– Нет, – дрогнувшим голосом ответила Леди. – Не он.
– Кто же тогда? И что с вами сделала любовь…
И тут Софи вспомнила, о чем говорил бобер в самом начале их экскурсии. Это была история о том, почему Леди Озера стала затворницей и что произойдет, если она…
– Так, значит, вы кого-то поцеловали, – тяжело выдохнула Софи. – И потеряли свою силу… Вот почему открыты ворота Авалона…
Глаза у Леди были покрасневшими и слезящимися.
– Я думала, что он заберет меня отсюда. Поэтому и предоставила ему убежище.
Софи почувствовала, как бешено забилось ее сердце.
– Так вы поцеловали Змея?! – пылко сказала она. – Пожертвовали своим бессмертием… своей волшебной силой… чтобы поцеловать монстра?! Вам известно, что он творит в Лесах? Вы знаете, что он сделал с нашим другом? – Она заставила себя остановиться и уже гораздо спокойнее продолжила: – Если вы поцеловали Змея, то должны были видеть его лицо. Без маски. Вы должны знать, кто он…
– Да, и он был прекрасен, – кивнула Леди и заплакала. – Я знаю, вы мне не простите, что я позволила умереть вашему другу. Но у меня не было выбора.
– Вы видели, как убивают Чеддика?! – ужаснулась Софи. – И… не помогли ему?!
Леди заплакала еще сильнее.
Кровь вскипела в жилах Софи. Когда-то она тоже готова была влюбиться в любого красивого парня. Но можно ли сравнивать ее, девчонку, с Леди Озера, изготовившей легендарный Экскалибур! И это самая великая и могущественная защитница Добра?!
– Значит, вы наблюдали за тем, как он умирает! – с трудом сдерживая свой гнев, процедила сквозь зубы Софи. – Вы, поклявшаяся вечно служить Камелоту! Поклявшаяся защищать его короля!
– Все не так просто, – глухо сказала Леди, закрыв лицо ладонями. – Говорю вам, меня даже Мерлин смог бы понять. У меня не было выбора.
– Да что вы заладили – выбор, выбор! У меня есть выбор. У вас есть выбор. Всегда и у всех есть выбор! А вы позволили убить рыцаря Камелота на Авалоне! Почему?! Потому что Змей оказался таким красивым?! – срываясь на крик, продолжала Софи. – Но Чеддик был подданным сына короля Артура! Он был рыцарем и близким другом Тедроса! Вот и вся ваша преданность…
– Прежде всего я предана своему королю… – сказала Леди.
– А Чеддик был лучшим другом короля, – резко оборвала ее Софи. – Короля, которого вы обещали защищать до скончания времен. Тедрос доверял Чеддику! Тедрос полагался на Чеддика! А чем может похвастаться ваш Змей?
Леди Озера медленно подняла свою голову. Глаза у нее погасли, взгляд сделался застывшим, мертвым.
– У него кровь Артура, – тихо сказала она.
Софи побледнела.
– Ч-ч-что? – моментально охрипшим голосом спросила она.
– Я позабочусь о вашем друге, как вы просили, – безжизненным, как у автомата, голосом произнесла Леди. – Это единственное, что мне еще по силам.
– Но… но… – потрясенная до глубины души, никак не могла справиться со своим дыханием Софи.
Но Леди Озера уже исчезла.
Софи, которую била крупная дрожь, повернулась в сторону берега. Лежавшее у кромки воды тело Чеддика тоже исчезло. Все вдруг поплыло перед глазами Софи, и последнее, что она увидела, теряя сознание, была плывущая к ней Агата. Она бешено колотила по воде руками, торопясь так, словно чувствовала, что с ее подругой только что случилось нечто очень плохое, даже ужасное.
13Тедрос. Яблочко от яблони
Тедрос шел, роняя за собой по всему замку капли крови и не зная, как остановить ее.
Этого бы не случилось, действуй он строго по привычному графику.
Тедрос поднялся в половине пятого утра и отправился в Королевский грот тренироваться, но по пути в подвал вдруг почувствовал страх, от которого у него свело живот. Этот страх преследовал его с тех пор, как неделю назад Агата покинула Камелот.
Он лгал леди Гримлейн и всем остальным, кто спрашивал его о будущей королеве, рассказывал басни о том, что на Агату напала тоска по родному дому и она укатила на «Игрэйне» за Дальние леса повидать своих старых друзей и подруг.
К счастью, в газетах об Агате ничего не писали, поэтому Тедрос продолжал твердо придерживаться своей выдумки про ностальгию, уверяя, что будущая королева со дня на день вернется в Камелот. Но самому себе Тедрос лгать не мог и постоянно помнил, что Агата отправилась спасать Камелот, оставив его дома как наседку.
В ту последнюю ночь, которую Тедрос с Агатой провели вместе, Мерлин рассказал им, что многие их товарищи по школе проваливают свои задания, а провал самого Тедроса во время коронации все очевиднее выглядит всего лишь частью какого-то большого, непонятного пока замысла. Любой настоящий вождь после этого должен был немедленно бросить все и мчаться в Леса, чтобы найти злодея, стоящего за всем этим… но Агата настояла на том, чтобы занять место Тедроса и самой отправиться на поиски, потому что опасается оставлять Камелот без короля.
