ия» начинают даже нравиться. Проявление скрытого глубоко внутри мазохизма, о наличии которого он не подозревал, или кумулятивное действие гипноза? Скорее второе, утешался наш герой — в учебнике по магии Духа мельком упоминалось: длительное воздействие заклинаний подавления и подчинения трансформирует психику и характер жертвы. И чем дольше, тем меньше вероятность возвращения в первоначальное состояние после прекращения воздействия. К сожалению, конкретных примеров не приводилось, и поиском их Эрик решил не заниматься — вряд ли подобные эксперименты одобрило бы руководство Гильдии, а, значит, даже если таковые и проводились, результаты уничтожены или под надёжным замком.
Выйдя в парадную, они остановились у ближайшего зеркала. Вин не спеша принялась приводить в порядок волосы.
— Задумывался когда-нибудь, почему зерцала играли очень важную роль в магических обрядах прошлого? Нет? Я так и думала. Ладно, поделюсь секретом: тонкий слой амальгамы, нанесённый на идеально гладкую стеклянную поверхность, путём многократного отражения и преломления на границе раздела преобразует энергию волшебства, одновременно концентрируя и усиливая её. Сложность лишь в управлении возникающим потоком — заставить его течь в нужное русло. Иногда этого удавалось достичь даже непрофессионалам — сами того не подозревая, они обладали Даром. И использовали его в первую очередь для прорицания, пытаясь узнать прошлое и предвидеть будущее. И кое-кто достиг в том немалых успехов…
Изумрудный огонь в её глазах пылал всё ярче.
— А ну-ка, посмотрим, какое будущее готовит нам судьба!
Кончиком миниатюрной расчёски она дотронулась до собственного отражения. И тотчас же полированное до блеска стекло подёрнулось матовой дымкой. А когда прояснилось, перед ними предстала антрацитово-чёрная бездна космоса, озаряемая лишь игольчатым светом бесконечно далёких звёзд. И ещё неясными сероватыми тенями, стремительно проносящимися мимо.
— Астрал?! М-м, очень неожиданно. А, впрочем, почему бы и нет. Прелюбопытнейшее местечко. Между прочим, используя нехитрое колдовство, зеркало можно превратить в портал, связующий мир живых и мёртвых (яви и нави, вспомнились Эрику основы славянской мифологии). То, о чём наш кретин Олунг едва ли расскажет на лекции, — хрипло рассмеялась Вин. — Может, и сам толком не знает, пижон несчастный. Не дорос ещё до азбучных истин. Или скрывает, не желая плодить конкурентов. Хочешь, научу открывать такой портал?
— Как пожелает госпожа, — безучастно подтвердил «милый».
Внешнее проявление покорности не обмануло колдунью.
— Насмешничаешь? Знаю, знаю, стоит лишь отпустить поводок, тут же умчишься к своей дуре белобрысой. Ну ничего, если мне удастся разыскать одну вещичку, я смогу подчинять не только тела, но и души. Вот тогда ты навеки станешь моим. И даже не подумаешь глазеть в сторону местных шлюх. Но придётся выбраться во внешний мир…
Эрик слушал, затаив дыхание.
— Причём лучше не откладывать. Решено, отправлюсь на рассвете. Предупреди народец местный, пусть даже не пытается заглянуть в мою комнату. Я оставлю надёжных сторожей, которые немедленно накажут нарушителя, кем бы он ни был. Сколько буду отсутствовать, пока не знаю. Может, день, а может и неделю. Как там у вас, руссов, говорится: жди меня, и я вернусь. А чтобы сильно не скучал, так и быть, посвящу тебе эту ночь. Однако придётся немного потрудиться, чтобы угодить госпоже. Справишься, милый?
— Постараюсь.
— Тогда не будем терять драгоценное время, — обвив руками шею Эрика, колдунья смачно впилась в его губы. — Идём немедленно!
Очнувшись к полудню в собственной постели, наш герой с очень большим трудом смог вспомнить отдельные эпизоды прошедшей ночи. Более-менее отчётливо отложилась лишь одна мысль — Вин уехала, ему нужно предостеречь друзей от вторжения в её апартаменты. Интересно, куда она подалась? Сколько не напрягался, прозрения не наступало. Явно не обошлось без наложения чар — по-другому объяснить провалы в памяти не получалось. Воспользовалась порталами Академии или открыла свой? Скорее, второе — китаянка предпочитала действовать, не привлекая внимания Великих. Из-за того до сих пор оставалась призрачной надежда — спалится, решив померяться силами с кем-нибудь из них, и понесёт заслуженное наказание. Эх, не догадалось руководство Гильдии ввести должность куратора курса и пригласить на неё человека, умеющего найти общий язык и со студентами, и с администрацией, сетовали приятели. Тогда удалось бы по-тихому, без официальных разборок, поставить Вин на место.
А насчёт комнаты своей могла бы вообще не предупреждать — в здравом уме туда и так никто не постучался бы. Другое дело — поделиться столь сногсшибательным известием в любом случае не удержался бы!
Новость и впрямь произвела эффект разорвавшейся бомбы. Никто не скрывал радостных чувств.
— Хоть бы вообще не возвращалась, — выразил Гека общее мнение.
