Ворота замка были приоткрыты.
— Ни фига себе, — изумилась Рут. — Теперь чего, и по ночам гулять можно?
— Сомневаюсь. Когда шёл сюда, ничего подобного тут не наблюдалось. Да и вообще первый раз такое вижу.
— Интересно, кому настолько приспичило, что до утра подождать нельзя?
Они замерли, прислушиваясь и оглядываясь. Но ни в парадной, ни на аллее никаких следов присутствия двуногих не наблюдалось. А из звуков лишь далёкий шум океана да скрип ветвей и шорох листьев под порывами ветра.
— Может, рыцари от долгого стояния на посту немного того? — Рут выразительно покрутила пальцем у виска. — Возможно такое?
— Не знаю. Но проверить несложно. Смотри!
Уверенным шагом подойдя к ближайшему «привратнику», Эрик изобразил начальственную суровость.
— Почему ворота открыты в неположенное время?
— Согласно приказу, — грозный тон вопрошаемого не произвёл на элементаля никакого впечатления.
— Кем отдан приказ?
— Информация разглашению не подлежит, — с еле уловимой долей злорадства проскрежетал доспех.
Ржавая скрипучесть голоса являлась всего лишь частью имиджа; с равным успехом тот мог разговаривать тенором и басом, с любым акцентом, придыханиями и шепелявостью — в общем, как заблагорассудится контролирующему его волшебнику. Но в случае официальных «служащих» Штарндаля, видимо, решили не мудрствовать лукаво, внося диссонанс меж обликом и его проявлением.
— Большая шишка, стало быть, — прокомментировала Рут.
— Считаешь, кто-то из Великих? Оно им нужно? Они и днём-то здесь не ходят, предпочитают телепортироваться. А кого ещё будут слушаться придворные элементали?
— А вдруг это проделки Вин?!?
Иррациональные страхи лучше всего лечатся железной логикой невозможности их существования — к чему Эрик и прибегнул.
— Тогда бы она объявилась рядом и от души повеселилась, глядя на наши ошарашенные лица. Судя по проснувшейся в ней мании величия, от подобного удовольствия точно не отказалась бы. Кроме того, — только сейчас вспомнил! — аналогичная история приключилась и с Лиэнной.
— Лиэнна? — удивлённо захлопала глазами Рут. — Я про то ничего не слышала!
— Просто тебя тогда её не было в нашей компании. Эпизод, как под гипнозом собственный кристалл к порталу тащила, помнишь?
— Разве такое забудешь? До сих пор вздрагиваю!
— А перед тем нечто подобное приключилось с Лиэнной, причём ночью. И по её рассказу ворота также были открыты.
— Кто приходил их отпереть, случайно не видела?
— Нет. Иначе мы сейчас не мучились бы сомнениями!
— Жаль. Тогда давай покараулим немножко! Вдруг повезёт?
Они затаились за статуей Зевса, шёпотом переговариваясь и любуясь игрой летящих на свет ночных мотыльков. Где-то далеко захлопнулась форточка, а в остальном ничто не нарушало гармонии окружающего мира. Созерцательные размышления мало-помалу вытеснялись более прозаическими — завалиться бы под ближайшим кустиком в обнимку с девушкой, да и просто поспать тоже неплохо. Возможно, и Рут предпочла бы вариант более приятного времяпрепровождения, но тут «швейцары», подчиняясь неслышимой команде, затворили каждый свою створку ворот.
— Эх, проглядели, — разочарованно вздохнула Рут.
— Либо «рыцари» управляются дистанционно, либо орудовал невидимка, — пожал плечами Эрик.
В последнем случае могли бы попробовать засечь нарушителя порядка, но увы — магометр сломан, поэтому шансов никаких. Всё-таки их порыв отдавал изрядной наивностью — способного повелевать элементалями голыми руками не возьмёшь.
— Ну и ладно. В следующий раз. А чего ты мне показать хотел?
— Есть ещё желание посмотреть? Тогда идём!
— Прикольная штучка, — согласилась Рут, покрутив в руках находку Эрика. — Защитный амулет?
— Хотел бы я знать наверняка. Магометр, увы, дуба дал.
— Это как??
— Молча. Тихо скончался, одним словом. А вопрос такой: у кого-нибудь на курсе видела подобный?
Рут с сомнением ещё раз оглядела подвеску.
— Вроде бы нет, хотя… не помню.
— Пожалуйста, постарайся вспомнить! Очень важно!
Несколько секунд австралийка добросовестно хмурила лоб, но безрезультатно.
— Ничего не получается. Наверное, давно дело было. Если разрешишь взять на время, возможно, снизойдёт озарение.
— Лучше пусть пока побудет у меня. Не из-за того, что жадный. Предчувствие мучает — не с добром её начинка.
— Ты настоящий рыцарь! — восхитилась Рут. — Всегда мечтала о таком! Будешь моим защитником хотя бы сегодняшнюю ночь?
Глава 24
От рутинной процедуры сверки распечатки с оригиналом, накарябанным Мастером Халидом на листах пожелтевшей от времени бумаги, Эрика отвлекло появление Узара-аль-Суффуга.
— Дэнил собирает всех нас в три часа на плато Ворона.
— Ладно, приду, — буркнул в ответ Эрик и вновь углубился в документацию.
— Эй! Ты меня понял? — не отставал «магрибинец», видя пренебрежение к собственной персоне.
