— А разве не мог кто-то еще приобрести право на часть лота? — спросил Кит.
Пойнтер покачал головой:
— Я имел дело с Рэйвеном, только с ним, а он не склонен делиться своими приобретениями. — Пойнтер помолчал, как бы в раздумье. — Правда, я попытался помочь герцогу Монтфорду, думал, Рэйвен мог бы уступить кое-что, по дружбе, своему старому хозяину, но он на это не пошел.
— Старому хозяину? — эхом откликнулся Кит, а Хироу так и застыла в молчании.
Они оба оживились, услышав имя своего вероятного преследователя.
— Ну да, — откликнулся Пойнтер, с любопытством разглядывая их. — Ваш дядюшка и я некогда работали у герцога. Это было давно, его светлость слыл тогда первейшим библиоманом. Ну а ваш дядя еще не был известен под именем Рэйвен.
— Что? — выпалил Кит.
Хироу, несмотря на такие ошеломительные новости, все же не забывала об их роли племянников Рэйвена и постаралась выразить на лице удивление вслед за Китом.
— Ну да, — сказал Пойнтер, чуть усмехнувшись. — Он — урожденный Август Тавелл, насколько мне известно. Это было еще до его увлечения готикой, которое принесло ему известность, имя и замок.
— И когда же случилась такая перемена? — спросил Кит.
Хироу хотелось прекратить разговор, но любопытство ее разгоралось, и она сидела молча.
Пойнтер поморщил лоб, словно припоминая даты, затем покачал головой.
— Точно не знаю — это было уже после того, как я оставил службу у герцога.
Он криво усмехнулся, и Хироу поняла, что он оставил место не по своему желанию. Видно, коллега вынудил его уволиться. Неужели именно тогда Рэйвен впервые ощутил вкус власти и злоупотребил своим положением? Или к тому времени он давно уже так развлекался, играя судьбами людей?
— Но это, верно, произошло спустя несколько лёт после того, как он, в свою очередь, тоже расстался с герцогом, — сказал Пойнтер.
— Они поссорились? — спросил Кит.
— Не знаю, но он затем не искал другого места. Он ушел от герцога примерно в то время, когда умер его старший брат. К Августу перешла фамильная собственность, он продал дом в графстве Суррей, купил Рэйвен-Хилл и по большому счету удалился от мирских дел.
Пойнтер улыбнулся, как бы извиняясь.
— Но вы и сами все это знаете. А вы, верно, тоже взяли фамилию Рэйвен? — обратился он к Киту.
— Да, — быстро ответила Хироу, пока Кит открывал рот. — Мы оба — дальние родственники, и Рэйвен любезно пожелал устроить наше будущее.
— Ну да, — сказал Пойнтер. — А я все любопытствовал насчет ваших родственных отношений, я ведь знал только то, что у него был брат, — ну а теперь вот и с вами познакомился. — Он одобрительно кивнул: состоятельным людям нередко приходится опекать своих бедных родственников или друзей. Особенно любимых могут и усыновить, если нет других наследников.
Именно эта причина и побудила Эразма взять фамилию дяди и искать его расположения. Он положил глаз и на Рэйвен-Хилл, и на все остальное. Хироу не заблуждалась на этот счет: он не любил дядю точно так же, как и она сама. Но положение кузена было шатким, и, понимая это, он все более настойчиво требовал для себя безусловного права совершать сделки от имени Рэйвена.
— Что ж, Августу есть чем гордиться, вы — замечательная пара, — с улыбкой заметил Пойнтер.
Хироу сдержала смешок: если Рэйвен чем и гордился, так только собой и своей библиотекой. И Эразм, и она представлялись ему всего лишь марионетками, пешками, бесплатным приложением к его разрастающейся коллекции.
— Спасибо, — ответил Кит, не услышав комментариев Хироу. — Вы, видимо, не держите на него зла.
Пойнтер криво усмехнулся:
— Жизнь слишком коротка, а страсть к коллекционированию слишком беспощадна, чтобы ей завидовать. Скажу лишь, что и Рэйвен, и Монтфорд не раз перебегали мне дорожку за эти годы.
Он молча покрутил головой и грустно вздохнул.
— По правде сказать, я действительно опечалился, когда узнал, что его светлость смертельно болен.
— Что вы говорите? — не удержался Кит, а Хироу замерла, сразу выпрямившись в кресле.
— Да, как я слышал, один из выдающихся антикваров нашего века находится сейчас при смерти, и я молю Бога за него.
— Сожалею, — сказал Кит. — Мы пока не слышали этих печальных известий. Правда, когда мы были в Чесвике, мне показалось, что туда прибыли люди герцога — они были одеты в ливреи Монтфордов.
Пойнтер покачал головой, явно озадаченный такими сведениями.
— Возможно, они были там, выполняя его последнюю волю, — промолвил наконец пожилой джентльмен, задумчиво улыбаясь. — Полагаю, его светлость решил добыть свой заветный приз, тот самый редкий томик… что скажешь — коллекционер, до гробовой доски.
Глава 12
Хироу была настолько заинтригована, что позволила Киту увести себя из этого учреждения, нисколько не заботясь о том, что их кто-то увидит. Она пыталась привести в порядок мысли, что вихрем кружились у нее в голове. Пойнтер рассказал многое, и намеки его были прозрачны, оставалось только разложить всю информацию по полочкам.
