оро шестнадцать, и живет она не близко, и потом троюродная сестра не считается… — Значит не судьба, — вздохнула Даша и чуть не поперхнулась — в дверь кто-то отчаянно трезвонил!
С трудом проглотив кусок, она кинулась в прихожую.
— Кто там?
— Это я, Стас! Открой скорее!
— Зачем? — нарочито холодно осведомилась Даша.
— Надо! Тут такое! Открывай!
— И не подумаю! Мне чужие секреты неинтересны!
— Не будь дурой! Ой, извини! Извини, пожалуйста, я знаю, что повел себя как последний хам! Ну, Даша, пожалуйста!
Сердце Даши дрогнуло. Она открыла дверь, и Стас буквально ворвался в квартиру.
— Вот, погляди! — Он протянул ей записку. Листок толстой, сильно пожелтевшей бумаги, и на нем три строчки: «Братушево. Школа, За красной печью».
— Дашка! Ты понимаешь, это же наверняка клад!
— А Братушево это где?
— Понятия не имею? Но это можно узнать!
— Кстати, там не обязательно клад, может, какие-нибудь бумаги совсем неинтересные! — предположила Даша. — И потом, что это за пластинка?
— Я думаю, это ключ!
— От чего?
— От тайника, который за красной печью!
— С чего ты взял? И потом, красных печей не бывает!
Стас хотел было ей возразить, но взгляд его упал на недоеденные бутерброды, и он сразу захотел есть.
— Даш, можно мне бутерброд взять? — застенчиво опросил он. — Есть охота, а дома еще ничего не разобрано.
— Конечно ешь! — милостиво разрешила Даша. — Соку налить?
— Да, спасибо!
— Слушай, а может, тебе яичницу сделать? Или супу разогреть?
— А какой у тебя суп?
— Куриная лапша.
— Давай!
— Тогда пошли на кухню!
— Ух, какая у вас кухня красивая! Прямо картинка из журнала! — восхитился Стас.
— Да, мы тут недавно евроремонт сделали! — с гордостью объяснила Даша.
— Только на кухне? — удивился Стас.
— Нет, еще в ванной и в уборной. А в комнатах на будущий год сделаем. Денег не хватило.
— Понятно! На такой ремонт никаких денег не хватит, это точно. А это что?
— Посудомоечная машина!
— Кайф!
Даша тем временем налила суп в большую тарелку и поставила ее в микроволновую печь.
— Сейчас мигом согреется!
— Это я знаю, у нас тоже такая, А еще у нас хлебопечка японская есть.
— А зачем она нужна? — удивилась Даша. — В магазине, что ли, хлеба мало?
— Не знаю! Отец недавно приволок! Дня три с ней баловался, пек хлеб. А потом забросил. Так и стоит.
— А хлеб-то хоть вкусный?
— Первый раз просто мерзкий получился, клеклый какой-то! А потом вроде ничего.
— На вот! Ешь!
Даша поставила перед ним тарелку с супом.
— Тебе хлеба надо? — поинтересовалась она.
— Да. И с маслом!
Она достала из холодильника масло.
— А перец у тебя есть?
— Перец? Пожалуйста. Может, тебе еще шампанского с икрой?
— Не отказался бы!
— Перетопчешься!
— Это точно! — засмеялся Стас. — А супец классный! Сама варила?
— Конечно!
— Научишь?
— Запросто!
— Вот мой старик удивится, если я ему такой сварганю!
— Слушай, хватит мне зубы заговаривать! Что будем делать с этой запиской? — перешла к делу Даша.
— Вот сейчас поем, тогда и обмозгуем.
— А совмещать ты не можешь? — ехидно осведомилась Даша.
— Нет, — спокойно отозвался Стас. — За едой о делах думать вредно!
Когда он съел суп, Даша спросила:
— Наелся? Или еще хочешь?
— Нет, спасибо! Я сыт. А вот теперь давай думать будем. Для начала надо выяснить, где находится Братушево. И что это, город или деревня?
— А как ты собираешься это выяснять?
— У тебя есть карта Московской области?
— Нет, откуда? Но ты подожди с Братушевым. Скажи лучше, откуда у вас этот шкаф?
— Он еще у моего прапрадеда был!
— Значит, и записку эту положил в полку кто-то из твоих предков.
— Верно! — обрадовался Стас. — У тебя котелок варит!
— Да это же ежу понятно! Отец тебе ничего никогда про это не говорил?
— Никогда!
— А кто были твои предки?
— Дед мой был филолог, германист. А прадед… даже не знаю.
— Это родственники по отцу, да?
— Конечно! Мамина родня в Питере живет. Она была питерская, — с внезапной грустью в голосе произнес Стас.
— Была? — тихо спросила Даша.
— Да. Она умерла, пять лет назад. У нее сердце было больное.
— Понятно. А ты можешь спросить отца про предков, про Братушево?
— Попробую. Только я постараюсь выяснить все окольными путями.
— Почему?
— Если я скажу ему про нашу находку, он сразу все у меня заберет и к тому же запретит мне этим заниматься.
— Почему?
— Что ты заладила: почему, почему! Сама, что ли, не понимаешь? Боится он за меня! У него, кроме меня, никого нет!
— Так не бывает!
— Как не бывает? — поразился Стас.
— У него наверняка есть какая-нибудь женщина. Он же такой интересный мужчина! Неужели у него никого нет?
— Я, по крайней мере, об этом не знаю! — решительно заявил Стас.
— Неужели ему никакие женщины не звонят?
