Машина проехала город и свернула на загородное шоссе.
Влад, глядя прямо перед собой, молча крутил баранку. Когда Наталья, которую била дрожь, обхватила плечи руками, он вытащил с заднего сиденья олимпийку:
– Вот, накиньте.
У фотографа Влада, который спас её от бомжа, а после заставил позировать и выложил её фото в Интернет, были правильные черты лица, чётко очерченный нос и подбородок. У него были твёрдые на вид губы. От его олимпийки слабо пахло смесью парфюма и тела человека, которого Наталья видела второй раз в жизни. Ситуация странная, как и тогда, когда они познакомились. К Наталье вернулся здравый смысл, и она задавала себе вопросы: что, если этот человек решил, что она ищет приключений, и станет её домогаться? Или, того хуже, окажется маньяком и, когда машина остановится, набросится на неё?.. Пощёчина Ивана – просто недоразумение по сравнению с тем, что её может ждать!
– Куда мы едем? – спросила Наталья.
– У меня тут недалеко дача, – не глядя на неё, ответил Влад.
– Вы там… один? – Наталья старалась говорить непринуждённо, но вопрос прозвучал резко.
Он повернулся и посмотрел ей в глаза. Сказал неожиданно мягко:
– Расслабьтесь. Вам ничего не угрожает, и я так хочу увидеть вашу улыбку…
Они свернули к небольшой деревеньке, проехали улицы, освещённые светом окошек, и остановились у ворот дома за высоким забором. Влад высунул из окна руку с пультом; железные ворота медленно разъехались. У Натальи заколотилось сердце: они въехали в незнакомый двор, и ворота за её спиной сходились створками, которые ей без помощи хозяина ни за что не открыть…
Влад выскочил из машины, быстрым шагом обошёл её и открыл дверцу:
– Прошу вас.
Наталья вышла и огляделась. Двор был небольшой. В сгустившихся сумерках он плохо просматривался, из двух фонарей на высоком крыльце горел один, под ним мельтешила мошкара. Приятно пахло прогретой за день зеленью и душистыми цветами.
Влад поднялся на крыльцо, распахнул дверь и широким жестом пригласил её внутрь.
Дом оказался просторнее, чем выглядел снаружи. Обитые вагонкой стены, диваны, подушки и пледы, кухня-студия с барной стойкой, на массивном деревянном столе – круг от низко висящей лампы с синим абажуром… Сбоку – двери в другие комнаты.
Влад щёлкнул выключателем, и дальняя стена осветилась. Десятки женщин возникли перед Натальей так неожиданно, что она чуть не вскрикнула. Лица крупным планом, изгибы фигур в тени и в ярком свете, глаза, губы – чёрно-белые, цветные… Все они смотрели на Наталью, и она не сразу заметила, что в центре огромного коллажа – она сама, в том самом синем платье, облитая голубоватой дымкой; её обнажённые руки, плечо, лёгкие тени, падающие на её страдальчески изломанные брови и неестественно алый рот… Не сон ли это? Быть может, она спит?..
Фотографии были развешаны асимметрично, в простых картонных рамках, и лишь ту, на которой Наталья узнала себя, оттенял светло-бежевый пластик.
– Вот видите, я вас ждал, – произнёс Влад за её спиной.
Наталья повернулась. Влад стоял в широкой арке, ведущей на кухню, закрывая проём. Белая майка, джинсы, короткая стрижка. Наталья заморгала глазами, проверяя, не снится ли он ей.
– Вы только женщин фотографируете?
– Почему же? – Он улыбнулся. – Я снимаю продукцию для каталогов, работаю с несколькими фирмами. А дамы и природа – это так, для души.
Она прошла вслед за ним на кухню и села на предупредительно подвинутый стул. Вино, широкая ваза с фруктами, кусочки щербета и пастилы и свечи в центре стола… Но ведь не мог же он знать, что она позвонит ему сегодня вечером?..
– Вы хотите есть?
Наталья покачала головой.
– Тогда давайте выпьем. За знакомство! – Влад поднял бутылку над столом.
Наталья потянулась за салфеткой. Её рука неестественно блестела под светом лампы с абажуром. На пальце с рубиновым перстнем задрался и торчал неопрятной зазубриной ноготь. Должно быть, она зацепилась, когда открывала дверь ресторана. А что с её лицом, с волосами?! Она ни разу не посмотрелась в зеркало!
– Я долго думал… – начал Влад.
– Мне надо помыть руки, – перебила Наталья.
Влад поставил бутылку.
– Ну конечно. Пойдёмте, я покажу.
Просторная ванная являла собой резкий контраст с интерьером дома. Керамика и пластик, панели из полированного железа, множество пузырьков и тюбиков на столешнице перед большим зеркалом. Ванна на гнутых ножках, в которой могли бы поместиться два человека, с джакузи. Унитаз с деревянной крышкой, в углу – душевая кабинка.
Огромное зеркало над столешницей отражает бледное лицо. Чёрные от зрачков глаза, брови изогнуты, как на фотографии в бежевой рамке, под глазами – фиолетовые тени. Причёска в порядке, разве чуть распушилась, и немного съехала диадема. Но фигура безупречна. Чёрное платье, просвечивающие сквозь газовую ткань руки, вырез на спине – образ элегантный и таинственный. Наталья провела пуховкой по лицу, пригладила волосы, а после приняла вызывающую позу – в разрезе платья мелькнула резинка чулок – и нервно засмеялась: она, примерная мужняя жена, поздно вечером в доме незнакомого мужчины, за городом, и они совершенно одни! Могла ли она ожидать от себя такого?! Она прислушалась к себе: страха не было.
