Он убивает скимов,
И Змея он убьет,
Теперь он вместе с нами, —
Ликует Камелот!
На бой пойдем с тобою,
Свой прежний страх презрев!
Веди нас за собою,
Непобедимый Лев!
В общем строю мелькали огры-великаны и карлики, гоблины, могрифицированные козлы и быки в ошейниках с эмблемой Льва, а над толпой летели фейри и нимфы со сверкающими изображениями Льва на крылышках.
Онемев от удивления, Райен прилип к окошку, чтобы лучше рассмотреть все, что происходит вокруг. Шагавшие в толпе люди заметили его, моментально узнали и бросились к карете…
– Ты спас на Ринге моего племянника! – крикнул мужчина в камзоле придворного из Жан-Жоли. На одной стороне его головы было выбрито изображение Льва.
– А меня со всей семьей скормили бы холмам-людоедам, если бы не ты! – радостно взвизгнула одноглазая девушка в куртке стражников из Махадевы.
– Стоило тебе появиться – и тролли сбежали из моей деревни! – крикнул молодой парнишка с заклеенным лейкопластырем лицом и в фоксвудской школьной форме.
– Благодаря тебе удалось погасить пожар на Стеклянной горе! – звонко крикнула парившая в воздухе нимфа с полупрозрачной кожей.
– Грабежи и разбой в Рейвенбоу тоже прекратились благодаря тебе! – воскликнул одетый во все черное паренек с большим блестящим значком Льва на груди и добавил, обращаясь сразу ко всем вокруг: – Змей боится Льва! Лев задаст ему жару!
– Мы пришли сюда, чтобы сражаться вместе с тобой! – сказала девушка из «Армии Льва».
– Мы пришли, чтобы сражаться за тебя! – подхватил «Сын Льва».
Кучер пытался ехать дальше, но толпа, загородив дорогу, окружила карету, в которой ехали Райен и Софи, и обе кареты, которые ехали следом за ними.
– ЛЕВ! ЛЕВ! ЛЕВ! – ревела толпа.
Софи и Райен растерянно переглянулись.
А в следующую секунду Софи без предупреждения открыла дверцу кареты…
– Нет, Софи! – крикнул Райен, но было поздно.
Как только Софи вышла из кареты, толпа с новой силой заревела, забурлила, захлебываясь от восторга.
– Она приехала вместе со Львом! – крикнула какая-то девушка.
– Слухи подтвердились! – сказал стоявший рядом с ней паренек, наверное, приятель той девушки. – Он возлюбленный Софи!
– Теперь Софи тоже вместе с Камелотом! – восторженно прокричал другой парень.
Потрясенная происходящим, Софи не сводила глаз с сотен окруживших ее лиц, среди которых были люди и другие существа, всегдашники и никогдашники, и все они радостно приветствовали ее и Райена, не обращая внимания на нудный, сеющий с неба дождь. А еще она увидела Беатрису, и Рину, и трех ведьм – все они высунули головы из окошек карет и с изумлением наблюдали за тем, как жители Бескрайних лесов приветствуют их декана и ее возлюбленного.
– СОФИ! СОФИ! СОФИ!
Софи прикрыла глаза и жадно впитывала шум толпы, с восторгом повторявшей ее имя. Став после смерти Рафала деканом, она жила одна, сама по себе, ни от кого не зависела и была счастлива. Ей казалось, что такое «долго и счастливо» в жизни выпадает не многим, что за него нужно сражаться, его нужно заслужить.
Но когда в ее судьбе появился Райен, Софи впервые задумалась над тем, устраивает ли ее то, как она живет, и не предназначена ли она для чего-то большего, чем быть деканом школы Зла.
Для чего-то намного большего.
Она забралась на подножку кареты и, размахивая руками, принялась выкрикивать в толпу:
– Здравствуйте, мои любимые! Я здесь! Я с вами!
– СОФИ! СОФИ! СОФИ! – сходила с ума, ревела в ответ вся улица.
Она почувствовала руку Райена, поддерживающую ее под локоть, и вместе с ним сошла на землю, прижимаясь плечом к груди своего рыцаря, глядя вокруг сияющими глазами, упиваясь острым, жарким, новым ощущением любви.
– Чудесно, правда? – шепнула она.
– Софи…
– Да, мой принц, – томно ответила она, глядя на Райена снизу вверх.
– Нам нужно работать, – строго сказал он.
Скинув камзол и оставшись в одной потемневшей от дождя рубашке, Райен собрал свою, тоже промокшую, команду за воротами, отделявшими вход в городской парк от Рыночной площади:
– Напоминаю, что мы с вами должны проверить каждого добровольца на преданность Камелоту и Тедросу. Больше нас ничто не должно интересовать. Каждый, кто успешно пройдет тест на преданность, зачисляется в нашу армию. – Райену приходилось повышать голос, чтобы перекрыть доносящиеся с площади песни и кричалки, в которых до бесконечности повторялись два имени: его и Софи. – К тому времени, когда явится Змей, мы должны иметь достаточно сил, чтобы остановить его у внешнего периметра замка. Остановить до того, как его армия сумеет пересечь подъемный мост. Эти отряды будут нашей первой линией обороны. Солдат нам потребуется много. Так много, как только возможно. Однако еще раз напоминаю, что каждый, кто хочет записаться в нашу армию, должен пройти проверку на лояльность… Готовы?