— Звонят, очень даже часто, но… — Стас задумался. — Но одной какой-то постоянной, по-моему, нет.
— Думаю, ты просто не замечаешь!
— Да почему? У твоей мамы тогда тоже должен кто-то быть? А кстати… Где твой отец?
— Они развелись, довольно давно. У него другая семья. А что касается мамы, то у нее есть друг, его зовут Милан, и он очень красивый.
— Милан? Что это за имя?
— Он серб. Журналист. Клевый дядька.
— Значит, ты думаешь, у отца обязательно кто-то есть?
— Естественно. Странный ты, ей-Богу! — пожала плечами Даша.
— Интересно. Я об этом не думал.
— А ты подумай. Только не мешай отцу.
— Что я, псих, что ли?
— Дети часто по глупости ревнуют родителей. А я давно сообразила, что не надо мешать маме устраивать свою личную жизнь. Сейчас мы с ней живем душа в душу…
— А если она решит замуж за своего Милана выйти?
— Не решит! Она вообще замуж не хочет! Ей некогда! Я вырасту, тоже замуж не пойду!
— А если влюбишься? — поинтересовался Стас.
— Все равно! Насмотрелась я на маминых подруг! Все ее замужние подружки прибегают к нам рыдать… Вернее, прибегали. С тех пор как мама пошла на эту работу, ее дома не бывает.
— Ладно, Дарья, вернемся к нашим баранам! — заметил Стас. Этот разговор почему-то смущал его. Он никогда еще не рассуждал на такие темы с девчонкой. — Короче, я попробую сегодня расколоть отца…
— А ты когда-нибудь слыхал про это Братушево?
— Да вроде нет, не помню.
— Может, это ваше родовое имение?
— Говорю же тебе — не знаю. Спрошу у отца.
— А как ты ему объяснишь, откуда взял это название?
— Ничего я ему объяснять не буду, я постараюсь так повернуть разговор, чтобы он мне все объяснил!
— А тебе не слабо? — съехидничала Даша.
— Поживем — увидим!
— Хорошо, допустим, ты выяснил, где это Братушево находится, и что дальше? И при чем тут школа?
— Понятия не имею. Но скорее всего клад спрятан в братушевской школе за красной печью!
— А школы той давным-давно и в помине нет!
— Ты всегда такая пессимистка?
— Вообще-то мама говорит, что я оголтелая оптимистка!
— Что-то незаметно. Одним словом, я как только узнаю про Братушево, сразу туда поеду, благо каникулы начались. Ты со мной поедешь?
— Не знаю, — пожала плечами Даша, стараясь не показать ему, как ей хочется поехать.
— Поедем! Вдвоем веселее, да и легче! Обещаю: треть клада — твоя! — великодушно бросил он.
— Это с какой же стати? Мне чужого не надо. И потом, как-то уж очень глупо делить шкуру…
— Неубитого медведя, — со смехом подхватил Стас. — Это точно! Когда найдем клад, тогда и будем разбираться! Так поедешь со мной?
— Когда?
— Завтра!
— Ты что? Завтра же Новый год!
— Да, верно! Тогда давай первого поедем. Родители спать будут полдня, а мы по-быстрому туда смотаемся и поглядим, как там и что! Если часов в одиннадцать, нормально будет?
— Наверное, да. И потом, первого в Братушево тоже все спать будут, никто ничего не заподозрит!
— Отлично! Договорились! Ну, я пошел!
— Куда?
— Домой! Там же еще столько дел, надо бы к Новому году разобрать вещи, привести квартиру в порядок!
— Хочешь, я тебе помогу? — предложила Даша. — Мне сегодня все равно делать нечего.
— Давай! Вдвоем веселее!
И они перешли в заваленную вещами квартиру Стаса.
— Слушай, мы с тобой уже за кладом ехать собираемся, а по-настоящему еще не познакомились, — смеясь, заметила Даша. — Как твоя фамилия?
— Смирнин, а твоя?
— Лаврецкая.
— Очень приятно!
И они расхохотались.
Глава IIДЕТИ И ВЗРОСЛЫЕ
В квартире Смирниных они сразу взялись за дело. Стас вскрывал картонные ящики с книгами и расставлял их в шкафу и на полках в коридоре. А Даша разбирала коробки с посудой. Через два часа квартира приобрела жилой вид. Стас заглянул на кухню и ахнул. Даша так красиво и уютно все расставила на кухне, что он только руками развел.
— Ну, ты даешь! У нас же сроду такой красотищи не было! Откуда эти кастрюли?
— Как откуда? Тут коробка была, а в ней кастрюли! А старые я в шкафчик поставила. На них уже смотреть тошно! Гляди, как здорово! А занавески есть?
— Нет. Зачем на кухне занавески? — удивился Стас.
— Для красоты и для уюта, — пожала плечами Даша. — Сразу чувствуется мужское хозяйство. А кстати, в комнатах у вас тоже нет занавесок?
— Почему, есть.
Стас быстро открыл большую пластиковую сумку, в каких носят свой товар челноки, и вытащил оттуда какие-то тряпки.
— Фу, пылища какая! Надо их постирать!
— Постираю, — невесело согласился Стас.
— А у вас стиральная машина есть? Что-то я не вижу!
— Мы ее выкинули. Отец сказал, новую купим!
— Понятно, я у нас постираю!
И Даша уже подхватила сумку с занавесками.
— Погоди! Не надо! Тут еще и сушить их негде! Надо сперва веревки натянуть…