Другое воспоминание немногим более чем через четверть века после первого. Зима сурового 1942 года. Воинский эшелон, долгая сибирская дорога от города Хабаровска и остановка на станции Ушумун. Ночь, на небе сверкают яркие звезды, трещит сорокаградусный мороз. Эшелон въезжает на обширную территорию санпропускника. Я первым вхожу в душевую — громадный зал с многочисленными маленькими кабинами. В душевой тепло, влажно и… громким хором льется дружная песня сверчков. Забылась зима, почудилась обширная южная степь со звонкими песнями маленьких музыкантов. У многих из нас, наверное, запечатлелось в памяти какое-нибудь воспоминание, связанное с песнями сверчков.
Некоторые народы ценят пение сверчков и лелеют самих исполнителей. Их еще и сейчас кое-где разводят в Италии. Большими любителями пения сверчков являются народы Дальнего Востока. Здесь накоплен богатый и ныне утрачиваемый опыт воспитания этих насекомых в неволе. Раньше в Китае поздним летом устраивалось что-то вроде фестивалей по прослушиванию сверчковых песен. Во многих домах висели на стенках клетки со сверчками, а отправляющийся в путешествие путник в числе дорожных вещей захватывал с собою и сверчка. В 1945 году, когда закончилась война против японской Квантунской армии, в Маньчжурии я видел в вагоне пассажирского поезда старичка-китайца, отправившегося проведать своих родных, рядом с ним на скамейке в клеточке распевал сверчок.
Сверчков специально разводили в отведенных для этой цели комнатах, достигая в этом деле большого умения, основанного на тонком знании образа жизни этих насекомых. В Пекине летом появлялись на улицах торговцы сверчками. В конце августа из города Ичжоу привозили особенных сверчков под названием «цзинь чжунер» (золотые колокольчики), прозванных так за очень приятное и мелодичное пение.
Сверчков содержали в специальных глиняных горшках, украшенных самыми различными способами, их инкрустировали слоновой костью, гравировали. Сосуды для сверчков являлись предметом изощренного искусства. В пекинском музее «Гугун» еще недавно имелась большая коллекция, собранная в период царствования Юн-Лэ в 1403–1424 годах. Раньше в деревнях России дом без сверчков не считался счастливым. Сверчки всегда охотно заселяли жилище человека, не заставляя себя ждать. Не случайно говорилось в народной пословице: «В новый дом сверчки перебираются раньше хозяина» или: «Была бы изба, а сверчки найдутся». Зимой во время посиделок в долгие зимние вечера под пение сверчков велись длинные и неторопливые разговоры, рассказывались былины, сказания, сказки. Сверчки считались неотъемлемыми спутниками уюта, покоя и сердечных добрососедских отношений.
В деревенской тишине пение сверчка кажется особенно звонким. «Невелик сверчок, да звонко поет», — говорится в народной пословице. Да и само пение навевало душевный покой, а исполнители казались веселыми и жизнерадостными. «Веселый, словно сверчок», — говорили про счастливых людей. Перекликаясь всю ночь напролет, сверчки под злое завывание метели будили отрадные воспоминания о прошедшем лете, неугасимой жизни, неизменном и близком пробуждении природы.
Сверчки поселяются в жилище человека только на зиму. Летом они — вольные жители поля. В жилье питаются ничтожными крохами, оброненными на пол. Сверчки скрытны, пугливы и не попадаются на глаза человеку, никому не мешают, ничему не вредят, поют исправно и прилежно ночами, услаждая слух, — одним словом, скромные и крошечные музыканты. Я всегда думал, что, наверное, сверчкам хорошо переживать лютую зиму в теплом жилище человека, и человек для них друг.
К весне веселые музыканты наших жилищ почему-то смолкают. Вспоминается короткое, но выразительное стихотворение Мары Гриезане.
Жил у бабушки сверчок,
лакированный бочок,
В темный зимний понедельник
свой настраивал смычок:
Потихоньку чок да чок
о запечный башмачок…
А весною — вот бездельник! —
Спрятал скрипку — и — молчок.
Так почему же сверчки перестают петь до пробуждения природы? Об этом никто не задумывался.
Институт защиты растений Казахстана — большое, светлое и просторное современное здание, построенное на краю города. Вокруг поля, сады, экспериментальные посевы, масса насекомых. Летними вечерами — громкий хор сверчков. Наступает осень. Желтеют поля, опадают листья с деревьев, насекомые спешат спрятаться на зиму. В это время нет взрослых сверчков, все их племя представлено малышками, шустрыми, длинноусыми, головастыми, с едва заметными зачатками крыльев. Они тоже прячутся во всевозможные укрытия. Многие из них случайно забираются в здание института. В лаборатории я часто вижу их шустрые усики, высовывающиеся из случайной щелки, или замечаю быстрый скок на средину комнаты и поспешное бегство обратно.
Наступает зима. Сверчки забрались под батареи центрального отопления. Там, как летом, тепло и даже жарко. Сверчки растут, и вот раздается первая звонкая трель, ей вторит вторая, третья, и в большом опустевшем на ночь здании звучит сверчковый хор.
