Инструкция по обслуживанию торпеды 65–76А требует после открытия запирающего клапана осуществлять тщательный контроль за состоянием куркового воздушного крана и устройством предохранения рычага от случайного откидывания. Если после открытия запирающего воздушного клапана курковый воздушный кран будет хотя бы чуть-чуть приоткрыт, воздух высокого давления начнет поступать в пусковые баллоны керосина и окислителя. В этом случае пусковое горючее и окислитель не попадут в камеру сгорания, потому что клапаны подачи пусковых энергокомпонентов открываются только после выхода торпеды из торпедного аппарата, но в пусковых баллонах будет повышаться давление.
Практическая (учебная) торпеда 65–76ПВ представляет собой точную копию боевой торпеды 65–76А, за исключением одной особенности. В практической торпеде нет взрывчатого вещества и взрывателей. Вместо боевого зарядного отделения в учебной торпеде имеется балластное отделение, куда во время приготовления к учебной стрельбе заливают обычную воду. После прохождения заданной дистанции вода с балластного отделения удаляется воздухом за борт, торпеда приобретает положительную плавучесть и всплывает в надводное положение. Из воды ее поднимает специальный катер-торпедолов и передает на торпедо-техническую базу. По состоянию регистрирующей аппаратуры там устанавливают результаты стрельбы (определяют, обнаружила ли аппаратура самонаведения заданную корабль-цель). Дальше учебная торпеда готовится к повторным стрельбам.
Такая практическая торпеда 65–76ПВ была загружена на борт «Kypcка» 3 августа 2000 года. Учебные стрельбы ею еще не выполнялись, торпеда была новой. После погрузки на АПЛ ее разместили в отсеке на стеллаже торпедного аппарата № 4 и подключили к системе контроля окислителя (СКО).
Перед выходом в море 10 августа экипаж АПЛ «Курск» загрузил вторую практическую торпеду УСЭТ-80. Она относится к типу электрических торпед. В качестве двигательной установки в ней используется электродвигатель, который получает питание от аккумуляторной батареи. Аккумуляторную батарею новой модификации на этой торпеде и собирались испытать подводники с представителями завода «Дагдизель» и военной приемки Министерства обороны. Она была размещена в 1-м отсеке на стеллаже торпедного аппарата № 2. Таким образом, все практические торпеды находились на левом борту АПЛ, и стрельбы ими планировались выполнять из торпедных аппаратов левого борта.
Чтобы освободить место для практических торпед, экипаж АПЛ «Курск» выгрузил часть боевых торпед со стеллажей и торпедных аппаратов левого борта. Боевую перекисную торпеду 65–76А из торпедного аппарата № 4 выгрузили и разместили на свободном стеллаже № 3 правого борта.
Многие российские граждане, которые высказывали свое мнение по поводу гибели «Курска», задавали вопрос, почему на борту АПЛ при выполнении учебных стрельб оказались боевые торпеды. По их мнению, на борту боевых кораблей во время учений не должно находиться боевое оружие. Это неправильное суждение. К-141 «Курск», как и другие корабли Северного флота, которые участвовали в учениях, находилась в составе сил постоянной готовности. Боевое оружие на кораблях постоянной готовности должно находиться на борту в полном комплекте независимо от того, какие задачи они выполняют в тот или иной промежуток времени.
Во время «холодной войны» на всех подводных лодках и надводных кораблях часть боезапаса находилась в немедленной боевой готовности к применению. В торпедных аппаратах находились торпеды со взрывателями и детонаторами, на направляющих ракетных установках стояли ракеты, артиллерийский боезапас был подведен к линиям подачи дежурных орудийных установок.
В то время боевые корабли CШA и НАТО имели оружие в такой же степени готовности.
После окончания «холодной войны» боевое оружие на кораблях постоянной готовности хранилось так же, как и в советские времена. Я не знаю, есть ли смысл в наше время держать на кораблях обычное боевое оружие в высокой степени готовности. Мне кажется, ядерного оружия, которое стоит на боевом дежурстве, достаточно для того, чтобы крупномасштабная война, вооруженный конфликт или инцидент не возникли внезапно и наш флот успел бы привести свое обычное оружие в боеготовое состояние. Сегодня нет смысла держать в торпедных аппаратах подводных лодок торпеды и ракето-торпеды в полностью снаряженном состоянии, тем более если боеготовые силы находятся на базах или в прибрежных водах. Моряки России должны держать в руках мощное современное оружие, но класть палец на спусковой курок все же не стоит. Возможно, я не прав в своих рассуждениях, но если бы в торпедных аппаратах «Курска» не было торпед с детонаторами, такой трагедии с экипажем не произошло бы. Конечно, в той ситуации, которая случилась на борту подводной лодки, АПЛ затонула бы, но второго, уничтожающего и разрушающего взрыва не произошло бы. В этом случае подводники с третьего по девятый отсеки спаслись бы. Но эти размышления из области предположений. Фактически AПЛ «Курск» вышла на учебные стрельбы, имея в торпедных аппаратах торпеды в боеготовом состоянии, и никаких нарушений в этом нет. Ниже читатель узнает, что одной из главных причин гибели экипажа АПЛ «Курск» явились конструктивные недостатки на этой подводной лодке. Они были на многих подводных лодках советского периода постройки и сохранились до настоящего времени. Эти недостатки существовали, существуют и сегодня.
