Флорида
39Служебная переписка
Биллу Корни,
Заместителю директора ФБР,
Начальнику Нью-Йоркского бюро ФБР
(Спецсвязью по закрытой электронной почте)
По вопросу: TND-7/B
Согласно показаниям г-жи Сюзан Хиллс, хозяйки ресторана «Suzann's Hat», Вилфорд, штат Нью-Йорк, полученным мной 20 июля в B.47 утра, русские подростки Андрей Грушо и Виктор Малиновский были подобраны ею в ночь с 10-го на 11 июля с.г. на 209-й дороге возле ресторана Blue Tequila Mexican Restaurant.
Выдавая себя за туристов, отставших от туристического автобуса, они просили подвезти их до Корвелла, Пенсильвания.
Два часа спустя г-жа Хиллс высадила их у поворота на Корвелл и, прощаясь, пригласила посетить ее ресторан «Suzann's Наt в Вилфорде.
Утром 12 июля они действительно появились там, объяснив, что не догнали свой автобус и собираются путешествовать по США автостопом.
Г-жа Хиллс поселила их в комнате ее сына, где они прожили неделю, помогая ей по хозяйству. 13 июля они помогли ей оборудовать ресторан новым плазменным телевизором «GE», убедили приобрести ноутбук «Lanova» и подключиться к Интернету, а также научили пользоваться «Скайпом».
По данным компании «Frontier», подключение дома г-жи Хиллс к безлимитному Интернету и установка там роутера для беспроводного пользования Интернетом были завершены 13 июля в 15.49, а уже вечером того же дня этим абонентом было скачано почти 9 гигабайт различной информации, причем информация о получателях этой информации была абонентом тотчас удалена.
После чего, в ночь на 17 июля, вся Америка, как известно, увидела во сне речь президента Рональда Рейгана, и этот факт является если не прямым, то косвенным подтверждением авторства Андрея Грущо и Виктора Малиновского в Total Night Delusion (TND-7/8).
Как показала г-жа Сюзан Хиллс, во вторник, 19 июля, в 7.05 утра они объявили ей, что намерены автостопом добраться до Флориды, чтобы посетить Disney World в Орландо, и она помогла им сесть в проезжавший по 209-й дороге трейлер с канадским номером «YGA-3314», перевозивший двух лошадей из Канады в Южную Каролину. Эти показания подтверждены жителями Вилфорда пенсионерами Робином Лутски, Даном Горлинг, Лео Волкофф, Шимон Зуйтер и другими, которые запомнили номер трейлера и видели, как Андрей и Виктор сели в кабину его водителя.
В связи с тем, что полковник российского МЧС Ирина Рогова убыла в Москву, вышеуказанные сведения были получены мной в присутствии сержанта пенсильванской полиции Гамлета Гамильтона (номер жетона J-4617) и по оперативной связи ФБР немедленно переданы Алу Габайду, комиссару полиции Южной Каролины.
20 июля в 14.16 полиция Южной Каролины обнаружила трейлер с номерным знаком «YGA-3314» на Zapopan Jump & Gallop Farm [43] в Монтморенси, Южная Каролина.
Опрошенный Роном Айкеном, специальным агентом ФБР в Южной Каролине, хозяин трейлера канадский гражданин Мэл Паскерс сообщил, что привез сюда своих лошадей для тренировки и выступления на сентябрьских скачках и что по дороге действительно подвозил двух юных русских туристов по имени Андрю и Виктор. Поскольку в его трейлере были лошади стоимостью $1,5 млн каждая, он ехал со скоростью не более 40 миль в час и многократно останавливался, чтобы успокоить их, накормить и почистить трейлер, в чем ему охотно помогали молодые русские туристы.
20 июля примерно в 5 утра он высадил своих пассажиров на пересечении 77-го и 20-го хайвэев, где он сворачивал к Монтморенси, и помог им пересесть в Iron & Scrap Trucking [44] грузовик, идущий на юг по 26-й дороге. По его словам, они направлялись в Диснейуорлд, Флорида. По дороге они переговаривались между собой по-русски, и потому никакой дополнительной информации он сообщить мне не смог.
Совершенно очевидно, что добраться кратчайшим путем от Дентсвилл, Южная Каролина, до Орландо, Флорида, можно только перейдя с 26-й дороги на 95-ю в районе Провиденс, Южная Каролина, и этот маршрут занимает от 7 до 8 часов непрерывного вождения.
Однако, согласно информации AAA-club, весь участок 95-й дороги от Дайтона-Бич до Майами ремонтируется, и, таким образом, среднестатистическая задержка автодвижения на этом участке длится от 4 до 5 часов. Следовательно, при самом удачном для Грущо и Малиновского стечении обстоятельств доехать 20 июля с.г. из Дентсвилла, Южная Каролина, в Орландо, Флорида, они могли не раньше 16.30–17.00.
Понимая критическую важность ситуации, я, закончив опрос г-жи Сюзан Хиллс и осмотр комнаты, в которой проживали Андрей Грущо и Виктор Малиновский, выехал в аэропорт Вайт-Плэйс, Вестчестер, откуда рейсом 1079 компании AirTrans в 15.50 прибыл в Орландо, Флорида.
Здесь местная полиция, получив от меня фотографии Грущо и Малиновского, незамедлительно перекрыла все въезды в город по 408-й и 4-й дорогам и все входы и выходы в Диснейуорлд.
Однако ни 20-го, ни 21-го, ни 22 июля Андрей Грущо и Виктор Малиновский ни в Орландо, ни в Диснейуорлде не появились.
Считаю мое дальнейшее пребывание во Флориде бессмысленным и прошу Вашего согласия на мое возвращение в Нью-Йорк.
Поскольку все мои поиски несовершеннолетних русских авторов ТМ0-Беуеп/Е1§Ы: оказались безуспешны, прошу передать это дело другому, более профессиональному агенту.
Мэтью Гросс, специальный агент
22 июля 2011
Орландо, Флорида
mwgross@fbinetwork.gov
Мэтью Гроссу, специальному агенту
mwgross@fbinetwork.gov
Согласно только что поступившим из ЦРУ сведениям, русский полковник Ирина Рогова вчера, 21 июля 2011 года, в 6.50 утра рейсом «Аэрофлота» № 333 прибыла в Гавану, Куба.
Принимая во внимание, что:
1) по Вашим сведениям, Андрей Грущо и Виктор Малиновский 19 июля отправились из Вилфорда во Флориду;
2) а расстояние между Майами и Кубой всего в 60 морских миль, – наш Аналитический отдел считает вероятным проведение Ириной Роговой операции по нелегальной доставке Грущо и Малиновского из Флориды на Кубу.
В связи с этим срочно отправляйтесь в Майами, где обратитесь за помощью к нашему Флоридскому бюро.
Примите к сведению, что, согласно информации, полученной нами от прослушивания телефонных разговоров одного из мексиканских наркобаронов с нью-йоркским доном Антонио-«Сицилийцем», их люди ведут за вами слежку.
Билл Корни
22.08.2011, Нью-Йорк
40В Майами
Что такое Майами?
