Лэйтем побагровел.
— И зачем же мне со всех ног бросаться исполнять эту абсурдную просьбу?
Хироу не дрогнув выдержала его сердитый взгляд.
— Думаю, вам известно зачем.
Лэйтем долго молча смотрел на нее, но затем отвел взгляд.
— Если вы намекаете на то, что выбрали магазин Лэйтема, потому что он славится среди покупателей своими редкими изданиями, я не соглашусь. Такие предложения вряд ли относятся к нашей сфере деятельности.
Хироу продолжала молчать, Лэйтем поигрывал цепочкой от карманных часов. Затем он хмыкнул, словно приняв решение.
— Но только если для развлечения. Тогда я смогу попросить кое-кого из знакомых букинистов приготовить для вас подходящую вещь. — Он помолчал, глядя на нее в упор. — Разумеется, никаких денег из рук в руки.
— Разумеется, — ответила Хироу, не вполне еще понимая, куда он клонит.
Она была готова потратить имеющиеся у нее средства Рэйвена для этой обманной сделки, ирония ей не чужда. Но, видимо, Лэйтем желал осторожно разнюхать, на кого она работает, и беспокоил его отнюдь не Рэйвен или другой какой коллекционер. Кто-то из властных структур или богатых клиентов мог подослать ее сюда, чтобы поймать Лэйтема на нечистой игре.
— Томик мне нужен как можно скорее, — добавила Хироу.
Лэйтем поморщился, но кивнул.
— По какому адресу его доставить?
— Я зайду за ним, — ответила Хироу, не желая давать никакого адреса, даже той гостиницы. — Завтра.
— Это невозможно, — взорвался Лэйтем. — Потребуются недели — даже месяцы, — чтобы подобрать подходящий текст.
«У меня нет месяцев или недель, а возможно, и дней».
Хироу хотелось закричать. Но она обуздала свои эмоции, не дрогнул ни мускул, ни голос.
— Послезавтра.
— Да ведь чернила не успеют просохнуть! — запротестовал Лэйтем.
— Можно и подмазать, — ответила Хироу. — Несомненно, не в ваших интересах затягивать подобные дела.
Лэйтем откровенно изумился, приоткрыв рот и покачав головой. Затем он встал и проводил ее до дверей, скрывая за внешней вежливостью свое явное облегчение оттого, что удалось ее спровадить.
Стоило Хироу выйти за порог заведения, она тут же почувствовала, как дрожат ее колени, и прислонилась к ближайшему забору, чтобы успокоиться. Она затеяла опасную игру, поставив на карту все, и Хироу старалась не думать о том, что случится, если Рэйвен вычислит ее. Борясь с приступами страха, Хироу уговаривала себя, что воспользуется заготовкой Лэйтема только в случае крайней необходимости.
Между тем у нее оставалось время заняться судьбой книг Фетерстоуна. Она постаралась припомнить все зацепки, которые могли ей помочь восстановить последовательность событий. Пожалуй, ничего примечательного, разве что те странные обстоятельства, при которых Рэйвен приобрел обрывок бумаги — правда, по этим отрывочным сведениям нельзя определить, куда делась сама книга Мэллори.
Возможно, только сам Рэйвен был посвящен в эту тайну. И все же… мог быть еще кто-то, столь же осведомленный, но менее скрытный. Воодушевившись такой возможностью, Хироу отпрянула от забора и решила нанять экипаж: в такой темноте она не решилась в одиночку бродить по улицам Лондона, даже в мужском платье. Теперь ей надо остерегаться не только тех, кто гнался за ней с самого Оукфилда, но и возможной слежки от Лэйтема.
Хироу не была так глупа, чтобы безоговорочно поверить в свою победу над букинистом. Осмотрительность, приобретенная долгим опытом, говорила ей, что легко одержанная победа прибавляет и новых коварных врагов.
Кит беспокойно расхаживал по комнате. Вот так же раньше бегал и Барто, когда Кит, безмятежно развалившись в удобном кресле, искоса смотрел на него. Но теперь Кит понял, что движение просто необходимо, потому что надо что-то делать, чтобы сбросить с себя давящий страх. Страх за Хироу.
Мысленно оглядываясь в прошлое, Кит сожалел, что покинул Сент-Джеймс, лучше бы он поискал ее там как следует. Он подумал тогда, что Первоклассный Конь надежно прикроет ее бегство, но ведь всякий мог найти его, а затем разыскать и владельца — хотя бы те парни из «Трёх тузов».
Кит похолодел, представив Хироу в лапах негодяев, обнаруживших под мужским платьем молодую женщину. Он уговаривал себя, что им наверняка нужны лишь деньги, но как знать, чем все могло обернуться.
И вот теперь он здесь, словно тогда, в Оукфилде, беспомощный и никому не нужный. Пробормотав себе под нос ругательство, Кит размахнулся и ударил кулаком о стену, едва не пробив в ней дыру. Раздался стук, и он посмотрел на ноющую от удара руку, словно она в чем-то была виновата. Затем он обернулся к двери — наверное, горничная пришла разжечь очаг.
Он толкнул неплотно пригнанную дверь — перед ним стояла Хироу, и Кит, не отдавая себе отчета в своих действиях, заключил ее в страстные объятия. Он бы поцеловал ее, но в коридоре послышалось покашливание. Он взглянул — там стоял усатый мужчина и неодобрительно смотрел на них.
— Долго же ты пропадал, брат! — закричал Кит, прежде чем втащить Хироу внутрь.
