12.2.89 г. – 16.2.89 г. выход в море для проверки готовности экипажа и подводной лодки к боевому патрулированию.
10 февраля 1998 года, командующий Северным флотом
Командующему Тихоокеанским флотом
Докладываю анализ уровня подготовки второго экипажа атомной подводной лодки K-278 «Комсомолец», выполненный офицерами управления боевой подготовки Тихоокеанского флота.
1. В период с 13 марта 1988 года по 04 октября 1988 года второй экипаж АПЛ К-278 «Комсомолец» в течение 6 месяцев и 21 дня не выходил в море. С учетом требований действующего «Курса атомных подводных лодок КАПЛТ-75» экипаж атомной подводной лодки, имеющий перерыв в плавании больше 6 месяцев, подвергается дополнительным контрольным проверкам по курсовым задачам Л-1 и Л-2. Для подготовки подводной лодки и экипажа к таким контрольным проверкам подводникам предоставляется время с учетом нормативных требований. На основании результатов контрольной проверки определяется уровень профессиональной подготовки экипажа и принимается решение о его дальнейшем графике отработки боевой подготовки.
2. В период с 19 марта 1988 года по 21 сентября 1988 года второй экипаж, не находясь на подводной лодке, отработал все элементы курсовых задач
Л-1 и Л-2. После приема подводной лодки от первого экипажа 25 сентября 1988 года экипажу капитана 1-го ранга Е. А. Ванина не было предоставлено время для отработки необходимых элементов курсовой задачи Л-1 на подводной лодке. Экипаж не смог отработать корабельные и тактические учения, действия личного состава по боевым и повседневным расписаниям в условиях подводной лодки. Командиру подводной лодки не предоставлено время на прием специальных задач от боевых частей и служб экипажа. На следующий день после приема подводной лодки второй экипаж подвергся контрольной проверке по задаче Л-1 офицерами штаба дивизии. В таких условиях уровень подготовки экипажа по задаче Л-1 оценить просто невозможно. Он будет крайне низок.
3. В период с 7 октября 1988 года по 6 ноября 1988 года второй экипаж проводил на подводной лодке межпоходовый ремонт. Согласно Корабельного устава ВМФ в период проведения на кораблях каких-либо ремонтов мероприятия боевой подготовки для экипажа не планируются. Тем не менее второй экипаж К-278 «Комсомолец» во время межпоходового ремонта отрабатывал и сдавал в учебном центре соединения курсовую задачу СЛ. Прием этой задачи производится после того, как экипаж подводной лодки отработает необходимые элементы задачи в море. Согласно приложения № 1 Северного флота, второй экипаж в море не отрабатывал элементы задачи СЛ. В этих условиях принимать задачу СЛ от второго экипажа К-278 штаб дивизии не имел права.
Вывод. 1. Командование дивизии и 1-й флотилии подводных лодок Северного флота при планировании и проведении боевой подготовки второго экипажа АПЛ К-278 «Комсомолец» допустило грубые нарушения требований руководящих документов ВМФ. Фактически 13 сентября 1988 года второй экипаж К-278 потерял перволинейный уровень подготовки и на момент выхода в море 4 октября являлся нелинейным экипажем. С таким уровнем боевой подготовки экипажи атомных подводных лодок допускаются к отработке элементов боевой подготовки по задачам Л-2, Л-3, СЛ в море только после отработки в базе полного курса по задачам Л-1 и Л-2. Планирование выполнения задач боевого патрулирования нелинейным экипажем подводных лодок не допускается.
Заместитель командующего Тихоокеанским флотом по боевой подготовке вице-адмирал В. Рязанцев
Ответ командующего Тихоокеанским флотом на письмо командования Северного флота по поводу оценки уровня подготовки второго экипажа АПЛ К-278 «Комсомолец».
Командующему Северным флотом
Уважаемый О.А!
Командование и офицеры штаба Тихоокеанского флота внимательно рассмотрели представленные Вами документы о боевой подготовке, которую проводил второй экипаж АПЛ К-278 «Комсомолец» при плановой отработке курсовых задач и в момент подготовки его к боевому патрулированию. Несмотря на имеемые отдельные недостатки, мы считаем, что уровень подготовки второго экипажа К-278 (командир капитан 1-го ранга Е. А. Ванин) соответствует требованиям, предъявляемым к перволинейным экипажам.
10 апреля 1998 года С уважением, командующий Тихоокеанским флотом адмирал З.
Уважаемый читатель!
Если сравнить методику отработки боевой подготовки вторым экипажем атомной подводной лодки К-278 «Комсомолец» и ее оценки офицерами штабов дивизии и 1-й флотилии подводных лодок с тем, как отрабатывал боевую подготовку и сдавал курсовые задачи первый экипаж атомной подводной лодки К-141 «Курск», получим два абсолютно похожих друг на друга документа. Одна только будет разница. При отработке задач боевой подготовки вторым экипажем К-278 «Комсомолец» в 1988 году командующим 1-й флотилии был вице-адмирал Е. При отработке боевой подготовки первым экипажем К-141 «Курск» в 1999 году вице-адмирал Е. был уже адмиралом и командующим Северным флотом. Однако конечный результат учебно-боевой деятельности второго экипажа К-278 «Комсомолец» и первого экипажа К-141 «Курск» оказались одинаково трагичными, потому что и в первом, и во втором случае в подготовке и оценке уровня боевой выучки экипажей подводных лодок принимал участие один и тот же безграмотный, но исполнительный адмирал.