Как человек, проживший там шесть лет, свидетельствую: если вы где-нибудь в феврале или в марте прилетаете в Майами из темной и простуженной морозами Москвы или Торонто, то, гарантирую, вы почувствуете себя в раю и решите, что жить еще, безусловно, стоит. Поэтому половина Америки и Канады, выйдя на пенсию, катит в октябре во Флориду на своих трейлерах, домах на колесах, грузовичках и даже на мотоциклах. Каких-нибудь двадцать лет назад они селились тут в тени прибрежных джунглей трейлерными островками-колониями или в дешевых испанских мотельчиках, которые одноэтажными сараями тянулись вдоль океанского побережья на сотню миль на север от Майами. Но потом пришел ипотечный бум, банки стали выдавать кредиты кому попало, и буквально за 10–15 лет все это побережье превратилось в строительный Клондайк – роскошные небоскребы с умопомрачительными по цене и отделке квартирами, виллами, плавательными бассейнами на крышах и зимними садами в фойе выросли тут как грибы после дождя. Tramp-Tower [45], Ocean Tower [46], Golden Beach Tower [47], Pharaoh Tower [48] и прочие вавилонские башни строились наперегонки, соревнуясь меж собой по высоте и роскоши. А квартиры в них раскупались еще до того, как закладывались фундаменты, причем перекупщики хватали сразу по десятку квартир, чтобы через год, когда башня вырастет во всей своей красе и мощи, продать эти квартиры вдвое и даже втрое дороже. Умные люди делали на этом состояния, звезды русского шоу-бизнеса заселяли квартиры с видом на океан, а писатели вроде вашего покорного слуги уезжали подальше от этих понтов и тусовок.
Но это зимой. А вот летом флоридский рай превращается в ад в прямом смысле этого слова. Адское солнце выжигает глаза и кожу, температура плюс 40 по Цельсию – это еще полбеды, прохладно и терпимо, но удушающая, как в сауне, 100-процентная влажность даже крокодилов заставляет целыми днями не высовывать головы из болот. Однако за день и болота прогреваются так, что по ночам крокодилы выползают на более-менее остывший асфальт прибрежных дорог и кайфуют от этой прохлады. Американцы появляются на пляжах в пять-шесть утра, бегают для «фитнеса» по кромке воды и исчезают в своих кондиционированных квартирах и офисах или уплывают на своих яхтах в океан и Мексиканский залив. А русские пенсионеры, закаленные, как сталь, еще в сталинскую эпоху, уже в пять вечера выводят на пляжи своих внуков и вместе с ними поплавками сидят в горячей океанской воде. Их жалят медузы и скаты, пугают морские коровы и кусают акулы, но, как сказал поэт во дни их советской юности, «ничто нас в жизни не может вышибить из седла».
Днем 21 июля 2011 года в Майами было +97° по Фаренгейту и 88 % влажности. Асфальтовый тротуар на «золотой миле» Оушн-драйв в Саус-Бич, где находятся три десятка самых дорогих вилл и ресторанов и двухэтажная вилла Версаче, убитого его любовником, плавился от солнца. Даже пальмы – аборигены флоридских джунглей – безжизненно обвисли своими трехметровыми листьями, как обтрепанные метлы.
И в это изнурительное время, под обжигающим солнцем два подростка изможденно плелись по раскаленной Коллинз-авеню. Мягкий и липкий асфальт проминался под их кроссовками, пот застил глаза, а легким не хватало воздуха. Если на американских хайвэях достаточно постоять с поднятой рукой 10–15 минут, чтобы вас подобрала добрая душа с кондиционером в машине, то в городе вас не подберет никто – пользуйтесь такси! Андрею Грущо и Вите Малиновскому пришлось пешком пройти шесть миль от 95-го хайвэя до Коллинз-авеню. После этого они, изумляясь обилию огромных яхт у причалов Alton Road, еще минут сорок тащились по этой Коллинз на юг, чтобы попасть на Оушн-драйв, где, им сказали, должно быть это треклятое «Айс-крим– кафе».
Но когда, обессилев, они добрели до Оушн-драйв, Витя вдруг остановился.
– В чем дело? – спросил Андрей.
Виктор поднял на него глаза:
– Кажется, я придумал, как это сделать в 3D…
– Что сделать?
– Всё… Наше…
– Ты псих. Мы из-за 2D в полной заднице… Где тут это «Айс-крим-кафе»?
Но спросить было не у кого. В полдень обитатели Оушн-драйв еще спят после ночных дискотек и оргий, раскаленный пляж абсолютно пуст, а пара испанцев – уборщиков ресторанов на все вопросы ребят отвечали «No Englez». Единственным «нормальным» американцем оказался пожилой русский водитель такси, который от безделья смотрел по iPad «Камеди клаб» с Мишей Галустяном. Оказалось, что это задрипанное кафе-мороженое, которого нет даже на интернетской карте города, – просто крохотная щель в плоскокрышем сарае и находится вовсе не на дорогущем Оушн-драйв, а сбоку от него, на 13-й улице.
Однако когда ребята добрели до выгоревшей и потрескавшейся на солнце вывески «Ice Cream Café. Best Ice-cream in Florida» [49], им уже было все равно – лучшее там мороженое или нет, и даже хватит ли им денег на него. Они рухнули на два металлических стула, уронили с плеч свои мокрые от пота рюкзаки, и Андрей выдохнул молодой толстой кубинке, сидевшей за прилавком под гудящим, как турбина, вентилятором:
– Two ice-cream, please!
Но турбина гудела, кубинка смотрела по телевизору испанское шоу с поминутно подложенным смехом и не обращала на ребят никакого внимания. Пришлось встать и подойти к прилавку.
– Are you Maria?
– No abla Englez, – бросила она через плечо, не отрывая глаз от телеэкрана.
Андрей растерялся – если она не говорит по-английски, то на каком языке с ней разговаривать?
– Гм… You Maria?
– Si, – сказала она. – Maria. What?
– My name is Andrew…
– O-o! – воскликнула кубинка. – You Andrew?! – И показала на Виктора: – And he?
– He is Viktor.
– Yes!!! – крикнула кубинка и сделала победный жест кулаком. – Andrew and Victor! Si! I am Maria! – И, посмотрев на пустую улицу за дверью, понизила голос до шпионского шепота: – You want ice-cream, si? [50]
Полчаса спустя она везла их по 1-й дороге на юг в своем огромном, как сарай, «плимуте» середины прошлого или даже позапрошлого века. Стекол в машине не было, тормоза визжали, а сквозь щели в ржавом днище светилась улетающая назад дорога. Справа плотной стеной стояли джунгли с диковинными для русского глаза сплетениями зелено-коричневых лиан и чешуйчатых пальм. Слева на пляжах и причалах яхт-клубов тяжелые бакланы, сытые от обильной утренней добычи, уже сонно сидели на причальных тумбах и столбах. А дальше ослепительная солнечная чешуя покрывала океан, и по этой трепещущей чешуе белые яхты богатых бездельников быстро неслись к горизонту – туда, где тяжелые круизные лайнеры с достоинством верблюдов в пустыне медленно скользили с юга на север.
Но на всю эту красоту Мария не обращала никакого внимания. Перескакивая с испанского на английский и обратно и изредка глядя на дорогу впереди машины, она рассказала ребятам, сидевшим на промятом заднем сиденье, что, ожидая их, трое суток провела в кафе, не выходя, пардон, даже пописать! Но теперь они абсолютно «safe», отдохнут, как в раю, а через пару дней ее брат отвезет их на Кубу, и оттуда они полетят домой, в Москву!
Ребята переглянулись. Ничего себе! Неужели всесильный отец Андрея Грущо смог организовать такую операцию?
Но прекрасные виллы на золотых песках прибрежных пляжей или в тени искусственных пальмовых и мандариновых рощ Fisher Island [51] и Biscayne Key [52] все отлетали и отлетали назад, теперь и слева, и справа были только непролазные джунгли, а обещанного рая все не было.