И все же, не утерпев, поцеловал ее.
Прихлопнув дверь, Кит прижал Хироу спиной к полированной створке и склонился к ее губам в долгом поцелуе, как тогда, в библиотеке Чесвика. Но теперь это было не просто чувственное восприятие, это был порыв, восторженное переживание.
В первое мгновение Кит ощутил, как Хироу испуганно дернулась под ним, но затем затихла, отдавая нежный поцелуй. Ее руки обвили его шею, а тело вытянулось струной, прижимаясь к нему. Кит целовал ее, пока хватило дыхания, кровь стучала у него в висках, но он все не мог от нее оторваться. Пространство холодной комнаты, без огня и света, словно раздвинулось, осталось только их волнение и жаркие тела.
Он провел рукой вверх по ее затылку, сбрасывая кепи, и ее волосы рассыпались по плечам. Он зарыл ладони в шелковистые пряди, словно сам желал раствориться в их рассыпчатой нежности.
Возможно, он провел бы ее к мягкой постели, запинаясь в потемках, но в дверь постучали. Киту хотел пропустить это мимо ушей, но Хироу напряглась в его объятиях и закрыла ладонью его рот, молчаливо напоминая, что не стоит забываться в их положении.
Кит отступил, готовый сразить всякого, кто осмелится сюда войти, вся его страсть обратилась теперь в ярость. Но вошла всего лишь горничная, разжечь камин. Неодобрительно мыча что-то себе под нос, она искоса посматривала в темноту комнаты на мужчин, поселившихся здесь вдвоем, — к тому моменту Хироу уже стояла за спиной у Кита, и ее волосы были убраны под кепи.
Пожалуй, трудно будет вернуть то восторженное чувство, подосадовал Кит. Когда служанка вышла, он повернулся к Хироу.
— Где же вас черти носили? — Он причесал волосы растопыренной пятерней. — Я чуть с ума не сошел от беспокойства!
— Я пыталась выяснить, что случилось с Фетерстоуном.
— Фетерстоуном?! — Киту хотелось придушить ее. — Скажите еще, что вы вернулись в тот притон.
Она покачала головой:
— Я заплатила мальчику, чтобы он разузнал и доложил мне.
Кит все еще гневался, но словно гора свалилась у него с плеч.
— Вам следовало сразу же прийти сюда, — сказал он, хотя и понимал, что увещевания бесполезны.
Хироу всегда поступала так, как ей заблагорассудится, рискуя жизнью из-за того, что казалось ему совершенно бессмысленным. Кит до сих пор ощущал на губах привкус ее поцелуя и размышлял, когда же, наконец, она успокоится и перестанет находить удовольствие в погоне за опасными приключениями, чужими тайнами и сокровищами.
Мысли его, словно воздушные шары-монгольфьеры, унеслись в заоблачные дали, и эмоции угасли. Возможно, он давно уже выстрадал ответ на этот вопрос, и теперь потерянно стоял, удивляясь своему открытию, пока Хироу лепетала там что-то о Фетерстоуне.
— Что? — спросил Кит, пытаясь собраться с мыслями, и его голос зазвенел от напряжения.
— Я уверена: мальчик лишь добросовестно пересказал все, что говорили вокруг. Но что, если Фетерстоун вовсе не застрелился? — спросила Хироу. — Может быть, те люди, которые погнались за нами, застрелили его из-за книги Мэллори.
— В салоне, где полным-полно картежников? — спросил Кит. — Что-то сомнительно.
Хироу нахмурилась:
— Но если Фетерстоун застрелился, почему за нами гнались те двое?
Кит пожал плечами:
— Они слышали, как мы спрашивали про Фетерстоуна, и могли подумать, что мы его друзья или родственники, из которых можно выжать его долг.
— Как?
— Некоторые из этих ростовщиков вполне способны на неджентльменские поступки, — пояснил Кит. — Им нет смысла убивать. Гораздо выгоднее найти наследников должника и перевести на них его долги. Некоторые притоны весьма поднаторели в таких делах, и у них есть на то свои небрезгливые кредиторы и агенты.
Но Хироу все еще сомневалась.
— Зачем же те парни бросились в погоню?
— Узнать имя, адрес, состояние, истребовать вексель. Если Фетерстоун все проиграл, с него взятки гладки, но можно поднажать на родственников, не желающих ославить его благородное имя. На вашей миссии свет клином не сошелся, — высказался Кит, невольно осердясь.
— Нет, но порой мне кажется, что свет сошелся клином именно на Рэйвене, — прошептала Хироу.
Хироу уселась в кресло, единственное в этом номере, и только сейчас Кит заметил, какой у нее измученный вид. Он так был занят своими заботами и переживаниями, что совсем забыл о нелегком бремени Хироу, а ее силы тоже не беспредельны, несмотря на стойкий характер. Она устало склонилась к камину и смотрела на отблески пламени.
— Понятно, что Фетерстоун не может нам поведать о судьбе своей библиотеки, — сказала она. — Чтобы найти книгу, придется расспрашивать его слуг, друзей, семью… На это уйдет несколько недель. Есть ли в этом смысл?
Неужели она решила оставить это дело? Не успел Кит удивиться столь внезапной перемене, как лицо ее снова обрело столь знакомое решительное выражение.
— Все же, думаю, есть некто, кому достоверно известна судьба тех лотов, к нему и следует обратиться в первую очередь. — Она взглянула на Кита, и в глазах ее заплясали искорки. — Тот, кто оформлял сделку, наверняка знает, куда ушли книги.