В тот момент Тедрос верил, что принимает правильное решение, согласившись остаться в замке. Но после того как Агата уехала выполнять его работу, Тедросу вновь начал сниться отец. Он приходил и молча смотрел на сына своими ярко-синими глазами, такими же, которые Тедрос выбил из статуи, надеясь таким образом положить конец этим сновидениям. Глаза-то он из статуи выбил, но сны от этого не прекратились – ведь сам Артур никогда не переложил бы на плечи Гиневры решение своих проблем. А Тедрос переложил свой квест на Агату. А еще отец, в отличие от него, никогда не боялся в подобных случаях напрямую обратиться к своему народу, объяснить, какая опасность угрожает их королевству, и убедить всех спокойно дожидаться возвращения своего короля.
Ничего из этого Тедрос не сделал. Вместо этого он сам помог Агате бежать и вел себя при этом совершенно недостойно короля. Что уж там – он вел себя просто как какой-нибудь предатель. Отвлек внимание двух охранявших мост гвардейцев, а Агата тем временем прокралась мимо них, поднялась вместе с Уильямом на борт «Игрэйны», сделала корабль невидимым и отправилась на нем за море.
Сначала Тедрос едва не погубил свою мать и Ланселота во время коронации, проигнорировал советы всех вокруг, теперь подвергает смертельной опасности свою будущую королеву. Отправил ее вместо себя на поиски злодея, в Леса. Тедрос свято верил, что поступает правильно, что действует в интересах Добра. Так почему же тогда его добрые дела заканчиваются такими провалами?!
Обо всем этом Тедрос размышлял, спускаясь в толстых черных носках по ступеням Золотой башни. Последние несколько дней он совершенно не мог сосредоточиться на своих королевских обязанностях и буквально загонял слуг, то и дело посылая их проверять, не пришло ли ему письмо. Слуги, надо заметить, и без того были к этому времени не слишком высокого мнения о Тедросе и, наоборот, с подчеркнутым почтением относились к леди Гримлейн. Теперь же по замку – а может быть, и по всему королевству – почти открыто ходили мрачные шуточки о том, что вместо настоящего короля страна получила какого-то рехнувшегося от любви щенка. Тедрос не сомневался, что эти шуточки успел распустить Поллукс до того, как он уволил этого идиота. Впрочем, в глубине души Тедрос понимал, что получил по заслугам. Шесть месяцев не обращал внимания на Агату, пока та была с ним рядом, а теперь, когда она уехала, он может думать только об одном: о ее возвращении.
Он ускорил шаги, спускаясь в подвал и давая себе клятву тренироваться сегодня до седьмого пота. После дополнительных нагрузок ему всегда становилось немного легче…
Но вряд ли даже это сможет отвлечь его от постоянных мыслей о том, что от Агаты давно нет писем. Чтобы доставить письмо, вороне-курьеру требуется дня два. Перед отъездом из Камелота Агата взяла с собой самую лучшую, самую быструю ворону. Новую, которую купили совсем недавно. Так почему же тогда нет писем?
Отыскать Агату с помощью магии, чтобы узнать, где она и что с ней, Тедрос тоже не мог, и все по своей глупости. Ведь в школе он вместо того, чтобы внимательно слушать на уроках магии, то и дело удирал с занятий – погонять верхом, поупражняться на мечах, поплавать… Тедрос прокрался в комнату Мерлина, перерыл там все в поисках хрустального шара или еще чего-нибудь, что помогло бы ему отыскать Агату. Дохлый номер. Он даже попробовал произнести «поисковое» заклинание, которое откопал в одном из сборников Мерлина, но и тут его ждала неудача!
После того как Тедрос прочитал заклинание в первый раз, к нему в руки почему-то прилетела с кухни ваза с грейпфрутами. Попробовал еще раз – из всех комодов и сундуков вырвались наружу и разноцветными лебедями поплыли над замком самые интимные детали туалета Агаты. Охранникам пришлось отстреливать их из луков.
Из-за всех этих мыслей Тедрос добрался до спортивного зала в состоянии легкой паники.
«Где она? – стучало у него в голове. – Цела ли? Да жива ли вообще?»
Он прижался лбом к холодной каменной стене, тяжело переводя дыхание. Сначала он отослал прочь свою мать и Ланса. Теперь и свою принцессу тоже. Мерлин тоже снова исчез. Впрочем, «Королевская чепуха» писала, что какой-то тролль видел Мерлина возле школы Добра и Зла. Тролль уверял, что перед этим у Мерлина было секретное совещание с деканом Доуви в ее офисе. (Тедросу так сильно хотелось узнать хоть что-нибудь об Агате, что он даже начал читать «Королевскую чепуху» и бросил это занятие только после того, как газета открыто стала писать о нем «так называемый король».)
До чего же одиноким он стал чувствовать себя после той злополучной коронации! Теперь в этом замке не осталось никого, кому он мог бы доверять. Да, теперь он остался совершенно один.
Но что еще хуже – из газет Тедрос узнал, что угроза нависла не только над Камелотом и над выполняющими свои задания одноклассниками. Буквально все королевства в Бескрайних лесах страдали от загадочных нападений, террористических актов и прочих неприятностей. Кроме газет о том же говорилось в письмах, которые Тедрос пачками получал от правителей самых разных королевств – и из лагеря всегдашников, и из лагеря никогдашников. Глупо, конечно, но эти письма немного успокаивали Тедроса: оказывается, на свете есть короли и королевы, которым ничуть не лучше, чем ему самому. Но во всех этих письмах его просили возглавить коалицию, в которую войдут все королевства Лесов, чтобы объединиться в борьбе с виновником творящихся повсюду ужасов. Таким лидером неизменно становился отец Тедроса, умевший положить конец любой войне между Добром и Злом, если та начинала