И вдруг, когда они уже проехали указатели на Islandia [53] и Crocodile Lake [54], Мария резко свернула налево, в эти самые, казалось, непролазные джунгли и по узкой замусоренной дорожке, скрипя пустыми амортизаторами, покатила в сторону океана. Здесь, у воды, оказался клочок не то выжженных, не то выкорчеванных джунглей, на котором столпилось штук двадцать старых трейлеров и вагончиков – безлюдных, вросших в землю и словно сброшенных сюда на свалку. Однако Мария уверенно заехала внутрь этого лабиринта и тормознула у самого крайнего над морем вагончика, из которого ей навстречу вышел высокий, небритый и дочерна прожаренный старик в застиранных шортах и морской татуировке.
Мария что-то сказала ему по-испански, вывалила из багажника на землю картонный ящик с пластиковыми бутылками «Drinking Water» [55], две высокие картонные банки с овсянкой «Quaker Oats» и рисовыми чипсами, картонный ящик зеленых бананов и картонный ящик с продолговатой, как снаряды, папайей. После чего села в машину и укатила, громыхая болтающимся глушителем, а старик длинным коричневым пальцем показал ребятам на вываленную провизию и махнул рукой – мол, за мной!
Неловко подхватив оставленную Марией провизию и свои рюкзаки, ребята поспешили за ним. Правда, идти пришлось всего ничего – к такому же, как у старика, трейлеру с вросшими в землю ржавыми колесами. Достав из кармана шортов связку ключей, старик открыл дверь этого трейлера и снова махнул ребятам рукой – мол, занимайте. И ушел в свой вагончик. Ребята переглянулись и, оставив свои припасы на земле, осторожно вошли в вагончик. К их изумлению, внутри было ну если не как в раю, то вполне прилично и даже комфортабельно – на крохотной кухоньке чистая газовая плита с двумя конфорками, маленький холодильник, окно со встроенным вентилятором, а под окном столик и два откидных сиденья. В простенке надпись: «Keep your place clean» [56]. В следующей клетушке – плюшевый диванчик, в углу подвесной телевизор и еще одно окошко со встроенным вентилятором. А дальше – небольшая ниша с двумя, как в спальном вагоне, полками, правда, без всякого спального белья.
Ребята посмотрели друг на друга.
– Супер! – сказал Андрей.
– Класс! – решил Виктор.
– Так что ты придумал? – спросил Андрей.
41Русские в Майами
Первым агентом, которого Мэтью Гросс встретил во Флоридском бюро ФБР, был знаменитый Дик Гродски – тот самый, о котором в апреле 2011 года писали все американские, европейские и российские газеты. Тогда они взахлеб рассказывали, как он разобрался с русской мафией в Майами, которая затмила тут итальянскую коза ностра. Под руководством прибалтийского вора в законе Алика Симчука ребята крышевали с полдюжины майамских ночных баров и клубов, а привезенные из Прибалтики девочки заманивали в эти клубы постояльцев из самых дорогих отелей и раскручивали их на дринки. К ночи, когда клиенты уже не стояли на ногах, им приносили счета на десятки тысяч долларов за выпивку и грозили скандалом и полицией, если они не расплатятся. Клиенты – лишь бы не узнали жены – платили кредитными карточками и тихо сматывались, не жалуясь ни в полицию, ни в ФБР. Но Дик Гродски внедрил своего агента вышибалой в один из этих клубов и арестовал всю компанию за исключением Симчука, которому удалось смыться.
И это всего лишь один эпизод из бурной деятельности Флоридского бюро ФБР. А чтобы не быть голословным, цитирую сокращенный список дел, опубликованных Майамским ФБР только за один месяц:
24.08.11 Жительница Флориды обвиняется в запугивании свидетелей и дачу ложных показаний по поводу исчезновения ее мужа;
23.08.11 Хозяева компании медицинского оборудования осуждены на тюремное заключение за нелегальные махинации;
23.08.11 Врач признан виновным в $25-миллионной махинации в сфере здравоохранения;
23.08.11 Владелец сети психиатрических клиник признан виновным в получении по фальшивым счетам $205 миллионов от государственной страховой компании «Медикер»;
23.08.11 Тридцать два человека привлечены к суду за воровство на фабрике по производству лекарств;
22.08.11 Произведено пять арестов по делу ограбления бронированного банковского автомобиля и убийства охранника у казино «СаЫег»;
17.08.11 Двое мужчин осуждены за спаивание женщин и киносъемку во время сексуальных актов с ними, а затем продажу этих съемок;
17.08.11 Мать-одиночка получила тюремный срок за махинации с медицинской страховкой на сумму $12,3 миллиона;
15.08.11 Мужчина обвинен в почтовых и телеграфных махинациях с инвестициями;
12.08.11 Калифорнийский мужчина обвинен в ложных тревогах о заминировании;
11.08.11 Женщина из Виргинии призналась в подготовке похищения человека в Гватемале;
10.08.11 Арестована десятая участница тайных махинаций с медицинским страхованием на сумму $27 миллионов;
09.08.11 Девять человек осуждены за воровство компьютеров на сумму $1,9 миллиона;
08.08.11 Медсестра, обслуживавшая пациентов на дому, получила 10 лет тюрьмы за махинации с медицинской страховкой;
04.08.11 Мужчина обвиняется во взяточничестве и махинациях с медицинской страховкой;
03.08.11 Два банковских служащих и агент по регистрации недвижимости признаны виновными в махинациях с ипотекой на сумму $2,5 миллиона;
03.08.11 Жюри признало мужчину виновным в производстве и продаже оружейных глушителей;
02.08.11 Житель Майами признался в участии в махинациях с медицинским страхованием на сумму $200 миллионов.
Понятно, что для того, чтобы эти дела всплыли в августе, ими нужно было заниматься в июле. И потому появление Мэтью Гросса во Флоридском бюро ФБР с поручением найти двух исчезнувших из Нью-Йорка подростков было для Дика Гродски как гвоздь в стуле. Я, конечно, не был при их разговоре и не могу поручиться за точность, но думаю, что либо сам мистер Гродски, либо кто-то из его коллег так Гроссу и сказал.
– Послушай, Мэтью, – сказали ему. – Сейчас июль месяц. Ты знаешь, сколько 13—14-летних пацанов и особенно девчонок сбегает в это время от своих предков во Флориду?! Ты пройдись по ночным дискотекам на Саус-Бич, Палм-Бич, Бока-Ратон и Дайтона-Бич! Их там сотни! И ты хочешь, чтобы мы сняли своих людей с охоты за наркоторговцами, аферистами, румынской мафией и русскими ворами в законе и послали их по дискотекам искать каких-то мальчишек?!
– Они не «какие-то». Они могут за ночь внушить всей Америке бог знает что!
– Это пока они не попали в Майами! А если они здесь, то они уже покурили марихуану или нанюхались чего покрепче, и уже не они, а им внушают, и по самое не могу!
