— Отказался от своего места добровольно, потому что понял, что жизнь у него одна и ее стоит прожить так, как считает нужным он сам, а не по чьей-то указке. И если до ваших светлых голов не доходит эта простая истина, то мне проще разговаривать с бревном, чем с вами.
Я развернулась. Кончик косы, судя по ощущениям, хлестнул кого-то из светлых по лицу. Но я этого уже не видела. Я была занята архиважным делом: гордо удалялась. А делать это, когда у тебя одна нога обута, а вторая — нет, весьма тяжело.
Направилась я в свою комнату, где влезла в выданные гоблином сапоги. Пусть они были еще больше, чем свистнутые на корабле, но ходить ведь в чем-то да надо… В них, попеременно спадающих, я дошкандыбала до библиотеки, где получила… только одну книгу. И та — не учебник, а устав.
— Все остальное выдадут на занятиях, — сварливо прошипел наг, поправляя съезжающие с крючковатого носа очки.
Полузмей был в сюртуке. Его внушительный хвост уходил куда-то за стеллажи. Зато такому библиотекарю не нужна была стремянка, чтобы добраться до верхних полок. Достаточно было лишь напрячь свое чешуйчатое тело…
Судя по всему, приближалось время обеда. Хотелось бы узнать, где столовая. А еще — где моя группа… Да и расписание занятий не помешало бы увидеть.
Я размышляла о том, что последнее наверняка висит на каком-нибудь видном месте, когда прозвенел колокол. Пара мгновений, и двери коридора, по которому я шла, распахнулись.
Хлынула лавина. И вроде никто (хорошо, почти никто) не бежал, но у меня создалось ощущение бурлящей толпы. Не сказать, чтобы в ней я чувствовала себя неуютно… Единственное — раньше на меня не пялилось столько глаз и с таким явным интересом.
К счастью, в толпе я увидела знакомую макушку. Рейзи.
Ужом протиснулась между спинами, растолкала локтями неповоротливых и встала за спиной темного, который что-то со смехом рассказывал своим друзьям.
— Ну, привет, сосед по карцеру. — Я несильно хлопнула его по плечу, заставляя повернуть голову в мою сторону.
— Крис? — Надо было видеть изумление в глазах темного. — Ты… девушка?
Я пожала плечами. Мол, что тут такого.
— Бездна меня раздери! Ты — девушка?
Казалось, этот факт был самым невероятным. Даже то, что у меня десять единиц, темный воспринял куда как спокойнее. И то, что я пожиратель, — тоже.
— Обалдеть. Я тут рассказываю, как один пожиратель в лепешку раскатал светлого и сумел занять его место… А ты, оказывается, магиня… Блин, а я тебе еще не советовал к Статии подкатывать… Да я же тебе там за стенкой столько всего понарассказывал…
Стоявшие рядом с темным кадеты загоготали. Видимо, хорошо знали Рейзи и в красках представили, чем он мог со мной поделиться. Я тоже улыбнулась, вспомнив, как он тоном бывалого просвещал меня, как в увольнительной провести время с пользой и как уболтать симпатичную горожанку на необременительные кроватные приключения.
— Крис, ты раньше сказать не мог…ла? — с какой-то детской обидой произнес Рейзи.
Я пожала плечами. А потом было знакомство с его друзьями. И если светлые жаждали свернуть мне шею, то для темных я была чуть ли не героем: утерла нос этим распределенцам. Зато ни с расписанием, ни со столовой проблем не возникло. Меня охотно просветили, где найти и первое и вторую. Правда, когда мы пошли по коридору, то один из чернокнижников, кажется, его звали Орс, усмехнулся, дескать, какие у меня симпатичные сапожки. Я тут же ехидно ответила, что если они ему так нравятся, то так и быть, уступлю за золотой… Поносить на день.
Темный шутку оценил и поудивлялся, отчего меня, такую умную и предприимчивую, в детстве цыгане не украли. Я ответила, что пытались, и не раз. Но потом почему-то всегда возвращали отцу… За такой дружеской перепалкой мы и добрались до столовой.
А потом я узнала, что раз я заняла место Гарди, то и заниматься буду вместо него во второй группе первого курса.
Когда же я увидела свое расписание, то первая мысль у меня была: а тут вообще слышали о таком понятии, как сон?
— Да не боись! — оптимистично утешил меня Рейзи. — Всех первогодок так гоняют, чтобы подтянуть. У кого — физическую подготовку, у кого — магическую.
— А светлых — чтобы вправить мозги, — подхватил Орс.
Я удрученно смотрела на расписание. Сегодня после обеда и до шестого удара колокола значилась та самая физическая подготовка на третьем полигоне. Что же. Бегать и прыгать я хотя бы умею. Значит, начнем с малого.