Наталья вымыла руки и вернулась в столовую. Влад сидел на диване, но сразу вскочил, подвинул стул. Вино уже играло бликами в бокалах.
– За нашу вторую встречу! – провозгласил Влад.
Он глядел ей прямо в глаза, и Наталья смело встретила его взгляд.
– Что ж… за встречу!
Вино защипало язык, голова закружилась, и образ Ивана встал перед глазами Натальи с укоряющей отчётливостью. Поставив бокал, она сказала:
– Вы плохо поступили, выложив мои фотографии в Интернет. Я поссорилась с мужем.
Влад улыбнулся. Покачал в руке бокал. Несколько минут он молча смотрел Наталье в лицо. Она ждала, что он будет просить прощения.
– Жизнь так коротка… Зачем усложнять её? Зачем придавать такое значение условностям?.. Попробуйте взглянуть на ситуацию глазами художника. Вы красивая женщина… вы – как драгоценный камень, а драгоценностям нужна огранка… внимание, восхищение… Я сразу понял, что именно этого вам не хватает, когда увидел вас в таком прекрасном платье, в заброшенном дворе… Вы были несчастны. Вы были обижены невниманием, а теперь вас знает целый мир. Сотни пользователей глядят на вас и восхищаются вами! Это – мой вам подарок. Будьте проще, Наталья…
Она – драгоценный камень?.. Он догадался, что она несчастна?.. Разместив в Сети её фото, Влад хотел сделать ей приятное? Возмущение Ивана – условность?.. Нет, конечно! Иван вспылил в первую очередь потому, что не захотел её выслушать, не дал ей слова сказать, объяснить… Но она несчастна – это правда. Она – никто, просто жена, приложение к жизни мужчины… Наталья и раньше не была простой, а теперь в её жизни такой период, что «стать проще» – было бы счастьем! Но – сотни людей восхищаются ею… сотни людей! Наталья обвела глазами столовую. Горло пережало, вещи и предметы закачались перед её глазами, как живые.
– Вам нехорошо? – донёсся до неё голос хозяина дома.
– Нет, что вы. – Наталья вздрогнула.
– Будьте проще, – повторил Влад. – Простота – это мудрость. Радоваться тому, что ты жив, дышишь, ходишь по земле, видишь красоту этого мира… Не надо создавать сложности там, где их нет, в мире и без того много сложного…
Он не пытался понравиться ей, не вёл себя так, как обычно ведут себя мужчины, чтобы заинтересовать женщину. Не распускал хвост… Сложностей у неё полно, и простота – это то, чего действительно жаждала её душа… Какое было бы облегчение – принять естественную простоту жизни…
– Как давно у вас эта дача? – спросила Наталья. Она боялась, что Влад прочитает её мысли.
– Пять лет. Я купил её за копейки. Тут всё было разрушено: ветхий дом с дырявой крышей и гнилыми полами, печка, туалет на улице… Зато рядом лес и речка… Так что не печальтесь из-за нелепостей, – неожиданно закончил Влад. – Лучше давайте пить вино – я привёз его из Испании!
– Да, налейте вина… И покажите сайт, куда вы выложили мои фотографии, – ответила Наталья.
– Хотите знать, что написали о вас люди? – Влад улыбнулся.
Наталья не вдруг осознала, а осознав, пришла в изумление: прежде чем ответить, она откинула назад голову, отчего качнулись и заискрились в свете лампы её серьги-капельки, взглянула коротко из-под ресниц… Жест из того времени, когда она пела для любовника в их съёмной квартирке, благополучно забытый после замужества…
Собралась, произнесла с улыбкой:
– Вы угадали…
– С удовольствием. – И Влад, поощряемый её взглядом, достал с полки ноутбук.
…За окном начало светать, когда она наконец оторвалась от монитора. Подняла глаза – и встретилась с глазами хозяина дачи…
Улыбнулась виновато и смущённо. Потёрла уставшие глаза…
Он предложил пойти подышать свежим воздухом. Они вышли, вслед за ним она двинулась по дорожке за дом. Влад привёл её в беседку с прозрачными стенами. Столбы, увешанные масками и сувенирами, фотографиями архитектурных памятников и экзотических пейзажей, массивный стол с ажурной скатертью – всё это показалось угоревшей от вина и впечатлений Наталье сказкой. Усадив её на диван из тёмного дерева, заваленный подушками с восточным орнаментом, Влад скрылся в углу кухни. Он вернулся, держа в руках чашки с капучино.
– Где вы его взяли? – удивилась Наталья.
Влад подмигнул:
– Сотворил для вас…
– У вас кофемашина? Тут, в беседке?
– Почему бы и нет?
Влад выключил свет и сел напротив.
– Во дворе деревенские устроили помойку… – сказал он, помолчав. – Дом этот давно был заброшен… А теперь ходишь – и влюбляешься… Утром я покажу вам розы… Ну как, я оказался прав? – Он отпивал кофе, а глаза улыбались.
– По поводу комментариев?.. – Наталья шумно вздохнула и тут же рассмеялась. – О да! Я не ожидала, что у вас столько подписчиков…
– Скорее, вы не ожидали, что десятки тысяч людей – и все единодушно – признали вас ослепительной, удивительной, необычной, потрясающей, – с улыбкой уточнил Влад. – Успех! Восторг! Вы читали – они спрашивали: «Где ты отыскал богиню заката, фею синего часа?» И, замечу, там были не только мои старые подписчики. Там были и новые люди, которых привлекли ваши фотографии.