Приложение 2
Письмо в редакцию «Российской газеты» в ответ на статью «Антигосударственная тайна», которое не было опубликовано
Уважаемый Владислав Александрович и весь коллектив редакции «Российской газеты»!
Обратиться в редакцию меня заставила статья журналиста А. Емельяненкова «Антигосударственная тайна», которая была опубликована в вашей газете. Впервые с момента гибели экипажа АПЛ «Курск» единственная газета в России опубликовала фактические материалы о катастрофе атомной подводной лодки. Это материалы оперативно-тактической экспертизы, которая проводилась по решению Главной военной прокуратуры. Проводили эту экспертизу я и еще несколько офицеров ВМФ. Параллельно, в рамках работы Государственной правительственной комиссии по расследованию катастрофы, проводилась такая же экспертиза группой офицеров Главного штаба ВМФ, которую возглавлял контр-адмирал О. Лазарев, заместитель начальника управления боевой подготовки ВМФ. Результаты работы нашей группы вы частично опубликовали. Результаты работы группы О. Лазарева я вам сообщаю: «…учения на Северном флоте 12 августа 2000 года были организованы в соответствии с требованиями действующих документов ВМФ, экипаж АПЛ «Курск» был подготовлен к плаванию в полном объеме». Коротко, четко и понятно всем. Материалы этой экспертизы вы не опубликовали.
В статье «Антигосударственная тайна» журналист упоминает мою фамилию и фактически объявляет меня чуть ли не главным косвенным виновником катастрофы АПЛ «Курск». В связи с этим А. Емельяненков затрагивает и этическую сторону моей работы в качестве эксперта. Если я допустил ошибки в своей служебной деятельности, которые привели к гибели АПЛ, то имел ли я моральное право оценивать профессиональную подготовку руководства Северного флота, 1-й флотилии и 7-й дивизии подводных лодок, членов экипажа АПЛ «Курск»? На поставленные мне вопросы отвечу чуть ниже.
Статья получилась хорошей, но она не содержит главного – выводов по каждому из рассматриваемых в рамках экспертизы вопросов. В этих выводах названы фамилии должностных лиц Северного флота и указаны те нарушения действующих документов ВМФ, которые они допустили в процессе подготовки учения Северного флота, во время выполнения кораблями задач учения в море, при проведении спасательной операции. Именно эти сведения наиболее ценны для следствия. Именно они помогают пролить свет на тайну гибели АПЛ. Поэтому статья и не отвечает на главный вопрос: «Как и почему произошла такая катастрофа?» Вы можете возразить мне и сказать, что по этим материалам на этот вопрос не ответила Главная военная прокуратура. Правильно, но она не захотела этого сделать, а ваша газета могла бы сказать общественности, отчего погибла новейшая АПЛ российского ВМФ. Хотя по задаваемым мне вопросам журналистом А. Емельяненковым ясно, что вы не очень к этому стремились. Главная цель публикации, думаю, была в том, чтобы сказать нашему обществу: «А судьи кто? Те же лица, которые несут ответственность за гибель экипажа и судят их!»
По результатам анализа документов, которые были подняты со дна Баренцева моря, я сказал следователям, что приблизительно знаю, отчего взорвалась практическая торпеда (в том, что взорвалась именно эта торпеда, сомнений нет). Для того чтобы точно сказать, как это произошло, нужен следственный эксперимент с подобной торпедой. Следователи вначале согласились его провести, потом, через некоторое время, сказали мне, что проводить такой эксперимент нецелесообразно. Ключ к разгадке, почему взорвалась торпеда, имеется в записях бортовой документации АПЛ «Курск». Эту запись сделал старший лейтенант А. Иванов-Павлов, командир минно-торпедной боевой части. Эта запись приводится в статье «Антигосударственная тайна», но только ее первая часть. Есть вторая часть этой записи, которая и отвечает на вопрос, почему взорвалась практическая торпеда. Как это произошло, отвечают документы, которые были изъяты следователями на берегу.
По окончании оперативно-тактической экспертизы мою должность в Министерстве обороны сократили, меня отправили на пенсию. Государственная правительственная комиссия объявила результаты расследования причин катастрофы. Никто этим результатам не верит: они просто смехотворные и фантастические. Главная военная прокуратура уголовное дело по факту гибели АПЛ закрыла за недоказанностью состава преступления, Правительство РФ постановило установить мемориальные памятники погибшим подводникам. Вроде бы все сделано как надо. Но тут ваша газета, упоминая мою фамилию, утверждает: «Виновные в гибели АПЛ «Курск» есть, и они живут в Москве».
А теперь давайте разберемся, кто же все-таки причастен к этой катастрофе. В основу разбора положены подлинные документы и результаты нашей экспертизы.