажный. С одним подъездом, но не «точка», а довольно широкий. Могло быть и два подъезда.
Трещины заделали, но председатель ТСЖ вызвал комиссию, повесили какие-то датчики, что-то замеряли, а потом пришлось укреплять фундамент…
– Без расселения жильцов? – удивленно спросила Ольга, не представлявшая технологии укрепления фундамента.
Алексей кивнул и рассказал, что вокруг всего дома, за исключением подъезда, раскопали яму глубиной больше человеческого роста. Тогда и выяснилось, что вместо одного блока фундамента присутствует кирпичная кладка.
– То есть как? – открыла рот Ольга.
– А вот так. И той строительной компании уже нет, все сроки гарантии вышли, и иск предъявлять некому.
– Но почему кирпичная кладка?!
– Ну, может, вовремя блок не подвезли, а сроки поджимали. Или неправильно посчитали необходимое количество времени. Теперь этого уже никто не скажет. И какая разница? Разбирать кирпичную кладку никто не будет. Фундамент обмотали какой-то сеткой, потом цементом залили, потом еще каким-то материалом обмотали, я не представляю, что это такое. Потом опять чем-то залили и яму закопали. Отдать должное, трещины больше не появляются.
– Платили за все жильцы? – из любопытства спросила Ольга.
– Нет, программа какая-то есть, по которой выделяются средства на подобные ремонты. Здесь же прямая угроза жизни жильцов. Но в эту программу еще попасть надо. Многое зависит от пробивных способностей председателя ТСЖ. А на комиссию скидывались.
Ольга закатила глаза и в очередной раз убедилась, что жить нужно только в старых домах или домах советской постройки, когда существовала настоящая госприемка и кирпичная кладка вместо блока фундамента была немыслима.
– Ну что мы все говорим о неприятных вещах? – посмотрел на Ольгу Алексей. – Давай лучше вина выпьем.
Они выпили. И еще выпили. А потом случилось то, что и должно было случиться.
Глава 22
Ольга проснулась утром от запаха свежесмолотого кофе и в первый момент не поняла, где находится. Потолок был с лепниной, но не в тех местах. И лепнина была другая. И кровать низкая. И широкая. И занавески другие, и…
Она вспомнила умелые руки, которые ласкали ее вчера ночью, и теплые слова, которые говорились ей в ухо. Как же ей тогда было хорошо…
Но теперь наступило утро, пусть и субботнее. И мысли появились, которые вчера Ольга от себя гнала, просто желая получить удовольствие и расслабиться. Получить хоть какую-то радость от жизни, в которой сплошные проблемы, людские болезни и горе!
Зачем она нужна Алексею? Он – явно богатый человек, довольно симпатичный. У него не может быть недостатка в женщинах. Живет один, хотя это, вероятно, осознанный выбор. Не все предназначены для семейной жизни. А Алексей похож на волка-одиночку. Но женщины для секса у него должны быть! Более молодые, более симпатичные, более ухоженные, чем Ольга. Не усталые, готовые угодить, готовые ублажать…
Не мог Алексей в нее влюбиться с первого взгляда! Не мог, и все! Наверное, теперь уже никто не может. И уж точно не современный, очень обеспеченный бизнесмен в возрасте слегка за сорок.
Ольга услышала шаги и открыла глаза. Алексей в переднике заглянул в спальню.
– Проснулась? Кофе в постель? Доброго утра не желаю. Помню, что нельзя. Кстати, и в твой выходной нельзя?
Ольга рассмеялась и кивнула.
– Могут на работу вызвать. А кофе с удовольствием!
«Уж если получать удовольствие, то по полной!» – подумала она. Пусть хоть раз в жизни ей кто-то подаст кофе в постель!
Алексей принес поднос и смотрел, как Ольга пьет кофе.
– Ты прекрасно выглядишь утром, – сказал он.
– А вечером?
– Вечером ты усталая. А сейчас отдохнувшая, посвежевшая, никакого смазанного макияжа, никакой припухлости. Блеск!
«Ах вот что тебе не нравится в женщинах!» – усмехнулась про себя Ольга.
– У меня к тебе оригинальное предложение, – сказал Алексей.
«Интересно, что он понимает под оригинальностью?»
– В зоопарк сходить? Или в цирк? – спросила Ольга.
– Ну, в некотором роде… – ответил Алексей. – Сегодня из одной многоэтажки будут сбрасывать мебель.
– Зачем?!
– В рекламных целях.
– А что можно таким образом рекламировать?
– Мебель, – как само собой разумеющееся ответил Алексей. – Их предыдущая рекламная кампания шла под девизом «Наша мебель не ломается в драке», а теперь они новую фишку придумали. Будут сбрасывать мебель с разных этажей – вплоть до шестнадцатого. Они всю неделю пари принимали, наверное, на этом еще хорошо заработают. Ты телевизор не смотришь?
