дом с ней-то, почитай, была ничто, пустое место. Прости, я закурю еще. А ты угощайся, угощайся.
Рите чисто механически подумалось, что если она будет постоянно угощаться, то за сегодняшний вечер точно килограмма три прибавит. Потом она устыдилась своих приземленных мыслей, сказала:
- Спасибо, я чайку, - и налила себе полчашки чаю.
Закурив сигарету, Евгения Матвеевна продолжила:
- Ну, сначала мы просто общались, потому что нам было интересно поговорить. А потом... Короче, потом он ушел от нее ко мне. А ей так и сказал, что она его не понимала никогда, только использовала. Уффф... Какой скандал поднялся тогда... Какой скандал... Лиза... Ой, она кричала, что жизнь на него положила, что любила его, а он неблагодарный... Про себя я вообще молчу, чего только я не наслушалась... Но только Олег к ней больше не вернулся. А вскоре после развода мы с ним расписались, и стала я Троепольцева.
Евгения Матвеевна остановилась, видимо вспоминая тогдашние события. Потом вернулась к рассказу:
- Да, скандал был ужасный. К тому моменту Марку, старшему сыну Лизы от Васильева исполнился двадцать один год, а Матвею, сыну Олега семнадцать. Взрослые уже. И знаешь, так вышло... Ой, Риточка, говорить об этом трудно. Из-за постоянных отвратительных сцен рассыпалась у Лизы семья совершенно. Марк ушел жить к своей девушке, в смысле, женился и ушел в примаки. Матвея Лиза долго не отпускала, но он все-таки ушел к отцу. К нам с Олегом.
Тут Костина бабушка взглянула на Риту и произнесла:
- Я тебе все это так подробно рассказываю, чтобы ты имела представление, почему случилось то, что потом случилось. У Лизы началась депрессия. А у кого бы не началась? От такого-то... Я понимаю свою вину, понимаю, ощущаю... Но... Это было мое счастье! И Олег был счастлив со мной. А с ней нет. Ладно, - она махнула рукой, - Не о нас сейчас речь. Короче, Лиза стала довольно неразборчива в связях. Но это не так страшно было... не так страшно было бы...
Рита съежилась от того непонятного выражения, которое застыло на лице у старухи.
- Рита, знаешь, почему мы общаемся узким кругом, всего в восемь семей? Вернее, мы можем жениться или выходить замуж за обычных людей. Но с нашими способностями - только между собой! И никогда со стороны. Потому что это крайне опасно. Люди, наделенные подобными способностями вообще опасны. Мы уже очень много времени знаем друг друга, у нас договор. Из поколения в поколение. Никто из нас не может вредить... Но на посторонних-то наш договор не распространяется. В общем, что долго говорить, из поездки на море, привезла Лиза в дом любовника. Он был моложе ее, тоже... Тоже из таких, как мы. Только чужой. Помнишь, я говорила, что Лиза была и огромной силой, и мощным зеркалом одновременно. Настолько мощным, что могла запросто присоединить к себе более слабого носителя силы, становясь от этого еще сильнее. Вот она его силу и присоединила, когда пустила в свою постель. Как ты понимаешь, за это он ей благодарен не был. И отношения у них были непростые.
Евгения Матвеевна вздохнула и затушила сигарету:
- Вот мы и подходим к главному.
От этих слов волоски на теле у Маргариты поднялись, легкая дрожь ужаса пробрала ее, она затихла, ожидая, какие еще тайны откроет ей эта старая женщина.
Глава 15.
Костина бабушка посмотрела на Риту и спросила:
- Ты, наверное, видела подвал в ее доме? Видела?
Рита кивнула.
- Ну, тогда понимаешь, о чем я. Подвал он и оборудовал. Потому что ему это нравилось, он был в 'теме'. И ей это стало нравиться тоже. Настолько, что она и не мыслила уже иных отношений. И пусть она была сильна, как никто другой, пусть у нее были несусветные способности, он держал ее в полном подчинении сексом. Этот Сергей, - имя любовника сестры Евгения Матвеевна произнесла с крайней неприязнью, - Он ее нещадно избивал, унижал постоянно, а Лиза только еще больше хотела его. В какой-то момент она просто стала его рабыней. Он запирал ее в подвале, сажал на цепь, как собаку. Да он вообще, творил с ней что хотел. И все требовал, чтобы она вернула ему силу. Но Лиза не возвращала, боялась, что после этого он ее бросит. Родня, конечно, не раз пыталась ее вразумить, только без толку.
Какая-то смутная догадка мелькнула у Риты, но не оформилась.
- А потом этот ее Сергей замыслил избавиться от Лизы и всю ее силу забрать. Но Елизавета дурой не была, она почувствовала, что он убить ее хочет. Тогда Лиза собрала всех. А знаешь ли, Риточка, она имела на это право, как самая сильная, она на многое имела право. Так вот. Собрала все восемь семейств. Всех. И велела отдать ей свою силу, а за это обещала, что ни их, ни их детей последствия того, что может произойти, не коснутся. И обещала, что никто из их детей силу не примет, только внуки. Так она их защитила, хоть и забрала всю силу. И все ей клятву дали, что будут молчать и не вмешиваться. Они бы и то не сделали, лишь бы их семей не коснулось...
Да, ради того, чтобы защитить своих близких от беды чего только не сделаешь.
