нял, что излишняя гордость может унизить его достоинство. Особенно в глазах противных домашних кошек. Особенно в глазах дымчатой Муськи из первой квартиры.
Кузя выгнулся и зашипел, оскалив зубы, прыгнул на дерево и в одно мгновение забрался на самую макушку. Витька скосил глаза, отыскивая палку подлиннее…
Кашлянув, зеленохвостый негромко позвал:
– Эй ты, подойди-ка сюда! – И поманил пальцем в зелёной перчатке.
Всякий другой на месте Ушастика обязательно бы насторожился, увидев странного незнакомца. Пожалуй, даже отбежал бы в глубину двора или под окна своей квартиры, чтобы в случае чего позвать на помощь отца или мать. Но Ушастик был не из робкого десятка и считал, что всякие там предосторожности не для него.
– Ты что, сорванец, оглох? – сказал зеленохвостый. – Оставь кота и подойди сюда. Я покажу тебе кое-что поинтересней.
Ушастик остановился в двух шагах от незнакомца.
– Что у вас?
– Хочешь, я угощу тебя настоящей жевательной резинкой? – вкрадчиво спросил незнакомец, и при этом в глазах у него запрыгали огоньки.
Ушастик принял независимый вид.
– Буза эти резинки! Не терплю. Жуют, как верблюды. У меня, когда жую, пропадают в голове мысли.
– Глупый! Глупышечка! Глупышок, – сказал зеленохвостый. – Жевательная резинка для того и придумана, чтобы жевать и ни о чём не думать.
– А мне неинтересно жевать и ни о чём не думать!
– Ну, хорошо-хорошо, – сказал зеленохвостый. – Я угощу тебя настоящей шоколадной конфетой. На́, возьми!.. Чего же ты испугался?
– А чего мне пугаться? – сказал Ушастик. – Я вообще никого не боюсь. Ни капельки. Даже отца после родительского собрания в школе. Но я не люблю конфет. От сладкого портятся зубы.
– Это как у кого, – пропел зеленохвостый. – У меня, например, от сладкого не портятся. Мои зубы так и чешутся, желая сла-день-ко-го…
Незнакомец шагнул к Ушастику. Руки в зелёных перчатках затряслись от нетерпения.
– Посмотри, какой у меня щенок, сладенький мальчик. Если хочешь, можешь взять его себе. Я дарю щенка. Как говорят, отдаю совсем бесплатно.
С этими словами зеленохвостый снял с плеча мешок и раскрыл его.
– Щенок? А какой? – любопытный Ушастик приблизился ещё на шаг. Теперь он стоял так близко, что у зеленохвостого задергалась нижняя челюсть и заклацали зубы.
– Щенок на дне мешка, сла-день-кий мальчик!
В мешке было темно – ничего не разглядеть. Ушастик вытянул шею. И тотчас зеленохвостый схватил его за рубашку, затолкал в мешок и, озираясь, бросился бежать по улице.
– На помощь! Хватайте негодяя! – закричал на всю улицу дворник Печёнкин, выскочив из-за своего укрытия.
Он смело погнался за зеленохвостым. Тот убегал скачками. Мешок на его спине раскачивался и подпрыгивал. В мешке, вероятно, бился и кричал перепуганный Ушастик, но плотный мешок не пропускал ни единого звука.
– Держите негодяя!
Печёнкин чуть не плакал от досады: расстояние до преступника не уменьшалось, а на улице не было никого, кто мог бы помочь храброму дворнику: жители города не любили рано вставать по воскресеньям.
Зеленохвостый свернул в переулок Семерых Козлят и юркнул во двор пустующего дома.
Этот дом дворник знал хорошо. Всех жильцов переселили оттуда ещё весною. Дом обветшал и пришёл в негодность. Он подлежал сносу. Но заборы во дворе были высокие и крепкие. Дворник рассчитывал, что они задержат зеленохвостого.
Держа метлу наперевес, дворник вбежал во двор. Он полагал, что теперь уже наверняка настигнет преступника. Но увы, он увидел только вспышку ослепительного света и услыхал как бы удар грома. Что-то блестящее, похожее на ракету, унеслось в небо.
Клубился дым. Медленно оседала пыль. Зеленохвостого и его мешка нигде не было…
Волнения и догадки
Перепуганный дворник прибежал к Начальнику милиции и подробно рассказал обо всём, что видел.
Начальник милиции, наморщив лоб, заходил взад-вперёд по кабинету. У него была такая привычка – ходить взад-вперёд по кабинету, когда он обдумывал план действий.
Тем временем перед домом милиции собрались встревоженные горожане. Некоторые из них привели с собой детей. Все ждали, что скажет Начальник милиции. Наконец он вышел на крыльцо.
– Значит, так, – сказал он. – Прошу всех успокоиться. Зеленохвостый – постороннее лицо в нашем городе. Если верить показаниям дворника Печёнкина, это пришелец. Но более вероятно – прилётец. Он прилетел на ракете. Многолетний опыт подсказывает мне, что в преступлении могут быть замешаны жители другой планеты. Какой, я затрудняюсь пока сказать. Этот вопрос мною уточняется. До полного выяснения всех обстоятельств я приказал расставить милиционеров на улицах и в переулках, а также во дворах…
Вежливо пожелав всем спокойной ночи, Начальник милиции ушёл к себе в кабинет. Горожане стали расходиться, обсуждая его слова.
– Зеленохвостые непременно пожалуют к нам опять, – говорили одни. – Вон сколько уволокли уже детей. Надо, чтоб поисками преступника занялся непосредственно городской голова. Он человек мудрый и что-нибудь придумает…
– Наш голова не специалист в этих тонких делах, – возражали другие.