Я подбрасываю в дальний угол лаборатории для сверчков еду: крошки хлеба, кусочки сыра. Ставлю плошку с водой или с молоком. Невидимые музыканты охотно посещают комнату. Они нашли в нее лаз не только через щель под дверью, но и по системе вентиляционных ходов, по щелям возле труб отопления. Но поют в ней только два музыканта в строго определенных местах, своих собственных, наверное, отвоеванных в борьбе с соплеменниками. Остальные забредают сюда только как в столовую. Видимо, каждый имеет свою собственную обитель, участок, на котором и разыгрывает трели. Между певцами бродят привлеченные серенадами самочки. Песни сверчков — сложный свадебный ритуал. Они и перекличка, и обозначение своей территории, и призыв к борьбе, и приглашение на спевку, и многое другое.
Я с интересом слежу за моими квартирантами и задумываюсь об их судьбе. Дело в том, что каждое насекомое в течение длительной эволюции приспособилось проводить зиму в определенной стадии развития: яичком, личинкой или взрослым. Сверчки в природе уходят на зиму молоденькими, в половину меньше взрослых. Вот почему ранней весной в поле еще не услышать их жизнерадостных песен.
Взрослые сверчки появляются только в конце весны или даже в начале лета.
Подавляющее большинство насекомых впадают зимой в так называемую диапаузу, наследственно обусловленную спячку. Эта спячка может прерваться по прошествии строго отведенного для этого времени. У сверчков нет диапаузы. Попав на зиму в теплое помещение, они, будто летом, продолжают развиваться.
Прошли самые долгие зимние ночи — пора сверчковых песен. Стали длиннее дни. Ласковее греют лучи солнца, заглядывающего в окна лаборатории. Наступил март — весна света. Что же стало со сверчками? Что-то неладное творится с самочками. Их стройный яйцеклад, похожий на шпагу, не узнать. Вместо него — несколько торчащих в разные стороны волосинок. Самки не нашли привычную влажную землю, чтобы отложить в нее яички, и поранили яйцеклады о паркет, цементный пол и железобетонные перекрытия. Разбросанные по щелям здания яички высохли. Меньше стало их кавалеров, и не столь звучны и мелодичны их песни. Вскоре я нахожу в укромных местах здания их высохшие трупики.
Приходит весна. Маленькие музыканты исчезли. Они не дожили до весны — поры своих песен. Человеческое жилище оказалось для них обманным. Не стоило в него забираться на зиму. Теперь мне стало известно, что оно — причина сверчковой трагедии. Сверчки замолчали совсем не потому, что бездельники, как шутливо их окрестила Мара Гриезане в своем стихотворении. Жаль бедных прыгунчиков, услаждавших наш слух песнями всю долгую зиму, жаль, что веками установившиеся правила их жизни так неладно сошлись с обычаями человека. Может быть, нужно им помочь? Сверчков нетрудно разводить в неволе. Мне не раз удавалось это делать, хлопоты по содержанию в неволе маленьких певцов окупались с лихвой. Но сейчас в мире изобилия музыки вряд ли кого привлекут милые сверчковые песни. Разве только тех, кто сохранил в себе близость к природе, и искренне ее любит.
Слегка грубовато, но правдиво сказал известный писатель В. А. Солоухин: «Мы обожрались музыкой!»
Сверчки очень осторожные насекомые. Они отлично ощущают приближение врага по ничтожному сотрясению почвы и вовремя прерывают свои песни. Попробуйте подобраться к поющему в пустыне солончаковому сверчку. Если будете передвигаться очень тихо и только во время стрекотания, он подпустит на три-четыре метра. Но не более. И замолкнет. Тогда состязайтесь с ним в терпении, если только есть время. Если даже вы будете долго стоять на месте без движения, песня не будет продолжена. Степной музыкант ощущает присутствие человека то ли по ничтожному колебанию его тела, то ли по биению сердца, передающемуся через землю, то ли еще по чему-либо.
Не всегда легко определить по звуку и направление, где затаился певец. В ночной тишине кажется, будто песня звучит отовсюду: в этой особенности заключен какой-то секрет звучания сверчковой песни. Особенно трудно определить, где сидит поющее насекомое, если вокруг, хотя и далеко, поют другие сверчки. Их песни всегда согласованны, коллективны, представляют собой хорошо слаженный оркестр звуковой сигнализации.
Вот состязание закончено. Вы побеждены. У вас меньше терпения и свободного времени. Но десяток шагов назад — и вновь на прежнем месте из-под кустика раздается громкая победоносная песня осторожного певца пустынных просторов.
Как-то вечером в городе услышал под окном своей квартиры пение пустынного сверчка. Оно было таким неожиданным и прекрасным, что вначале я себе не поверил, подумал, что так зашумел холодильник, или в цоколе электрической лампочки нет контакта, и пробивает искра, или что-либо другое.
Но в комнату проникали звуки настоящей песни. Музыкант сидел где-то близко, не обращая внимания на то, как мимо гурьбой носились дети, проехал мотоциклист, о чем-то громко спорили соседки. Пение его было ясным, громким и удивительно чистым. Будто он старался заглушить хаос несущихся отовсюду звуков и вступил с ними в единоборство, призывая своих соотечественников к переговорам и к общению.