– Москва послала за ними на Кубу полковника МЧС. Их могут вывезти из Майами в любую минуту…
– А тогда это вообще не к нам. Это к USCG – Береговой охране и к DEA – Администрации по борьбе с торговлей наркотиками…
Но это не значит, что во Флоридском бюро ФБР, что на 2-й авеню в Майами, Гросса просто отшили. Нет, ему помогли. С помощью агентуры среди испанских и русских эмигрантов здесь буквально назавтра вышли на пожилого водителя такси Олега Чешко, который вспомнил двух усталых русских мальчишек с рюкзаками, искавших Ice Cream Café во время его стоянки на Оушн-драйв. Однако, сказали Гроссу в Бюро, это Ice Cream Café на 13-й стрит закрылось еще полтора года назад в связи с арестом хозяина, который получил 11 лет и 6 месяцев за торговлю наркотиками. А вот какого черта и кем именно оно было открыто в тот день, когда его искали Андрей Грущо и Виктор Малиновский, – этого, к сожалению, установить так и не удалось. С того момента как молодая толстая кубинка вышла из кафе с двумя мальчишками, посадила их в свой раздолбанный «плимут» и уехала, ее никто больше не видел, и кафе было снова закрыто.
Из Флоридского бюро ФБР Мэтью Гросс ринулся, конечно, и в DEA, и к руководству USCG. В Администрации по борьбе с наркотиками его гостеприимно посвятили в подробности своей работы. Для тайных перевозок наркотиков люди используют все возможности своей анатомии, деликатно сказали там, а также все складки одежды, все виды фруктов и овощей и все предметы своего багажа и даже мебели. Мы, сообщили в Администрации, находим наркотики в рыбе, рисе, пирожных, перченых соусах, кокосовых орехах, бананах, кофейных зернах, сыре, масле, пиве, соках, сигаретах, овощах, стиральном порошке, мебели, дровах, маникюрном лаке, керамических плитках, мороженом, шампуне, зубной пасте, видеокассетах, вешалках для одежды, гавайском роме и еще в бесчисленном количестве предметов. За последние два года мы изъяли наркотиков на сумму свыше 17 миллиардов долларов, похвастались в DEA. Всего неделю назад, 15 июля, мы рассекретили операцию, в ходе которой арестовали 13 человек, организовавших постоянную доставку наркотиков из Колумбии и Венесуэлы через британские Виргинские острова в США. Самолеты колумбийских и венесуэльских наркобаронов везли сотни килограммов кокаина в водонепроницаемых контейнерах, сбрасывали их у побережья Виргинских островов в воду, а быстроходные катера флоридских наркодилеров подбирали эти контейнеры и доставляли на Ки-Уэст и в Майами.
А изобрели эту схему кубинские коммунисты во главе с Фиделем Кастро. Куба вообще всего в 151 километре от нашего Ки-Уэста. И самолеты с колумбийским кокаином приземлялись прямо на кубинских военных аэродромах. Там этих наркобаронов встречали с распростертыми объятиями, селили за счет правительства в лучших отелях, кормили и поили, а тем временем кубинские, советского производства, радары выслеживали окна в патрулировании нашей береговой охраны, и быстроходные катера флоридских наркоторговцев всего за каких-нибудь четыре-пять часов доставляли героин в США. Крышевали этот поток самые высокие кубинские генералы во главе с Фиделем Кастро, но когда мы взяли всю колумбийскую и флоридскую цепочку наркодилеров и опубликовали видеозапись их допросов и показаний, Фидель Кастро свалил всё на своих генералов и организовал громкий судебный процесс в духе советских судебных процессов 30-х годов. Главным обвиняемым стал самый знаменитый кубинский генерал Арнолдо Очоа, командующий кубинской военной авиацией. Десять его подчиненных были осуждены на 30 лет, а сам Очоа и еще три генерала были расстреляны «за дискредитацию кубинской революции». Так Фидель Кастро отвел от себя обвинения в наркоторговле и объявил Кубу свободной от наркотиков.
А еще одна громкая операция DEA, связанная с русскими, – арест в Бангкоке Виктора Бута и его румынского подельника Эндрю Смуляна. Эти двое – известные международные торговцы оружием – собирались продать колумбийским террористам партии FARC (Революционные вооруженные силы Колумбии) ракетные установки «земля-воздух», бронированные русские вертолеты и другое оружие на миллионы долларов. DEA подставила им в качестве покупателей пару своих агентов, те записали на пленку все переговоры о купле-продаже, и на основании этих записей Бут был арестован в Таиланде и экстрадирован в США…
Но вся эта замечательная информация к делу Мэтью Гросса не имела никакого отношения. Потому что в уставе DEA, определяющем ее права и обязанности, нет ни слова о задержании беглецов из США. Имея свыше 10 тысяч сотрудников и агентов, несколько сотен вертолетов Bell 407, самолетов King Air 350 и быстроходных катеров и корветов и оперируя ежегодным бюджетом в два миллиарда долларов, DEA обязана пресекать наркотрафик и наркоторговлю, бороться с незаконной торговлей оружием и другими нарушениями американского законодательства, но ловить беглецов из США – извините! Америка не концлагерь, а свободная страна, и любой человек – если он не совершил на территории США уголовного преступления – может уехать отсюда на все четыре стороны.
И примерно то же самое сказали Мэтью Гроссу в майамском Управлении береговой охраны (USCG), расположенном в Федеральном здании на Брикелл– плаза.
– А какое преступление совершили эти подростки? – спросили там. – Сочинили антиобамовский сон? Да, конечно, мы видели этот сон. Но можно маленький вопрос? А мне вот уже третью ночь снится Дженнифер Лопес – как будто она меня так обнимает, просто насилует! Вы можете ее арестовать? Нет? Почему? Потому что у меня нет своего ФБР, а у президента есть?
Мэтью Гросс стоял в оперативной комнате Майамского Оперативного департамента USCG у огромной настенной лазерной карты Карибского региона. Спутниковые телекамеры транслировали сюда все, что происходило вокруг Южной Флориды в Мексиканском заливе и Карибском море. Не меньше тысячи круизных судов и частных яхт самых разных размеров – от гигантских, почти как у русского олигарха Абрамовича, до крошечных рыбацких сейнеров и катеров – уходили в открытое море от западного и восточного побережий Флориды и возвращались к ним. И среди этого сонма океанских судов, туристических кораблей, яхт, катеров и лодок то в одном, то в другом месте вспыхивали маячки патрульных корветов американской Береговой охраны, с которыми дежурные морские операторы разговаривали на 16-метровом коротковолновом канале примерно так, как операторы нью-йоркских таксопарков разговаривают со своими таксистами.
– Сорок второй! В районе 73°11′04″ западной долготы и 16°12′03″ северной широты наблюдаю самолет из Колумбии. Движется на северо-восток. Блокируйте границу этого района. Как поняли? Прием.
– Тридцать седьмой! От Сан-Сальвадора в сторону Багам полным ходом в 36 узлов идет наша знакомая турбояхта «Мама миа». Теперь она называется «Санта Моника»…
– Как видите, – сказал Гроссу дежурный оператор, – мы не задерживаем и не проверяем яхты, отчаливающие от Флориды. И даже не проверяем все яхты, причаливающие к нам. Это физически невозможно, их же тысячи! Просто у нас есть Департамент разведки с агентами в Южной Америке, и мы знаем все морские и воздушные коридоры, по которым идет наркотрафик и нелегальная иммиграция. Иммиграцию мы пресекаем, но эмиграцию – нет, эмиграцию мы не преследуем. Если кто-то хочет эмигрировать из США – скатертью дорога!..