— Не присесть ли нам где-нибудь? — Кит всегда был внимателен к ней.
Хироу покачала головой:
— Нет, лучше пройдусь.
Кит взял ее под локоть и, словно утешая, слегка сжал ее затянутую в перчатку руку.
— Нам остается предположить два возможных варианта: либо книга утеряна, либо она у вашего дяди. Вряд ли бы он посылал вас неизвестно куда, чтобы вы изъяли эту книгу у него самого?
Хироу промолчала. Но именно эта мысль и приходила ей в голову. Правда, она не рискнула делиться с Китом своими сомнениями. Кит проницательно взглянул ей в лицо.
— И чтобы исключить этот бредовый вариант, остается только ворваться в замок Рэйвена и поискать ее там, — полушутя продолжил он. — Только так мы сможем узнать наверняка.
— Нельзя ворваться в Рэйвен-Хилл, — сказала Хироу.
— Почему же? — спросил Кит. — Я полагал, ничто не мешает нам наносить светские визиты, особенно после той достопамятной экскурсии в Строберри-Хилл.
Хироу невесело улыбнулась:
— Да, Уолпол издавал путеводители по своему поместью и рассылал приглашения экскурсантам, но Рэйвен не таков. Его скрытность как раз и пробуждает нездоровое любопытство к этому замку. Ему даже пришлось нанять лакеев, чтобы те отгоняли зевак от его усадьбы. Потакая своим вкусам, Рэйвен приказал вооружить этих лакеев мечами.
Хироу покачала головой и горько усмехнулась.
— Рэйвен вознамерился превзойти Уолпола, но между их усадьбами мало сходства. Строберри-Хиля играет красками и светом, там модная обстановка, обои на стенах. А Рэйвен не мечтатель. Ему не хотелось открывать дом для публики, его интересовало только воплощение своей большой фантазии. Конечно, в обоих замках есть высокие арочные галереи и потайные ходы, но Строберри-Хилл производит сказочное впечатление — там остроконечные башенки, окна в четыре створки, причудливые витые лесенки. А Рэйвен-Хилл подавляет своими зубчатыми стенами и темницами. Он сложен из обтесанного камня, и на стенах не веселые обои, а резьба по камню.
Хироу никогда не рассказывала о своем пристанище, но теперь она словно торопилась выговориться.
— Этот дом — как склеп, холодный, темный, неудобный. Там невольно начинаешь всего пугаться, — прошептала она.
— Правда?
Хироу кивнула:
— Я с самого детства пугалась, частенько натыкаясь на нечто ужасное, подстроенное ради забавы Рэйвена, и приучилась не взвизгивать, когда передо мной из стены внезапно вываливалась секира или раздавалось мерзкое завывание из темноты. Я привыкла молча хлебать свой суп.
— Что? — Кит даже остановился.
— Там нет ни одного уютного кресла, ни одного теплого уголка, где можно пристроиться с книгой, только запертые шкафчики с драгоценными томиками да ящики с монетами, медалями и разными антикварными побрякушками. — Хироу перевела дыхание, собираясь продолжить рассказ, но тут она заметила, что Кит стоит перед ней с открытым ртом.
— Дьявола следует высечь, — сказал он, жестом заставляя Хироу остановиться.
Да ей и не хотелось настраивать Кита против Рэйвена, ни сейчас, ни впредь. То, что он некогда был всего лишь скромным Тавеллом, нисколько не умаляло его силы.
Хироу покачала головой:
— Несомненно, он заслуживает такого наказания за более тяжкие преступления, но не за желание скрасить свое жилище.
— Я не шучу, — резко бросил Кит, и Хироу вздохнула. — Я не желаю, чтобы вы возвращались туда. Похоже, вы там пребываете в роли бесплатной прислуги, послушной капризам сумасшедшего.
Хотя Кит был не так уж далек от истины, Хироу не собиралась подтверждать его подозрения. Но и разжалобить его она не намеревалась — а то нарвешься на еще одно предложение. Сейчас она вряд ли сможет отказать ему.
— Наверное, не вернусь, — просто сказала Хироу, но отвела взгляд, когда он испытующе посмотрел на нее. Хироу не стала посвящать его в свои планы, лелея надежду обрести желанную свободу.
Побоявшись, что их спор может привлечь внимание прохожих, Хироу снова пошла вперед, увлекая за собой Кита. Она решила сменить тему разговора.
— Если тот томик Мэллори утерян безвозвратно, зачем Монтфорд стал бы разыскивать его — и нас? — спросила она.
Кит застонал.
— Он утерян, никаких если. К тому же мы не знаем, служат ли те люди у Монтфорда, мы видели их лишь однажды.
Хироу посмотрела на него вопросительно.
— Ну так и быть, дважды, но не было никаких причин полагать, что они преследуют нас.
— Вероятно, Монтфорд прослышал о том, что этот Мэллори где-то всплыл, — сказала Хироу. — Герцог мог знать об интересах Рэйвена, так что вполне мог послать своих людей по моим следам.
Кит покачал головой:
— Все же не могу представить себе слуг герцога в роли похитителей. А те, кто напал на вас тогда, были вовсе не в ливреях.
— Они могли сменить одежду, чтобы мы их не опознали, — сухо бросила Хироу.
Кит фыркнул.
— И что же, вы полагаете, мы должны делать — победным маршем проследовать к родовому гнезду Монтфордов и потребовать свидания с умирающим, обвинив его в покушении?