Софи, Эстер, Анадиль, Дот, Беатриса и Рина дружно кивнули и в один голос откликнулись:
– Готовы!
Ворота открылись. Набор добровольцев начался.
Процедура была достаточно простой. Райен вместе с Беатрисой и Риной взял на себя проверку всегдашников. Софи вместе с Эстер и Анадиль занялись никогдашниками. Каждого кандидата просили ответить на три вопроса:
1. Ты считаешь, что Камелот – лидер Бескрайних лесов?
2. Ты считаешь, что Тедрос – хороший король?
3. Готов ли ты умереть за Камелот и короля Тедроса?
Если доброволец утвердительно отвечал на эти вопросы, он успешно проходил тест, и его направляли к Дот, которая ставила новому бойцу метку своим светящимся пальцем и посылала в расположенную на территории парка городскую ратушу получать доспехи и оружие.
Если кандидат проваливал тест, его разворачивали и отсылали назад домой.
Поначалу дело двигалось довольно медленно.
Задержка произошла по вине правителей союзных королевств, спустившихся из замка по склону холма, чтобы лично встретиться со Львом. Они прибыли в каретах, на верблюдах, на слонах, волшебных коврах-самолетах, а замыкала эту кавалькаду Гиневра. Софи, разумеется, была в полном восторге от этого импровизированного саммита, старалась не отходить от Райена, с улыбкой приветствовала королей и королев, таяла от удовольствия и сама чувствовала себя королевой, когда монархи – всегдашники и никогдашники – целовали ей руку и делали комплименты по поводу ее брючного костюма. («Если бы я знала, что мне предстоит встреча на таком высоком уровне, я, конечно же, постаралась бы надеть что-нибудь более подходящее!» – шептала она.) Правители союзных королевств один за другим вручали Райену свои государственные награды: почетную медаль от Фоксвуда, украшенные перламутром золотые наручные часы от Малабарских холмов, украшенный крупным рубином кинжал от Рейвенбоу, усыпанный бриллиантами монокль от Стеклянной горы…
– Мы поставили Тедросу и его матери условие, что командовать армией должны именно вы, – негромко, так, чтобы его не услышала Гиневра, сказал Райену король Жан-Жоли. – Мы знаем, что только в этом случае победа будет на нашей стороне.
– Вы показали себя настоящим лидером, – доверительно добавил стоящий рядом с ними Ледяной Великан из Ледяных равнин. – Только под вашим руководством мы можем чувствовать себя спокойно и уверенно.
– У вас такое мужественное лицо. Вам самой судьбой предназначено стать великим героем, – восхищенно добавила императрица королевства Путси, глядя на его мощную, туго облепленную тонкой промокшей рубашкой грудь.
Райен вежливо, но сдержанно благодарил всех, и по всему было видно, что ему не терпится вернуться к своей работе.
Даже Гиневра поначалу поддалась общему настроению и не переставала благодарить Райена за то, что он спас жизнь ее сыну в Ноттингеме. Правда, спустя какое-то время вспомнила, чем должен сейчас заниматься Райен, и увела высоких гостей в ратушу – дескать, чтобы проверить, прибыло ли из их королевств обещанное оружие и доспехи.
Но только Райен и его команда попытались продолжить свою работу, как верхом на лошади прискакала Агата, остановилась и нервно оглядела толпу из-под низко надвинутого на лицо капюшона.
– Агги, это замечательно, правда? – пропела Софи, помогая Агате слезть с лошади. – Они любят его!
– Похоже, тебя они тоже любят, – натянутым тоном заметила Агата, прислушиваясь к кричалкам, в которых до бесконечности повторялось имя Софи.
– Кто бы мог подумать, что приехавшую в Камелот декана школы Зла будет ожидать такой прием? – согласилась Софи, восхищенно хлопая своими длинными ресницами. – В школе все совсем не так. В школе студенты день и ночь ломятся в мой кабинет – но только для того, чтобы пожаловаться на несправедливо, по их мнению, поставленную оценку, или выпросить освобождение от занятий под видом болезни (почти всегда вымышленной), или с другими глупыми пустяками. Мои студенты относятся ко мне как к горничной, экскурсоводу или еще какой-нибудь прислуге, и никто никогда не скажет, как он счастлив оттого, что вот так запросто общается с прославленной героиней знаменитой на все Леса сказки! Никто! А здесь… здесь совсем другое дело! Нет, ты только посмотри на них, ты только посмотри! – Она обратила внимание на выражение лица Агаты и, истолковав его по-своему, продолжила: – Ну что ты надулась, дорогая? Не должен же весь мир вращаться только вокруг тебя и Тедди. Свою долю внимания и восхищения ты еще получишь во время свадьбы.
– Меня заботит не внимание толпы, Софи, – ровным, лишенным интонаций голосом ответила Агата. – Я боюсь, как бы Тедроса не постигла участь Ланселота.
Софи моментально перестала улыбаться.
– Я это знаю, Агги, – сердечно сказала она. – Я тоже за него волнуюсь. И мы стараемся изо всех сил, чтобы защитить его.