Ни этот разговор, ни тот прием, который он встретил в двух предыдущих агентствах, не понравились Мэтью Гроссу. Да, в Майамском бюро ФБР ему помогли найти таксиста, видевшего русских беглецов, и это подтвердило информацию, что они здесь, во Флориде. И в Управлении береговой охраны никто в открытую не отказывается ему помочь. Но какое-то внутреннее сопротивление сквозит во всех их вопросах и контрвопросах. Что это? Обструкция Бараку Обаме? Или нервное напряжение государственных служащих по поводу предстоящего банкротства правительства? Ведь если в ближайшие дни Конгресс не разрешит президенту напечатать еще два миллиарда долларов, то все эти люди (да и сам Мэтью Гросс) рискуют остаться без зарплаты… [57]
42Вдохновение
Воскресенье, 24 июля
– Двадцать третий! В районе 73°11′18″ западной долготы и 16°12′13″ северной широты снова наблюдаю самолет из Колумбии. Движется на северо-восток. Блокируйте район. Как поняли? Прием.
– Седьмой! Седьмой! В квадрате 16 «С» в сторону Багам идет быстроходный катер…
Третий день и с утра до ночи слушали ребята эти переговоры диспетчеров Береговой охраны со своими катерами и корветами в Карибском море. Точнее, не слушали, а слышали, поскольку слушал эти разговоры старик кубинец в своем вагончике, там у него чуть ли не половину вагона занимала самая современная радио– и видеоаппаратура, а на крыше, за маскировочной сеткой, стояла даже телевизионная тарелка. Но на кондиционере старик экономил (или это экономили его спонсоры), и потому окна в его вагончике были открыты, и сквозь них ребята слышали все, а понимали только то, что говорилось по-английски. А что старик периодически по Скайпу диктовал куда-то по-испански, они и не пытались понять. И так было ясно, что, слушая Береговую охрану, старик координирует весь наркотрафик в Карибском регионе.
Это, конечно, было малоприятно, зато наличие у старика Интернета наших ребят целиком устраивало. Не являясь знатоком в области кибернетики и компьютерного искусства, автор с трудом представляет себе подробности той работы, которая поглотила этих молодых людей даже в условиях их полной изоляции от родителей и сверстников. Зато он хорошо знает, что такое obsession, одержимость своей идеей. Совершенно, казалось бы, неожиданно и чаще всего во время сна вы просыпаетесь от прозрения, от простого решения той задачи, которая мучительно не решалась несколько дней или даже недель. Словно мысленным напряжением вы постоянно долбили своей проблемой некий космический разум (или компьютер), и наконец оттуда пришел простой и ясный ответ. Нет, не полное решение вашей задачи, никто за вас не напишет роман и не создаст Intel, Facebook или даже самую простую компьютерную программу. Но подсказка, КАК это сделать, приходит чаще всего откуда-то сверху, и автор уже давно подозревает инопланетный разум инициатором того технического рывка, который вдруг совершило человечество за последние сто лет. Ну, подумайте сами: тысячи лет люди передвигались на лошадях, верблюдах и собаках. Обходились колесом, лезвием и примитивными рычагами.
Переплыть океан или пересечь пустыню было уделом Одиссея, Магеллана, Колумба и еще нескольких героев-одиночек. И вдруг – радио, автомобили, самолеты, телевидение, Интернет, полеты в космос. Откуда это все вдруг свалилось? Кто диктует или подсказывает?
Конечно, тысячи ученых и неученых бьются – порой годами – над решением той или иной дерзкой задачи. Но только единицы получают подсказку-прозрение, и мы знаем их имена – Маркони, Эйнштейн, Зворыкин, Теслер, Форд, Сикорский, Гейтс, Джобс и т. д. Может быть, и наши герои станут когда-нибудь в этот ряд. А пока…
Пока они по утрам наспех ели овсяную кашу с жареными бананами (старик научил жарить зеленые бананы, и это оказалось вкусно) или папайю с хрустящими чипсами. И, как одержимые, сутками сидели над своими лаптопами в душном флоридском трейлере. И только тогда, когда глаза слипались от пота и голова лопалась от жары и очередной неразрешимой задачи, они выскакивали из вагончика и сигали в море. Теплая вода тропической Атлантики плохо охлаждала, но если нырнуть поглубже и там, в глубине, задать океанскому разуму свой очередной технический или творческий вопрос, ответ может прийти при следующем нырке буквально через пять минут. Попробуйте…
Выскочив из воды и даже не обтерев с себя морскую соль, они опять бежали к своим ноутбукам. Нужно было спешить – ведь с минуты на минуту за ними приедет или приплывет брат Марии и отвезет их на Кубу. А у них еще столько не сделано!
43Второе пришествие
Мощный ночной удар так сотряс весь отель «Холидей Инн», что сбросил с кровати Мэтью Гросса. Рухнули на пол торшер, телевизор и картина со стены. Отключился кондиционер. Землетрясение, подумал спросонок Мэтью, слыша оглушительные раскаты грома и чувствуя новые толчки пола и стен.
Он бросился к темному окну.
Ослепительная молния вдруг осветила ночное небо, но не исчезла, а, наоборот, стала все ярче и ярче освещать облака, наполняя их каким-то не электрическим, а явно живым, теплым, солнечным сиянием.
Спустя минуту раскаты грома укатили вдаль, а вместо них за сияющими облаками вдруг зазвучала труба, и музыка этой трубы была такой божественной, словно это Луи Армстронг, Ли Морган, Дюк Эллингтон, Глен
Миллер и Клиффорд Браун спускались из рая и в унисон играли в стиле госпел.
«Господи! – восторженно подумал Мэтью. – Да от такой музыки и мертвые восстанут из гроба!»
И вдруг окно его гостиничного номера распахнулось само собой, и какая-то незримая сила оторвала Мэтью от пола, подняла в воздух, вынесла через окно наружу и стала медленно, но властно возносить к небу. Краем глаза он видел, что из соседних окон и изо всех домов в округе тоже выплывают люди, но это было на самом краю его видения – так, как мы видим соседей в кинотеатре или в аттракционах Диснейуорлда. Зато сверху, из-за облаков, прямо к нему – к нему одному! – спускался Он.
Да, да! Это, бесспорно, был ОН – в белых и наполненных сиянием одеждах с надписью на бедре: «Царь царей и Господь господствующих».
Он двигался прямо к Мэтью, персонально к нему – тоже как в кинотеатрах 3D.
«Нет, так не может быть! Это сон!» – успел подумать Мэтью, но и эта еретическая мысль вдруг пропала сама собой, а все его тело и разум наполнились каким– то неземным, восторженным блаженством, и этот восторг продолжал тянуть его вверх, прямо к стопам Его.
А вокруг Того, к Кому возносился Мэтью, молча выступили из облаков целые сонмы Ангелов и Архангелов в белых крылатых одеждах. Их было много, но Мэтью уже видел, что никто из них, а только Он, Он сам будет судить его, Мэтью Гросса.
И, склонив голову, Мэтью опустил глаза пред Ним, приближающимся. И увидел, как далеко внизу, на земле, продолжается землетрясение, причем такой силы, что открываются кладбищенские могилы. А из этих могил, облачаясь в тела и плоть, под музыку все той же божественной трубы, возносятся в небо чьи-то души, и – о Господи, да это же его отец и мама, они тоже летят к Нему!
А где-то поодаль, в стороне какие-то люди, напротив, сломя головы бегут прочь от Него и прячутся в пещерах и ущельях, говоря горам и камням: «Сокройте нас от лица Его!» Но кто же это? Господи, как похожи они на те портреты, которые всегда, во все времена висят в чиновничьих кабинетах, – цари, президенты, маршалы и правительственные вельможи. Те, кто присвоил себе Его, Всевышнего, права и полномочия и правит людьми не по Его заповедям, а по своим корыстным понятиям…
Впрочем, рассмотреть их подробно Мэтью уже не успел. Потому что, приблизившись к Нему, Мэтью вдруг услышал совершенно простой, человеческий голос:
– Здравствуй, сын Мой. Подними на Меня глаза свои.