– У нас в квартире…
– Ах да, вспомнил. У вас только футбол, а по спутниковым каналам они рекламу не давали, только по местным. И в газетах было. И на билбордах. Но ты на них, наверное, внимания не обращаешь.
Ольга покачала головой. Она про такую рекламную акцию даже не слышала.
– Поехали? – посмотрел на Ольгу Алексей. – Думаю, что будет прикольно.
– Ты на что-нибудь поставил?
– Ага. На двенадцатый этаж.
Ольга рассмеялась и отправилась в ванную приводить себя в порядок.
Она никак не ожидала, что на зрелище (цирк с зоопарком отдыхают) соберется так много народу. Люди были разного возраста и явно разного достатка. Машину пришлось оставить на приличном расстоянии от места действия и метров восемьсот идти пешком. Народ прибывал и на своих машинах, и на общественном транспорте. Шестнадцатиэтажный дом стоял первым в ряду других новых домов, которые явно еще не были готовы к сдаче. Но работы близились к концу. Вероятно, в первый вскоре можно будет заселяться и квартиры в нем уже куплены. На нижнем этаже уже открылся мебельный магазин – и именно эта фирма проводила рекламную акцию. Бросали с общих балконов, которые имелись на всех жилых этажах. Выход на них явно был с общей лестницы, а не из квартир.
Внизу находилась расчищенная площадка, которую еще и огородили, чтобы возбужденные граждане не бросались под летящие шкафы и столы. По краям дежурили крепкие молодцы в шлемах и очень толстых ватниках, с набитыми плечами. И «Скорая» дежурила поблизости. Стояли мобильные торговые точки – с машин, оснащенных прилавками, торговали различными напитками и закусками. Отдать должное организаторам, они продумали все. Конечно, пригласили и телевидение, и репортеров из печатных изданий. Всех оснастили шлемами.
Сбрасывать мебель начали с пятого этажа. Первый прокол случился на двенадцатом. Но кое-что выдержало и бросок с шестнадцатого! Народ аплодировал.
Потом выступил руководитель компании, поблагодарил всех за участие в акции, объяснил, когда и где можно получить выигранные на тотализаторе деньги, и приглашал заходить в магазины компании, работающие во всех районах города, и заказывать мебель по Интернету. Компания продает и готовые изделия, и выполняет индивидуальные заказы по чертежам заказчика.
Ольга не сомневалась, что после такой акции народ валом повалит за мебелью. По крайней мере, пока они с Алексеем шли назад к машине, она слышала, как восторженные граждане обсуждали, что именно покупать.
– Тебе понравилось? – спросил Алексей уже в машине. – Готов поспорить, что на такие мероприятия тебя никто никогда не приглашал.
Ольга покачала головой.
– Обедать?
– Сейчас брату позвоню и в нашу квартиру. Узнаю, как дела.
– Да что там могло случиться-то? Неужели без тебя не проживут выходные?
– Случиться там могло все, что угодно, – напомнила Ольга. – И у нас ведь ночевала эта женщина, у которой мужа взорвали.
– Ах да… Ну, звони.
Мобильный Игоря не отвечал, хотя он ведь должен быть на похоронах. Но тогда почему не выключил аппарат? Напиться до бесчувственного состояния Игорь к этому времени тоже не мог. И вообще до бесчувственного он обычно не напивался. Он всегда хоть немного соображал.
Ольга набрала мобильный Юлии Карловны – и та тоже не ответила на звонок. Тогда Ольга набрала номер стационарного телефона, установленного в их коммуналке. Ждала долго. Наконец подошла Екатерина Афанасьевна, но говорила каким-то не своим голосом. Ольга ее в первый момент не узнала.
– Что случилось?! – закричала она. Алексей, который вел машину, с беспокойством повернулся к ней.
– Не знаю, Оля, – странно прохрипела Екатерина Афанасьевна. – Плохо мне что-то. Приезжай.
– Где все остальные?
– Не знаю. Я встала только что. Я никогда так долго не спала. Оля, сейчас на самом деле три часа?
– Да, – подтвердила Ольга. – Я скоро буду.
Она отключила связь и быстро пересказала Алексею услышанное. Тот пожал плечами. Ольга периодически набирала на мобильном номер брата и номер Юлии Карловны – и они ей все также не отвечали. У нее похолодели руки.
Алексей припарковал машину недалеко от дома Ольги, запер, и они на пару отправились к подъезду. Из-под земли опять слышался странный глухой вой, или не вой, стук, или не стук, в общем – непонятно что.
– Интересно, надолго это или как? – не ожидая ответа, спросила Ольга.
– Мне кажется, что сегодня звук стал тише, – признался Алексей. – И какой-то хрип добавился. Послушай.
Но больше послушать не удалось. Звук прекратился.