— А давайте посмотрим, чего она от нас скрывает!
— Вин запрет насчёт своих апартаментов кинула, — мотнул головой Эрик. — Наверняка напичкала их ловушками.
— Тогда хотя бы обследуем снаружи магометром!
Здесь возражений не нашлось. Улучив момент, друзья столпились у двери китаянки.
— Действительно, прямо-таки набито магией до самого потолка.
— Причём спектр очень странный, — удивился Олаф. — Многие сигналы я уже могу расшифровать даже не заглядывая в справочник, но тут и близко ничего похожего.
— Всё правильно: колдовство съезжает одновременно с крышей.
До неторопливого скандинава смысл шутки дошёл не сразу.
— Но есть ведь некие базовые принципы, не зависящие от конкретной личности! Все мы так или иначе отличаемся друг от друга, а формулы одни и те же! Или вы имели в виду нечто иное?
— Ладно, Олаф, не парься, разберёмся потихоньку. И вообще, как насчёт отметить сиё знаменательное событие?
— Точно, давно не устраивали пикник на лужайке!
— Выпивки маловато припасено…
— Ну не обязательно же напиваться до потери пульса!
— Тем более это не победа, скорее передышка после лёгкой разминки. Основное сражение, боюсь, ещё предстоит.
— Нужно уметь радоваться каждому мгновенью бытия. Даже если оно — затишье перед бурей.
— Какая умная и правильная мысль! Когда всё время думаешь о будущем, теряешь настоящее. Короче, тащим что у кого есть, и через полчаса накрываем поляну.
Первый тост, не сговариваясь, подняли за нескорое возвращение Вин. Причём чем позже, тем лучше. Возражения высказала лишь Исикэ, да и то когда народ успел не только выпить, но и закусить.
— А по-моему, лучше пусть осталась бы с нами, но прежняя, не испорченная злым чародейством.
— Увы, даже если источник его иссякнет, такой, как раньше, она уже не станет, — возразила Лиэнна. — Гордыня всемогущества и вседозволенности успела извратить её душу.
— Вопрос, насколько необратима трансформация. Но тут никто не даст абсолютно верный ответ.
— Кроме Вин. И то, если способна адекватно оценивать себя.
— В чём у меня лично имеются сильные сомнения. И даже не из-за предвзятого отношения, просто мало кто может сделать это. В большинстве своём люди склонны преувеличивать собственные достоинства и преуменьшать недостатки.
— Ну не киборги же мы в конце концов! Которым встроенная программа действий не позволяет говорить неправду.
— Если только не вложили более хитрую программу, допускающую поливариантность реакции на конкретную ситуацию.
— Всё равно, у робота это выйдет слишком прямолинейно. Сразу будет видно враньё!
— Посмотрим, что скажешь лет через двадцать. Наука не стоит на месте.
— Как, кстати, и магия. Новые формулы успешно изобретаются, старые совершенствуются.
— Но не столь быстрыми темпами. В иные за два-три столетия не вносилось никаких изменений. А представь себе… ну, например, компьютер, лет пятьдесят назад изготовленный.
— Ужас! Наверное, выглядел типа электронный гроб на колёсиках, с лампочками внутри, да ещё жутко фонящий радиацией!
— Не совсем так примитивно, но в общем-то недалеко от истины. То ли дело современная версия — пенальчик размером с портмоне. Понадобился — достал и разложил в сенсорный экран.
— А ещё через полвека системный блок вмонтируют тебе прямо в бошку, и станешь управлять им силой чистого разума!
— И чем же, господа, станем тогда отличаться от киборгов?
— Да по сути ничем, за исключением метода изготовления.
Дружный смех.
— Однако если киборги научатся размножаться, да ещё и получать при этом удовольствие, боюсь, человечеству станет не до шуток!
— А знаете, с чего начнётся? Едва популяция биороботов достигнет критической массы, правозащитники начнут вопить об уравнивании их в правах с человеком, потом потребуют представительства в парламенте, и, наконец, вершина политкорректности — президент-киборг!
— Так тихой сапой и произойдёт восстание машин. Людям нашьют на грудь позорные знаки отличия, загонят в резервации, а за лишнюю пайку придётся ублажать чудовищ из металла и пластика.
— Типа ежедневная, с глубоким проникновением, протирка электронной начинки медицинским спиртом, расслабляющий электромассажик внешней оболочки, регулярный техосмотр силами улыбчивых, предупредительных сисадминов.
— Или сисадминш — смотря какого пола робот.
— А наиболее привлекательные представители рода человеческого угодят в секс-рабство.
— Киборгам оно зачем?
— Просто развлечения ради.
— Только не это! — изобразил негодование Гека. — Чтоб нас, венцов творения эволюции, насиловали какие-то биомеханические твари! Хотя, если киборгиня симпатичная попадётся…
— Успокойся: ты её даже с возбудителем удовлетворить не сможешь, — вставила шпильку Таисия, вновь вызвав смех окружающих. — Придётся обзавестись агрегатом помощнее.
— Обойдёмся каким есть. На наше счастье, осталось ещё местечко на земном шаре, куда мыслящей технике вход заказан!
— Уж не про Санта-Ралаэнну речь ведёшь?