Спустя три удара колокола поняла, что сильно ошибалась, говоря о «малом». Преподаватель, наставник Эйк, был сущей акулой, хотя на первый взгляд показался мне обычным человеком. Он нещадно гонял нас по полигону, заставляя то перепрыгивать через расщелины, внезапно возникающие под ногами, то уворачиваться от ядокрылов, то просто материться сквозь зубы, когда твой сосед рядом, запнувшись, падает на тебя и вы оба летите лицом в грязь. А у меня еще к тому же жутко хлябали на ногах сапоги. Так дело и до кровавых мозолей дойдет…
Пока мы бегали по полигону, наставник менторским тоном декламировал:
— И запомните, порубежник — это не просто маг. Это тот, кого должны бояться даже демоны мрака. Но пока вы кадеты. А кадета от обычного адепта отличает что? Знания? Подготовка? Нет. Кадета отличает умение быстро и точно реагировать в самых непредсказуемых ситуациях. А еще — изворотливость, находчивость и отвага. Вы должны уметь просчитывать все, всегда и везде. Уметь выполнять большие объемы умственной и физической работы в сжатые сроки, выживать в любых условиях, питаясь подножным кормом…
Судя по тому, что говорил этот Эйк, кадеты вообще были страшные люди, которым под силу все. И я поймала себя на мысли, что такое описание подойдет и для контрабандистов. И даже приободрилась.
Рядом со мной отчаянно пыхтел эльф. Вот натуральный ушастый эльф. Он закусил губу и нарезал со мной один круг за другим, пока вещал наставник.
Половина нашей группы уже хрипела, кто-то держался за бок, кто-то малодушно просил его убить…
А Эйк между тем невозмутимо читал лекцию о кадетах и порубежниках. Закончил он ее словами:
— Правда, вы пока не кадеты, хоть и дали присягу. Вы пока личинки, опарыши, из которых я воспитаю достойных магов, — он глянул на меня, прибежавшую третьей, сплюнул и добавил: — И магинь. На сегодня все. До завтра.
С этими словами наставник удалился.
А две дюжины полутрупов так и остались лежать на полигоне и хрипеть, как загнанные лошади. Что же, в такой тренировке был один большой плюс: если до нее светлые одногруппники и хотели свернуть мне шею, то сейчас на это у них просто не было сил.
— Акула сегодня просто озверел, — просипел кто-то.
До нас тут же донеслось:
— Я все слышу…
Говорун тут же замолчал. А мне вспомнилась карикатура на стене карцера. А ведь точно, сущая акула этот Эйк. Сожрет и не заметит…
Впрочем, наставник не вернулся. Да что там, даже не обернулся, но все равно мы струхнули.
Я лежала на голой земле, холодившей спину, и мечтала о телепорте до комнаты в общежитии. Ноги гудели. Ноги болели. Да и в целом я только сейчас поняла, что мне срочно нужна инструкция, как не подохнуть в этой академии.
Усилием воли села. Стащила с ног сапоги и едва не застонала от облегчения. Ну это надо же: сколько удовольствия может доставить просто избавление от предмета униформы…
А вот зрелище меня не порадовало. Пятки и большие пальцы на обеих ногах оказались стерты в кровь, которая проступала через ткань портянок.
— Ого, да тебе к целителям надо, — присвистнул расположившийся неподалеку эльф, что всю тренировку бежал то рядом, то чуть обгоняя.
— Угу. Да только до них еще дойти… — Я поморщилась от боли, представив, что сейчас опять нужно будет обуваться.
— Хочешь — помогу, — неожиданно предложил ушастый.
Я с сомнением посмотрела на нечаянную «добрую фею». Ну-ну, если учесть, что вот только недавно пятеро светлых пытались меня если не убить, то госпитализировать… В общем, верила я одногруппнику не больше, чем наперсточнику на базаре.
— Слушай… — замялась я, не зная, как обратиться к парню.
— Эландриэль, — искривив губы в печальной усмешке, подсказал эльф, будто уже зная, что я отвечу. — Можно просто Эл.
— Слушай, Эл… Спасибо за предложение, но… я как-нибудь сама.
— Это потому что я эльф? — без обиняков вопросил он.
Я чуть не ляпнула: «Потому что ты — светлый». Но подумала и прикусила язык. Вдруг он и правда хотел если не помочь, то хотя бы не навредить…
— Нет. Это потому что я темная, — честно призналась я и с любопытством спросила: — А при чем здесь твоя раса?
На этот раз ушастый обиделся. Судя по выражению лица — сильно и конкретно. Но я смотрела на него и молчала. Он же буравил меня взглядом, будто пытался добраться до моих мыслей.
Остальные одногруппники со стоном поднимались и медленно ползли на кладби… в смысле к себе в общежитие. Но выглядело это так, словно они мечтали накрыться белой простынкой и по-пластунски двинуться к погосту, пока их не отловили и не заставили еще раз преодолеть полосу препятствий. Хотя маневр не пройдет, поскольку наш Акула — некромант, так что даже посмертие не избавит от тренировок. Вплоть до самого выпуска. Так и будем бегать скелетами по полю, греметь костями…
— Ты и вправду не в курсе?
Тут я вспомнила, как нет-нет да и косились на ушастого светлые. Впрочем, темные тоже усмехались, но в адрес уже всех имперцев, особо не выделяя Эла.
— Просвети — и буду. — Я задрала голову вверх, разглядывая и серое небо, готовящееся расплескаться дождем, и эльфа, поднявшегося с земли и собравшегося уходить.
— Тогда правда за правду. — Он усмехнулся и, отряхнув руки от земли, протянул мне ладонь. — Я рассказываю о себе, а ты — о себе.
Я подумала, что в принципе ничего не теряю, ведь в этой сделке была отличная лазейка: хоть и нужно было рассказывать только правду, но не всю же… и не обязательно по порядку.
— Идет. — Я пожала руку ушастому.