— Да понял я всё прекрасно. Мог бы и не повторяться.
— Шеф сказал, чтоб был обязательно. Иначе огребёшь неприятностей.
— А это уже не твоё дело, шестёрка.
— Как ты меня назвал?!? — мгновенно вскипел «магрибинец». — Повтори!
— Запросто. Или претендуешь на нечто большее?
— Я убью тебя! Клянусь Пророком!
— Рискни здоровьем. Зубы жмут или два глаза — роскошь?
До драки, впрочем, дело не дошло — позади Узара материализовался Дэнил, которого, судя по довольной физиономии, произошедшее немало позабавило.
— Ну, ну, забияки, полегче. Вовсе не нужно, чтобы мои люди ссорились меж собой из-за пустяков.
— Он меня шестёркой назвал! — с дрожью в голосе пожаловался «магрибинец».
— Значит, заслужил. Задирался, небось? Знаю я тебя! Эрик первым бы не начал, верно? — подмигнул рыжий. — В общем, жду вас на плато в условленное время. Просьба не опаздывать! И больше чтоб без выяснения отношений. Кто прав, кто виноват, решаю я. Иначе никаких дивидендов и штрафные очки. Ясно?
— Но, босс… — попытался было возразить Узар, однако наткнулся на суровый взгляд мистера О'Хенли.
— Тебя это касается особо. Кто весной чуть не сорвал спецоперацию?
Так и подмывало спросить — какую именно; Эрик с трудом сдержал себя. Памятуя — одно неверное слово или жест, и едва ли его пригласят на сходку в следующий раз. Идти туда совсем не хотелось, но упустить уникальный шанс выяснить планы вероятного противника, а заодно уточнить его качественный и количественный состав — тоже. Исключительно ради друзей, убаюкивающе шепнул он собственной совести. Жизнь двойного агента — не его стезя, но пока остаётся лишь уповать на чудесное появление оружия, способного разрубить этот гордиев узел.
А если заодно решит проблему с Вин, вообще плясал бы от счастья. Ох, лучше б не вспоминал — словно дотронулся языком до больного зуба. Их намерение поквитаться с ней так и не удалось реализовать. Ни на следующий день, ни позже её колдовская сила никуда не исчезла. Скорее наоборот — уже не требовалось хитростью или обманом заманивать его к себе, аура гипноза начинала действовать, стоило оказаться в поле зрения. А зов Направленной Мысли был слышен практически в любом уголке замка. Пробивало Вин на душевные и телесные истязательства где-то раз в сутки, зато уж отрывалась по полной. В перерывах меж играми в госпожу, сексуальные фантазии которой больше напоминали изысканные извращения, Вин грузила откровенным бредом, солянкой из цветастых философских притч, рассуждений, достойных торчка после хорошего прихода, обещаний озолотить верных слуг и показать кузькину мать всем остальным. Выслушивать пространные монологи приходилось в роли китайского болванчика, со счастливой улыбкой кивая головой в окончаниях фраз. Как-то Эрик, набравшись силы воли, осмелился возразить — и тут же пожалел об этом. Не вступая в дискуссию, Вин надменно взглянула в сторону стоявшей на тумбочке глиняной статуэтки антилопы, и та ожила, спрыгнула на пол и забавно запрыгала вокруг них. Не меняясь в лице, хозяйка подозвала её к себе и, обхватив ладонью, легонько сжала. Сухой треск раскалывающегося камня сопровождался еле слышным предсмертным писком, а сквозь пальцы просочились потёки крови.
— Понравилось, милый? — всё так же загадочно улыбаясь, проворковала Вин, выкинув в окно осколки и проведя окровавленным пальчиком по щеке Эрика. — Не зли меня, ладно? А то ведь, если сильно расстроюсь, повторю на тех, кем по настоящему дорожишь. Ты ведь не хочешь, чтобы они пострадали?
Подобных желаний наш герой, естественно, не испытывал, но для себя вынес и другое — терапевтические методы здесь не помогут, действовать придётся хирургически — единственным точным ударом лишить Вин колдовской силы. На тонкие намёки об источнике её китаянка лишь победоносно усмехалась — типа, работать нужно над собой, остальное приложится. Проявлять же настойчивость Эрик опасался — заподозрит неладное, пиши пропало.
Потому условились они с Рут — пока не найдено верное средство, встречаться вне Штарндаля, где магия Вин не смогла бы их засечь. И там, на отдалённых пляжах и уютных, скрытых зарослями от посторонних глаз полянках, изливали друг другу душевные обиды.
— Жаль, нельзя жить прямо здесь, — блаженно растянулась на травке Рут. — А то могли б шалаш поставить.
— Да, в столовку и на занятия всё равно таскаться придётся. Плюс удобства — не так-то легко от них отказаться.
— Пустое. Папашка мой убеждённым консерватором был, здоровый образ жизни активно проповедовал. Несовместимый, по его мнению, с благами цивилизации. Поэтому после родной фермы мне не привыкать. Скорее уж тебе.
— Поверь: там, откуда родом, понятия удобств весьма специфическое, — прилёг рядом Эрик. — И вот так запросто на землице не поваляешься. Особенно в январе. В апреле или октябре, впрочем, тоже. Недаром про наши края анекдот сочинили: встречаются два мужика, один другому — ты в этом году лето видел? А тот — не, я в тот день работал.
— Фу! Как в таких условиях заниматься любовью?