– А может, где-нибудь произошли людоеды? – предположили третьи. – Ведь если человек произошёл от трудолюбивой обезьяны, почему от ленивого человека не может произойти какая-нибудь хищная горилла или двуногий крокодил? И потом, заметьте, – хвост. Это же просто так не бывает. Без причины даже чирей не садится.
– Не надо делать из мухи слона, – замечали четвёртые. – Достаточно, на всякий случай, недельку не выпускать детей на улицу…
А Банан Бананович Бананов, городской парикмахер, человек с пылкой фантазией, вдруг решительно потребовал закрыть город и всем переехать на другое место. Люди посмеялись над его предложением. «Эх, Банан Бананович, – с укором сказали ему. – Построить новый город – это вам не усы сбрить». И это было справедливое замечание. Построить всего лишь дом – нужны месяцы. А город строят многие десятки лет…
Как помочь беде, никто не знал. Вопрос вставал за вопросом: кто такой этот зеленохвостый? Откуда он взялся? Где искать пропавших детей? Живы ли они или уже погибли?
Все надеялись на Начальника милиции. Но проходил день за днём, а он, похудевший от беспокойства, всё ходил из угла в угол по кабинету и, кажется, тоже на кого-то надеялся…
Через пять дней после злодейского похищения Ушастика пропала девочка, без спросу отлучившаяся из дому.
Хотя все улицы были под усиленным наблюдением, люди не заметили, как утащили девочку. При внимательном обследовании возле дома, где она жила, обнаружили расплавленный песок и странные следы. Дворник Печёнкин поклялся, что это следы той же самой ракеты, на которой зеленохвостый увёз Ушастика.
Однако Начальник милиции не спешил делать выводы.
– Возможно, – сказал он, качая головой, – но возможно и нечто иное…
Эти неопределённые слова вызвали в городе новые догадки. Равнодушных не было. Все перепуганно спрашивали друг друга: что, если на город нападёт целая армия зеленохвостых?..
Важное решение
– Бедные, бедные, – вздыхал Бебешка о похищенных детях. – Особенно жаль Витьку Ушастика. Просто плакать хочется.
И он заплакал.
– Жаль ребят, – сказал Арбузик. – Все они были слишком неосторожны и неосмотрительны… На свете немало умных людей. Кто пропускает мимо ушей их добрые советы, тот рано или поздно попадает в беду.
– Я с ним очень дружил, с Ушастиком, – сказал Бебешка, утирая слёзы. – Мы за одной партой сидели. Шесть, нет, семь раз он угощал меня бубликами с маком. Очень вкусные бублики.
– Ты всё забыл или перепутал, – сказал Арбузик. – Бублики с маком приносил тебе Саня Картошкин. Ты с Картошкиным сидел за одной партой, а не с Ушастиком. Ушастик из второго «Б»!
– Ах, верно, с Картошкиным, – согласился Бебешка. – Но бублики с маком всё равно были очень вкусные…
Друзья выключили в комнате свет и смотрели в окно – ожидали дядю Ваню. Вместе с другими взрослыми он дежурил на улице.
В небе вспыхивали белые и красные сигнальные ракеты. Если жители города брались за какое-либо дело, то выполняли его очень усердно.
– Не пойму, отчего ты плачешь, – сказал Арбузик, – тебе жаль Ушастика или хочется бубликов с маком?
– Конечно, жаль Ушастика, – ответил Бебешка. – Но и свежие бублики с маком никак сейчас не помешали бы.
– Как ты думаешь, поймают преступника или не поймают? – спросил Арбузик.
– А мне нравится, что у нас каникулы, – сказал Бебешка. – Что хочешь, то и делаешь. Целых пять дней мы не ходим в школу и не учим уроков, и нам за это ни капельки не влетит. Школу-то закрыли. «Чрез-вы-чай-ное положение»! Это значит, случилась беда и ещё может случиться…
– Лентяй ты, Бебешка! Как можно не любить школу, где тебя учат? Человек без знаний – это, это…
– Знаю, это книжка без картинок, – сказал Бебешка, шмыгая носом.
– Нет, это книжка, в которой вырвана половина страниц, – поправил его Арбузик. – Читать её – не интересно… Я не хочу дружить с лентяем. Если ты сейчас же не скажешь, что сморозил про школу глупость, я с тобой раздружусь.
– Как это раздружишься?
– А так. Не буду больше с тобой играть. И ты не будешь приходить к нам. А запускать ракетоплан мы будем с кем-нибудь другим. Хотя бы с Кучерявочкой. Она смелая девчонка.
– Она пискля! – рассердился Бебешка. – Чуть тронешь, она жалуется своей бабушке, а бабушка выскакивает с веником и гоняется, как за паутиной… И вовсе не нужна нам Кучерявочка! А про школу, конечно, у меня не то вырвалось. Не то я сказал. Наоборот, я хочу чтобы поскорее открыли школу. И ещё, чтобы поскорее поймали зеленохвостого. И чтобы все украденные дети вернулись домой…
Часы на стене пробили одиннадцать. Бебешка звучно зевнул:
– Мама разрешила мне остаться у вас. Я хочу спать.
– Ложись, если хочешь, – сказал Арбузик. – Я буду ждать отца. Он сегодня охраняет город. Ходит по улицам с настоящим ружьем… Он не боится зеленохвостого. Преступнику не поздоровится, если он сейчас вздумает напасть на детей. Отец стреляет без промаха.