- А потом Лиза составила то завещание. Ты знаешь, какое. А вскорости после этого умерла. Убил он ее. Только силу так и не получил. Она что-то сделала, как-то вложила все в тот документ. А по нему вместе с домом наследниками ее сил и способностей должны были стать дети ее детей - Костя Троепольцев и Коля Васильев. Но только при такой-то силе не могла она просто так уйти, не передав ее. А Сергей ее об этом знал, на то и рассчитывал, что она умирая вынуждена будет отдать ему все. Не прост был, ох не прост.
Выражение бессильной ненависти и страдания застыло на лице у старухи.
- Лиза до сих пор там, в том подвале. Хоть и сгнила давно в земле, а все равно до сих пор там. Он держит ее с помощью какого-то знака власти над ней. Знать бы, что это такое, можно было Лизу освободить, - у Елизаветы Матвеевны текли слезы, - Что бы между нами не произошло, она моя сестра, я люблю ее.
Сложились в одно целое все догадки в голове у Маргариты. Она нахмурилась.
- Ну вот, я закончила. Спрашивай девочка, у тебя должны быть вопросы.
- Костя знал, что я проводник?
- Знал. Любил он тебя, и берег как мог. И силу ради тебя принял.
Молодая женщина смешалась, слезы навернулись на глаза.
- Это потому он завещание на меня написал?
- Не знаю. А ты как думаешь? Хотя... Он больше всех с Елизаветой общался. Ему с ней нравилось.
Рита вспомнила, что ей Николай рассказывал, и кивнула.
- Скажите... он так кричал... и корчился... Ему было очень больно?
Евгения Матвеевна не ответила, но по ее взгляду Рита все поняла.
- Но почему смерть? Принял силу, боль... понимаю. Но почему смерть?
- А как ты думаешь, можно принять силу от мертвого и остаться в живых? Это только проводник такой силы как у тебя может. Потому что не берет, а просто через себя пропускает.
От запоздалого сожаления и боли сжалось сердце.
- А Николай?
- Коля? Коля зеркало. Очень мощное зеркало.
- И тоже из-за меня...
Тут Евгения Матвеевна подалась к Рите всем телом и произнесла:
- Ты мне это брось, раздувать чувство вины до размеров дирижабля. Все не совсем так. Они оба приняли силу и способности не из-за тебя, а через тебя. Понимаешь? Через. Ты же проводник. Через тебя они приняли. Потому что это было неизбежно. Только Костя добровольно, потому что любил тебя, а Коле пришлось. Так уж вышло.
- А этот... этот Сергей, как вы его назвали... Он жив?
- Думаю, да. Потому что странные вещи творились и с тобой, и с Костей, да и с Колей. И все из-за того бабкиного завещания. Он не отказался от мысли получить силу от Лизы, потому и держит ее в заточении. А теперь, девочка моя, ты единственная наследница по завещанию. Ты понимаешь, что это значит?
- Что? - Рита похолодела.
- Что ты, как проводник, сейчас и есть единственный носитель всех сил и способностей. И боюсь, как бы он до тебя не добрался. Но ничего, ничего, не бойся, мы с этим справимся, деточка моя. Мы...
Она уже не слушала. Даааааа... Ничего себе новости...
Но тут Рита вспомнила, что Евгения Матвеевна говорила про свою сестру и поняла, ЧТО нужно искать.
- Евгения Матвевна, я знаю, как он ее убил и чем держит.
- Знаешь... - испуганно и недоверчиво спросила старуха, - Откуда?
- Сны, - просто ответила Рита, - Я видела все это во сне.
- Что ты видела?
- Я не хочу рассказывать, простите. Просто знаю и все.
- И что это?
- Это... - она вспомнила противное звяканье и холод железа на шее, - Цепь и железный ошейник. Даже нет, цепь атрибут, которым он вводил ее в транс. Ошейник. Это ошейник.
Старушка несколько секунд сидела с открытым ртом, потом вдруг засуетилась.
- Спать, спать! Спать, милочка, моя. Спать. Уже поздно, давай завтра поговорим.
Рита вдруг почувствовала, что страшно устала, и что глаза у нее слипаются. И что Колю сегодня похоронила. Все это вызвала у нее смущение.
- Да, пожалуй. Можно я останусь у вас, Евгения Матвевна?
- О чем речь, милая, я бы тебя все равно не отпустила!
А сама уже кинулась хлопотливо расстилать постель для Риты.
- Спи, девочка, ложись, давай. Ложись.
Рита разделась, не было сил даже в душ сходить, заползла в постель и почти мгновенно уснула. Через некоторое время вошла старушка и встала над спящей. Глаза ее смотрели на молодую женщину с надеждой, а губы шептали молитву.
Глава 16.
Коротков Сергей Иванович на похоронах Васильева, конечно же, был. Только присутствие свое не афишировал, стоял в сторонке, благо народ понаделал мавзолеев на могилах, чисто Тадж-Махалы с Парфенонами, гробницы Тутанхамона. Покойнику оно надо? Покойнику оно безразлично, зато народ может свое тщеславие потешить. Коротков пышных надгробий не одобрял, предпочитал скромные серые плиты с фамилией и датой рождения, а то и вовсе с номером.
Пока говорились речи, он держался в отдалении, но Маргариту Троепольцеву из поля зрения не выпускал. Он вообще теперь к ней внимательнее приглядывался, потому как эта послушная поначалу дуреха потихоньку превращалась в дуреху неуправляемую. А неуправляемая дуреха с такой силой - все равно, что обезьяна с гранатой, гоняющая на мотоцикле. И нелепо, и бесцельно, и опасно для окружающих. С Васильевым все должно было пройти куда более гладко, а не так - скачком. Это сильно по Короткову откатом ударило, да и усложнило ему задачу. Впрочем, нет худа без добра, зато события разовьются быстрее.