Бабушка на это странно как-то хмыкнула. Какое-то время мы молчали, я кожей чувствовала её пристальный взгляд, скользящий по моему лицу. Она же не знала, что на мне оболочка.
– Что ты с собой сделала? – судя по голосу, критический момент гнева миновал.
Вздохнув, я взяла в свою руку тёплую ладонь и повела её в другую комнату, чуя новый скандал, когда станут известны подробности смены моей личины. Она спокойно последовала за мной, войдя в помещение обвела обстановку взглядом и одобрительно хмыкнула.
Я даже не знала, как начать рассказ, но всё же от меня именно этого и ждали.
– Понимаешь, Ба. Перед тем, как поступить сюда, я решила сменить облик на более… простой. Сдала экзамены, взяла имя Лои Хепт…
– Ну, имя-то мне уже известно, – в голубых глазах мелькнул озорной блеск. – А что ты такого сделала ректору, что он фыркает каждый раз, стоит о тебе напомнить?
Вот тут-то я и напряглась.
– А как вы вообще догадались, что я это… я, а? – и уже запоздало. – И где детектив?
Бабушкино лицо аж пятнами пошло от гнева.
– То есть ты всё это время знала, что происходит дома и даже не дала знать о том, жива ты или нет? Мы, значит, волосы на себе рвём от переживаний, а наша Сава в это время учится, получает информацию из дома и носом не ведёт?! – Женщина угрожающе двинулась ко мне. – Ах ты, бестолковка мелкая!
Она сделала резкое движение и один из моих горячо лелеемых органов оказался в плену крепких, не подвергшихся старческой слабости, пальцев.
– Ухо, Бабушка! – запищала я понимая, что наказание резко переходит из статуса «легкое» в «довольно жестокое», – Ухо-ухо-ухо…
– Зачем тебе ухо, если ты всё равно никого не слушаешь, Сава?! – прошипела женщина. – Скажи мне, чего ты добилась за всё это время? Побег из дома был той ещё глупостью! Просто верхом идиотизма! Ты думаешь, что всех облапошила?
Почему думаю? До этого момента, я была уверена в успехе своей аферы, однако бабуля быстро убедила меня в обратном.
– Твой жених не из простого рода, он изначально преследовал цель заполучить тебя в свои руки из-за твоей матери. Если бы он был не подходящей для тебя партией, я бы ни за что не дала согласие, но именно он может предоставить тебе полную защиту от всех бед, которые тебя ожидают в этом жестоком мире. И не делай такие глаза! – осадила мой порыв возмутиться бабушка, отпуская пострадавший орган. – Сама ты с реалиями этого мира ни за что не справишься, как не справилась и Саяма. Думаешь, её смерть стала для нас неожиданностью?
От последнего вопроса сердце дрогнуло. Бабуля никогда не намекала на то, что мама могла иметь представление о своей скорой гибели.
Альвира Алайт устало опустилась на мою постель совсем не грациозно и горько усмехнулась.
– Ты уже довольно взрослая, Савайя. И за время проживания в стенах этой… – она обвела руками комнату, – Академии должна была начать мыслить иначе. Не как та девочка, что до пятнадцати лет приставала ко мне с просьбами прочитать на ночь сказку, – женщина потёрла висок, видимо, у неё начинался приступ мигрени. – Если помнишь, дата твоей свадьбы намечалась на твой двадцатый год, это условие было прописано в договоре о помолвке, но в итоге её перенесли. Ты не знаешь причины, потому что на срочном совете в ковене было принято решение держать тебя в неведении.
Я шокировано и совсем не как леди опустилась прямо на пол перед бабушкой, разгоняя собственные мысли из головы, чтобы не дать обрести им форму до того, как услышу полную историю этого безумия.
– Не смотри на меня так, Сава. Через год после твоего побега, верховная ведьма дала согласие на то, чтобы рассказать тебе всё. От начала и до конца, но давай, я сначала введу тебя в курс дела?
Я только кивнула в ответ, не имея ни малейшего представления, каким боком к моей жизни имеет отношение ковен.
– Я неоднократно говорила, что твоя мать была верховной ведьмой в ковене. Её смерть была связана именно с этой должностью. В то время прокатилась серия довольно непонятных убийств, которые просто не могли пройти мимо нас, хоть этим и занимались представители ночного и дневного дозора.
Я слушала очень внимательно, отмечая про себя детали, которые просто не могли от меня укрыться. Ночной и дневной дозоры вместе работают лишь в самых серьёзных случаях, требующих тщательного расследования и срочных мер. Я уж не говорю о том, что с ковеном они предпочитают не связываться.
– Сначала Саяма не была в это втянута никаким образом, делом занимался специальный аналитический отдел, но как глава она была в курсе. В итоге, совместно с ночным и дневным дозором, аналитики пришли к выводу, что во всём замешан орден демонов, им были выгодны все эти смерти, но продолжить расследование непосредственно у них не удалось. Орден был категорически против ведения следствия на своей территории. Тогда две мировые структуры правопорядка, обратились к твоей матери, зная, что только глава ковена имеет вес голоса среди управленцев в ордене демонов. Саяма просто не могла им отказать, тем самым подписав себе приговор, потому что от должности главы отказаться нельзя, только в случае гибели, ты теряешь и силу верховной ведьмы. Мы все тогда уже поняли, что Саяме сама смерть отмеряет последние годы жизни.