Мэтью не мог ослушаться. Принужденно поднял он глаза и не просто увидел, нет – узрел своим трепещущим от страха сердцем горькие, да, мучительно горькие глаза Его. И услышал слова:
– Сын Мой, Я пришел к тебе не для того, чтобы спросить, сколько и как ты грешил, кого обидел или мимо кого прошел, не подав руки или помощи. Про это будет спрошено у двух твоих Ангелов, свидетелей твоих поступков…
Тут по знаку Его два Ангела отделились от сонма других, подлетели к престолу Его и замерли рядом.
Но Он не обратил на это внимания, Он продолжал:
– Но вот приближаются отец твой и мать. Так пусть они будут моими свидетелями…
Действительно, именно к этому моменту отец и мать Мэтью Гросса вознеслись сюда от земли и стали по бокам сына своего.
А Он сказал им:
– Да, вы свидетели. Когда родился ваш сын, Я вдохнул в него душу и вместе с этой душой Я дал ему талант. А теперь ты, Мэтью Дабл-Ю Гросс, скажи Мне, что ты сделал с этим талантом? На что потратил?
И замерло сердце у Мэтью Гросса, остановилось. И холодный пот пробил его кожу и смочил даже простыню, под которой лежал он в отеле «Холидей Инн». И от этого пота и страха Мэтью проснулся, чувствуя всем телом и сознанием, что только сейчас, в миг его пробуждения, снова ожило и двинулось его остановившееся сердце.
В душной флоридской ночи он лежал в темной комнате «Холидей Инн», потрясенный своим необычным сном и возвращением жизни в гулко стучащее сердце. «Господи Боже мой! – взмолился Мэтью. – Спасибо, что вернул меня к жизни! А что касается таланта, то разве не стараюсь я оправдать Твой дар фотографической памяти? Разве, еще и не получив приказа заняться делом TND-7/8, не записал я подробнейше тот Red October Nightmare? И вообще, с момента окончания Монтерейской лингвистической школы разве не пашу я как вол, как Утюг? Члены русской мафии, создававшие однодневные фирмы-„ромашки“ для ухода от налогов на продажу привезенного из России бензина, и фиктивные передвижные амбулатории, которые якобы делали медицинские анализы десяткам тысяч русских эмигрантов и выставляли за это счета страховым компаниям, получая с них миллионы долларов, – разве не я очищал от них мою страну? Но я понимаю Тебя – сегодня я в тупике. Я не знаю, куда подевались эти два русских подростка. Я не могу их найти. Но я обещаю Тебе, что прямо сейчас, с этой минуты я больше не буду ни есть, ни спать, но я найду их! Я найду их, Господи!»
44Привет из Гаваны
Понедельник, 25 июля
Однако не только Мэтью Дабл-Ю Гросс проснулся в этот понедельник в 04.17 утра. Нет, 25 июля в 04.17 вся Америка проснулась в холодном поту. И никто уже не уснул до восхода солнца. Каждый молитвенно думал о заданном сверху вопросе, уверенно, как Мэтью Гросс, полагая, что только ему, ему одному было это видение. Даже президент страны, проснувшись ровно в 04.17, потрясенно подумал, что хотел, с детства хотел он стать писателем, и получалось, да, получалось – даже две книжки написал! Но пошел в политику, а тут… Нет, не сломить ему этого Джона Бейнера, лидера республиканцев, который в пятницу демонстративно прервал с ним переговоры о потолке госдолга. И придется чуток отступить – ну не объявлять же себя, президента, банкротом, неспособным выдать зарплату даже собственным служащим. Если вы не платите зарплату государственным служащим, как долго вы останетесь президентом?
Правда, пару часов спустя, когда июльское солнце вернулось в Америку и обнаружилось, что ночное Пришествие было всего лишь еще одним Total Night Vision, Всеобщим Ночным Видением, страх Божьего суда несколько отступил. Но не у всех. Все-таки что-то проникло в души, и уже не было ни в прессе, ни по радио и ТВ того шума и возбуждения, как после первого и второго наваждения. Кто-то негромко говорил, что это Видение – просто еще одно Божье предупреждение по случаю принятого накануне, в пятницу, закона, разрешающего однополые браки в штате Нью-Йорк. Другие обратили внимание на рекордный спрос на золото – мол, все бросились за золотым тельцом, как евреи в пустыне в отсутствие Моисея, и Господь разгневался. Ведь действительно, по сообщениям прессы:
«К 25 июля 2011 г. на рынке драгоценных металлов в Лондоне официальные цены на золото достигли рекордных значений и составили 1618,50 долл./унция.
Этому ажиотажному спросу на золото способствовали опасения того, что США могут допустить технический дефолт по своим государственным долговым обязательствам, если до 2 августа Конгресс не решит вопрос о повышении официальной планки государственного долга, которая еще в мае достигла своего предельного уровня – 14,3 трлн долл.».
Но не эти трактовки волновали Мэтью Гросса. В 7.37 утра, то есть буквально за минуту до начала понедельничной телеконференции у шефа ФБР Роберта Мюллера, Гроссу позвонил из Нью-Йорка Билл Корни и сказал буквально несколько слов:
– Привет! Только что пришло сообщение из Гаваны. Твоя подруга в шесть утра вызвала такси и умчалась из отеля в порт. Постарайся не проколоться. Пока!
Мэтью все понял и помчался в USCG – в Береговую охрану. В арендованном «форде» он летел вниз по Коллинз-авеню, и в просветах меж прибрежными небоскребами флоридское солнце, уже раскаленное к этому часу, летело над океаном слева от него. Конечно, в зеркале заднего обзора Мэтью хорошо видел бежевый «Хаммер-2», который уже третий день демонстративно следовал за ним повсюду. За рулем «хаммера» сидел все тот же Родригес Гастеро – то есть если вы не идете на сговор с мафией, то она не церемонится и идет за вами. Но Гроссу было сейчас не до этого. Вдали, в океане, он видел несколько яхт, рыбацких сейнеров и катеров. Напрягая зрение, он впивался в них взглядом, и сердце его холодело от дурного предчувствия – а что, если на одной из этих яхт или на одном из этих катеров уже ускользают на Кубу Андрей Грущо и Виктор Малиновский? Разве не ради этого там, в Гаване, Ирина Рогова помчалась из отеля в порт?
Но похоже, эти яхты и сейнеры спешат не прочь от берега, а, наоборот, возвращаются к берегу. И уже ясно почему – снизу, с юга, быстро, как в кино, наплывали к Майами какие-то серые, рваные и продолговато-растянутые облака. Затягивая солнце, они темнили океан, переводя его ослепительную солнечную чешую в свинцовую серость. А все учащающиеся порывы ветра стали взметать пыль с мостовых, песок на пляжах и пенные гребешки океанских волн.
Мэтью включил радио.
Прервав испанскую музыку, все радиостанции передавали штормовое предупреждение с усилением ветра до 40 и даже 50 миль в час. Ну как в такую погоду можно доплыть до Кубы?
А в Оперативной комнате Майамского департамента Береговой охраны старший дежурный диспетчер, сидевший у огромной настенной интерактивной карты Карибского региона, окончательно успокоил Гросса.