Предлагаю читателю ознакомиться с теми проблемами в подводном кораблестроении, которые были и есть сейчас. Это позволит более полно оценить весь трагизм положения, в котором оказались наши подводные силы, узнать о так называемых высоких боевых характеристиках АПЛ типа «Антей» 949А проекта, к которому принадлежала атомная подводная лодка «Курск». Рассказ об этом в какой-то степени даст ответ на вопрос, почему так легко погибла новейшая АПЛ всего лишь от взрыва энергокомпонентов учебной торпеды.
После окончания Второй мировой войны CШA и Великобритания имели самый мощный военный флот и авиацию за всю историю существования этих государств. Именно флоту и авиации принадлежала ведущая роль в стратегических операциях, которые вели CШA и Великобритания против Германии, Японии и их союзников в Атлантическом и Тихом океанах, в Западной Европе и Африке, Индокитае и Юго-Восточной Азии. СССР окончил войну с самыми сильными в мире сухопутными и танковыми войсками. Советский Военно-морской флот в то время не представлял существенной вооруженной силы. На Teгеранской конференции в 1943 году английский премьер-министр У. Черчилль говорил руководителю советского государства И. В. Сталину о том, что после войны «…Россия будет иметь сильную армию, Англия и CШA – сильный флот и авиацию» [7]. Этим У. Черчилль как бы подчеркивал, что в послевоенном разделе мира Мировой океан останется под контролем CШA и Великобритании. Политическое и военное руководство СССР не согласилось с таким мнением союзников. В середине 50-х годов ХХ столетия Советский Союз для того, чтобы обеспечить свои интересы в Мировом океане, приступил к строительству океанского ракетно-ядерного флота. В основе морской стратегии СССР был принцип прямого противоборства флота СССР с флотами CШA и НАТО на всех морях и океанах. В связи с этим на ракетно-ядерный флот СССР возлагались задачи:
1. Нанесение ракетно-ядерных ударов по береговым объектам вероятного противника.
2. Уничтожение ракетных атомных подводных лодок вероятного противника.
3. Уничтожение авианосных группировок, соединений боевых кораблей, десантных отрядов, противолодочных сил вероятного противника.
4. Уничтожение торгового флота вероятного противника и его союзников.
5. Обеспечение обороны своего побережья и содействие нашим сухопутным войскам на приморских направлениях.
Как видим, флоту СССР определялся очень широкий круг задач, часть из которых была просто невыполнимой при любом соотношении сил на море. Тем не менее основная ставка в морской войне делалась на применение флотом стратегического и тактического ядерного оружия. В такой войне наши «мирные флотоводцы» планировали одержать победу.
Основной морской силой океанского ракетно-ядерного флота были определены подводные лодки и морская авиация. Наши теоретики подводной войны сделали правильный вывод из уроков Второй мировой войны. В этой войне дизельные подводные лодки воюющих государств были относительно дешевой, но очень опасной морской силой. С появлением атомных подводных лодок, боевая мощь которых во много раз превысила боевые возможности дизельных подводных лодок, они стали самыми грозными и универсальными морскими боевыми системами в послевоенный период времени. Таковыми они являются и сегодня. CШA и страны НАТО раньше, чем СССР, поняли, какую опасность представляют собой атомные подводные лодки. Наряду со строительством и совершенствованием атомных подводных лодок CШA начали усиленно разрабатывать и внедрять на возможных океанских театрах военных действий систему противолодочного наблюдения. K началу 70-х годов ХХ столетия такая система обнаружения и наблюдения за нашими атомными и дизельными подводными лодками в CШA была создана и развернута в океанских и морских зонах Атлантического и Тихого океанов.
В СССР в 60-е годы XX столетия началось массовое строительство атомных и дизельных подводных лодок разных классов и проектов. Наши «мирные флотоводцы» забыли «Науку побеждать» великого полководца А. В. Суворова. Они планировали громить морского врага на море не качеством боевой техники и умением моряков, а количеством боевых кораблей. Без какой-либо проработки проектной документации и опыта эксплуатации судостроительная промышленность строила большое количество серийных, конструктивно недоработанных подводных лодок. Под каждый образец ракетного оружия проектировался и строился новый тип подводной лодки. В это время главными были не тактические и технические характеристики атомных подводных лодок, главным было их количество и количество размещенного на них оружия. Чем больше наши конструкторы и «мирные флотоводцы» размещали на подводных лодках оружия, тем значительнее были их габаритные и весовые размеры. Мы построили самые большие в мире атомные подводные лодки-катамараны 941 проекта с ядерными стратегическими ракетами, атомные подводные лодки 949A проекта с крылатыми ракетами, атомные подводные лодки 971 проекта с ракето-торпедным вооружением. Нас не интересовало, какая боевая устойчивость этих подводных монстров, нас интересовало, сколько на них можно разместить оружия и сколько корпусов таких АПЛ можно построить.