Бабушка с грустью посмотрела на меня, говоря, что она ничего не могла с этим поделать.
– Я, как глава отдела по надзору за особо опасными магическими существами, делала всё возможное, чтобы помочь ей отыскать тех, кто имел возможность скрыть свою силу, но никаких зацепок не было. Расследование медленно заходило в тупик, главы ордена демонов начинали нервничать и выказывать желание избавиться от надоедливых ведьм и дозорников в своих стенах, и мы уже собирались оставить попытки найти хоть что-то, как Саяма выяснила кое-что очень важное. То, что давало нам прямую наводку на виновников в смертях, но тем страшнее было строить предположения для чего им всё это нужно. Вот только… Та информация, хоть и имела под собой шаткую основу, она не имела доказательств. Дозор, что дневной, что ночной, почему-то свернули свою деятельность, а вот Саяма отступить не захотела, она запретила всему ковену лезть в это дело, чтобы избежать каких-либо жертв среди ведьм, а сама спуталась с демоном, которому доверяла. Он помогал ей очертить круг подозреваемых, и чем ближе они становились к истине, тем больше тот демон пытался её запутать. Она делилась со мной своими переживаниями и подозрениями, но не называла имён и их целей, поэтому я не могу точно сказать, что именно послужило её дальнейшим действиям. Она приговорила того, что был с ней на протяжении года к смерти за соучастие в заговоре против мира. Его звали… – бабушка пристально посмотрела мне в глаза. Я видела, что она сомневается в том, стоит ли мне говорить его имя. Но вздохнув, всё же, очень тихо произнесла. – Его имя Бериадор Алаид.
От звука этой фамилии в голове зашумело, сердце прыгнуло куда-то в горло и конвульсивно задёргалось, не давая дышать полной грудью.
– Брат Вельзевула, – тихо проговорила, осознавая причину его ненависти к матери.
Бабушка не стала скрывать своего удивления и задала вопрос, на который не знала ответа.
– Откуда тебе известно, что ваш ректор демон?
Я пальцами смяла юбку, зная, что сейчас мне снова перепадёт.
– Тут такое дело… Я имела неосторожность произнести не самый безобидный призыв, соблюдая все тонкости обряда.
– Как интересно… – озадачила она меня. – Ты просто магнит, Сава. Магнит для неприятностей. – И она весело усмехнулась. – Я так понимаю, до наказания дело не дошло?
Поведение Альвиры Алайт было странным, за подобный проступок, в другое время, я бы получила по первое число, не иначе.
– Нет, я вовремя сменила личину. Ты так и не ответила на мой вопрос. Как вы узнали, что я и есть Лоя Хепт?
Бабушка не торопилась отвечать. Она пристально разглядывала меня, и я видела в её голубых глазах блеск, за которым скрывались озорные мысли. Молчание длилось чуть дольше минуты, и я понимала, что эта старая ведьма что-то затеяла.
– Скажем так, ректор почти сразу понял, кто ты есть, когда я оповестила его об особенностях твоей магии.
Вот чёрт. Вокруг Лои всегда царят неприятности, а сейчас она пропала. Чёрт… Зато теперь неприятности кружат вокруг Диады Шель. Чёрт! Да меня уже раскусили! Сегодня утром, он уже всё знал. Знал, гад! И это его «Шель…ма» мне сейчас о многом говорит.
– Бабушка! А Сол Алаид уже знает кто я такая, верно?
Альвира Алайт широко улыбнулась, обнажая ряд ровных зубов.
– Естественно.
Поздравляю, Сава! Учитывая ненависть демона к твоей матери, сегодня утром тебе был вынесен приговор. Игры кончились.
Мне хотелось уйти в прострацию, отставить собственные мысли и переживания на тему моего существования в стенах этой академии. Не задаваться вопросами об отношении Вельзевула к моим корням. Не думать о женихе, которому в ближайшее время меня сдадут, судя по всему, чтобы защитить… а от кого? Вот вопрос, который должен был прозвучать с самого начала. Где ты витаешь, ведьма? Очнись уже! Сколько можно позволять другим скрывать от тебя правду?
– Бабушка, так что было дальше? – посмотрела я в глаза задумавшейся женщины. – Что случилось после смерти Бериадора, почему ковен вмешивается в мою жизнь и какое отношение ко всему этому имеет мой неведомый жених?
– Спустя несколько месяцев после вынесения приговора демону, твою мать нашли мёртвой. Её смерть тщательно расследовали, но по всему вышло, что это был сердечный приступ. Я говорила про пропавшее с её шеи кольцо, помнишь?
Кивнула в ответ, всё больше хмурясь.
– Это было тем, что не давало мне покоя. Я была в курсе, что кольцо ей подарил твой отец и он был бы первым в списке подозреваемых. Если бы я знала кто он, ведь он был единственным, кроме самой Саямы, кто знал о свойствах своего подарка. Кольцо было артефактом, Сава. Я не знаю каким, но оно имело слабый и очень непонятный магический фон, каких я за всю свою жизнь не встречала, – ведьма подняла на меня тяжелый взгляд. – А через две недели, была совершена первая попытка выкрасть тебя из дома.