– Relax! Расслабься! – сказал он и, поправив очки на носу, кивнул на карту, куда телекамеры космических спутников транслировали все, что происходило сейчас в Карибском море. – Видишь, что делается? Сегодня ни одно судно не ушло от нас в кубинские воды.
Гросс посмотрел на карту. Не больше полусотни яхт, прогулочных катеров и рыбацких сейнеров роились вокруг Флориды, и сверху, из космоса, они были похожи на мелких водяных блошек, снующих вокруг неподвижного кита. Но в отличие от прошлого раза все они спешили не от берега, а к берегу, как поросята к матке. Цепочка маячков патрульных корветов американской Береговой охраны ясно определяла границу американских территориальных вод, и вели себя эти корветы, как пастухи, загоняющие овец в укрытие. О том же говорили с ними дежурные диспетчеры:
– Семнадцатый! Шторм усиливается до восьми баллов! Поторопите яхту в квадрате 36…
– Тридцать третий! Катер в квадрате 17 потерял ход. Проверьте, что с ним…
И вдруг!
Одна из оперативных дежурных ткнула пальцем в сторону Мексиканского залива далеко вправо от Ки-Уэста.
– Шон, посмотри сюда, – сказала она старшему диспетчеру.
– Сукин сын! – выругался сквозь зубы Шон, стремительно укрупняя на своем компе район, на который показала помощница.
И Гросс все понял даже без объяснений.
Небольшой быстроходный катер, еще недавно послушно, как и все остальные суденышки, двигавшийся по Мексиканскому заливу к Ten Thousands Isles [58] у западного побережья Флориды, вдруг круто взял на юг и на всех парах полетел в сторону Мексики.
Шон стал поспешно укрупнять этот квадрат на экране своего компьютера, но именно в эту минуту штормовые тучи укрыли Мексиканский залив от мощных объективов космических спутников, и катер пропал из виду.
– Сорок седьмой! – закричал Шон в свой микрофон. – Беглец в квадрате 112! Идет в Канкун! Сорок седьмой! Как поняли? Прием!
– Вас понял, – ответил «сорок седьмой». – Попробую догнать…
Шон огорченно откинулся от посеревших и ставших бесполезными экранов своего компьютера и настенной интерактивной карты.
– S-s-shit! – выругался он, с досадой снимая очки. – Опять после шторма будем покойников вертолетами собирать! – И повернулся к Гроссу. – Но это не твои. Твоих же на Кубе ждут.
45Шторм в океане
Шон был и прав, и не прав. Прав он был в том, что подопечных Мэтью Гросса действительно ждали на Кубе. А не прав он был в том, что этих подопечных не было на катере «Барселона», рванувшем в сторону Мексики от западного побережья Флориды.
Они там были. Больше того – они держались за него всеми своими четырьмя руками. И даже ногами. И ничего в этом смешного нет, и вы бы держались в обхват за единственную мачту этого катера, если бы попали в этот шторм!
Ветер бил и клонил «Барселону» с борта на борт (о Боже, да какой это катер? пластиковая скорлупка!), огромные свинцовые волны поднимали его на свои спины и швыряли вниз пострашнее, чем с «американских горок», а пенные гребни волн тяжело, как дубиной, хлестали тела и лица соленой океанской водой.
Стиснув зубы, Андрей и Виктор изо всех сил прижимались к невысокой мачте, держа ее руками в обхват. Было совершенно ясно, что никакие спасательные жилеты тут не помогут, что следующая высоченная волна, неотвратимо нарастающая перед катером и уже загибающая над ним свой свинцовый гребень, накроет их с головой, сплющит и превратит в котлету.
От страха ребята закрывали глаза и даже не молились – сердца останавливались, головы непроизвольно уходили в плечи.
Но Карлос, уцепившись за штурвал, упрямо вел свой катерок на таран этой волны.
Надсадно ревел мотор, срываясь на визг, когда винт оказывался в воздухе над водой. Ветер срывал пену с гребня волны и швырял ее Карлосу в лицо. Вода, катившая по палубе, сбивала его с ног, а многотонная волна, выраставшая над головой, должна, просто обязана была рухнуть на его голову. И только в самый последний миг катер каким-то чудом оказывался сверху гребня волны – или это волна ложилась под него? Карлос, Андрей и Виктор катились в пластиковой скорлупе катера вниз с гребня волны – но только для того, чтобы через полминуты новое свинцовое чудовище вырастало перед ними из необъятного чрева штормового океана.
В такую погоду бессильна оптика космических спутников, бесполезны вертолеты Береговой охраны, а пластиковые корпуса столь малых катеров слишком мелки для радаров ее морских корветов.
И в этом был расчет Карлоса.
Зная о предстоящем шторме, он еще вчера прикатил за ребятами на своем грузовичке «Garden Care Service» [59], ночью перевез их на западное побережье Флориды в район Десяти тысяч островов и рано утром вышел в Мексиканский залив, невинно поджидая там прихода шторма и сплошной облачности. А когда тучи закрыли небо и пара корветов Береговой охраны скрылись за горизонтом, рванул на юг. Но не на Кубу, где его ждала полковник Рогова и награда в $10 000, а в Мексику, в Канкун, к щедрому дону Мигелю Хуан Ескалон Кардильо, который за этих русских мальчишек обещал ровно в десять раз больше – аж $100 000!!!
Конечно, был риск не доплыть или, как говорят поэты, сгинуть в пучине волн. Но ведь известно, что кто не рискует, тот не пьет шампанское.
(Хотя, с другой стороны, на дне океана тысячами лежат именно те, кто рисковал…)
46Двойник
Дону Мигелю Хуан Ескалон Кардильо было 57 лет, и он был похож на голливудского актера Джона Траволту как две капли воды. То есть на самом деле природа, конечно, и не думала создавать его двойником Траволты, ну разве что произвела их на свет в 1954 году и сделала схожими ростом и фигурой. Но уже, наверно, лет тридцать, если не больше, дон Мигель так старательно подгонял себя под своего кумира – отрастил волосы до плеч, скопировал пружинистую походку, жестикуляцию и даже голос, – что многие действительно принимали его если не за самого Траволту, то за его родного брата. И Мигелю Кардильо это ужасно льстило, в своих домах и виллах на юге Канкуна, в Ривьера-Майя, Пуэрто-Вальярта и Лос-Кабос он собрал все фильмы своего «брата» и в зависимости от настроения каждый день смотрел то мелодраму «Генеральская дочь», то боевик «Без лица», то триллер «Криминальное чтиво», а то фантастическую комедию «Майкл». Причем смотрел он эти фильмы всегда в полном одиночестве, чтобы на большом настенном экране по несколько раз повторять свои любимые сцены и тщательно копировать своего идола и героя. В результате этих упражнений дон Мигель выучил английский язык настолько, что даже говорил с легким калифорнийским акцентом. И конечно, в каждом доме у него был полный гардероб Джона Траволты – точнее, дубликаты всех костюмов, сорочек, маек и обуви, в которых Траволта снимался в своих ролях. Понятно, что дон Мигель мог бы легко купить и оригиналы, сшитые для Траволты лучшими голливудскими костюмерами и портными. В этом легко убедиться, если заглянуть в дальнюю, за бронированной дверью комнату в бейсменте каждого его дома. Там от пола до потолка громоздятся тюки и ящики с евро, франками, иенами и канадскими, австралийскими и американскими долларами, и при одном взгляде на эти богатства становится ясно, что дон Мигель мог бы и вообще спродюсировать все фильмы, в которых снимался Траволта. Регулярные поставки героина, каннабиса, кокаина и метамфетамина в Соединенные Штаты давали фантастические прибыли, но дон Мигель был очень стеснительным человеком, он не любил, как другие наркобароны, щеголять своими дорогими яхтами, самолетами и золотыми автоматами Калашникова.
«Деньги как иконы, – говорил он, – любят церковную тишину и молитву». И в полной тишине неказистых автомастерских в джунглях Колумбии и Мексики он из обычных железнодорожных цистерн первым построил две небольшие сборные подводные лодки. Конечно, это были очень примитивные посудины, которыми не рискнул бы воспользоваться даже капитан Немо, – рубка на 20 сантиметров торчала над водой, слабенький двигатель давал скорость только три узла в час. Но это не остановило двух нищих мексиканских матросов, которые за безумный для них гонорар в $10 000 на первой же лодке протащили из Колумбии во Флориду две тонны кокаина. Конечно, вести обратно эту пустую стальную сосиску не имело никакого смысла, после разгрузки они ее по приказу дона Мигеля тут же и затопили в болотах флоридского Ойстер-Бэй. Но в тот же день сам Бельтран Лейва, основатель могущественного картеля братьев Лейва, а также Хосе де Хехус, Эдуардо Санчес, Каррильо Фуэнтес и еще несколько крупнейших наркобаронов позвонили дону Мигелю и заказали такие же «сосиски», даже не спросив их стоимости!
И дон Мигель понял, что набрел на золотую жилу. Пусть Пабло Эскобар, Эдгар Эусебио Гомес, Эдуардо Арельяно Феликс, Бельтран Лейва и другие наркобароны, знаменитые на весь мир своими дерзкими атаками на американских пограничников и офицеров DEA, устраивают громкие бойни со стрельбой, взрывами и массовыми казнями предателей и чиновников, посмевших стать на пути наркобизнеса. Пусть они сотнями убивают и вешают друг друга в войнах за контроль над пограничными территориями и каналами поставки наркоты из Колумбии, – он, Мигель Хуан Ескалон Кардильо, будет теперь держаться подальше от этого фейерверка. Он вообще отойдет от наркотиков, он станет чистым бизнесменом, строителем подводных лодок!
И – работа закипела. Первым делом он избавился ото всех своих запасов и тайных схронов кокаина, героина, каннабиса и метамфетамина. В его домах и виллах и раньше не было ни грамма наркоты, поскольку он, как и вся Мексика, считал, что это смертоносное оружие нужно применять только против врагов, и в первую очередь, конечно, против США и Европы, а не травить им свое здоровье. Но теперь его нельзя будет обвинить даже в контрабанде наркотиков. Пусть этим занимаются все остальные! И пусть мексиканская полиция делает вид, что ищет каналы доставки колумбийской наркоты через Мексику в США и Европу, и пусть американские DEA и Береговая охрана арестовывают наркокурьеров и ловят яхты и самолеты с грузом наркотиков, он, Мигель Хуан Ескалон Кардильо, уже не имеет к этому отношения. Он делает маленькие подводные лодки и продает их кому угодно, а что и куда в них перевозят – это его совершенно не касается!
И поначалу все шло просто замечательно. Неказистые «автомастерские» росли в глухих колумбийских и мексиканских джунглях, и самодельные сборные mini-submarines – маленькие подводные лодки – самодельно и совершенствовались местными умельцами, просто увеличиваясь в размерах, которые позволяли ставить более мощные двигатели. И хотя проклятые американцы стали порой вылавливать эти лодки и конфисковывать их драгоценный груз, заказы на mini-submarines только увеличивались. Особенно когда после скандала с неудачной покупкой русской подводной лодки дон
Мигель сообразил, что вовсе и незачем покупать русскую субмарину, а можно просто купить пару русских инженеров-судостроителей, и те с удовольствием наладят ему производство и оснащение этих лодок по самому последнему слову техники. И два таких инженера – Сергей Гаврилюк и Артем Шетько – тут же прибыли из Северодвинска в Канкун и легко убедили дона Мигеля не прятать в джунглях свои примитивные верфи-«автомастерские» и не мучиться с речной доставкой своих субмарин к океану. Нет, нужно прямо в Канкуне или рядом с ним совершенно открыто основать компанию по строительству яхт и катеров, построить тут судоверфь и на этой верфи вместе с яхтами втихую собирать двадцати– и даже тридцатиметровые подводные лодки. Причем не из примитивных металлических цистерн, а из стекловолокна, с навигационным оборудованием на основе системы GPS, с мощной движительной установкой и запасом хода без заправки до 5 тысяч километров. Такая лодка может взять 10 тонн груза, плыть глубоко под водой и практически не оставлять следов. Жюль Верн, капитан Немо и даже Ив Кусто просто ахнут на том свете от зависти.
Дон Мигель не знал ни Жюля Верна, ни Немо, ни Кусто, но его судостроительный бизнес расцвел, как агава весной. Спрос на его двадцатиметровые субмарины взлетел, наркобароны стояли за ними в очереди, как богатые подростки за «феррари» последней модели, и готовы были платить любые деньги, лишь бы быстрее обзавестись собственным подводным флотом. Его судоверфь на реке Анхелья, что южнее Канкуна, разрослась в поточное предприятие по наземному производству прогулочных яхт и секретной сборке мини-субмарин в подземном доке. Этот док был вырыт рядом с устьем Анхельи, и тут же, у судоверфи, перед парком и двухэтажным барским шале дона Мигеля русские инженеры построили причал для 50-метровой глиссирующей моторной яхты фирмы «Retroboat», купленной доном Мигелем в Монако у разорившегося русского олигарха. Построенная по спецзаказу, яхта имела кевларовое покрытие обшивки ходовой рубки, пуленепробиваемые иллюминаторы, титановое усиление корпуса и две конвертированные самолетные турбины фирмы «Алисон», позволяющие развивать ход до 60 узлов в час. Дон Мигель обожал эту яхту, назвал ее именем своего любимого фильма «Urban Cowboy» [60] и, хотя она сжирала горючего, что называется, за двоих, не жалел денег на ее оборудование и содержание…
Но все изменилось в июне 2006 года, когда, по мнению дона Мигеля, американцы помогли Фелипе Кальдерону отнять победу на президентских выборах у бывшего мэра Мехико Андреаса Мануэля Лопеса Обрадора. В ноябре 2006-го этот Кальдерон в партнерстве с американцами объявил войну наркобизнесу и мобилизовал против наркобаронов не полицию и чиновников, которых можно легко купить, а федеральные войска. В результате годами налаженная система перевозки через Мексику колумбийского героина и кокаина разрушилась, армия и правительство захватили несколько сотен крупных наркоторговцев и наркобаронов и выдали их США, конфисковав у них все деньги и оружие.
И это уже не позволило дону Мигелю остаться в стороне от схватки. Нет, он не принял участия в убийствах мэров двадцати городов, которые стали на сторону Кальдерона, и он не участвовал в зверских расправах над другими предателями-чиновниками, которых с отрубленными головами развесили по всей Мексике боевики наркокартелей, и он не расстрелял тысячи жителей пограничных с Америкой городов. Но аресты и гибель крупных наркобаронов резко сократили заказы на его мини-субмарины и подорвали его бизнес. И потому, когда дон Мигель узнал о массовых ночных наваждениях, изобретенных двумя русскими мальчишками, он понял, каким образом он примет участие в этой войне и как он уничтожит этого Кальдерона.