Вы бы видели его глаза, как они расширились. Ну тут уже начались вопросы касаемо этого. Я говорю: «У меня нет времени, со мной все хорошо, сплю нормально, не спиваюсь, флешбэки тоже не ловлю, ставьте, и я погнал». Ну все, он мне поставил, и я ушел.
С собой во вторую командировку я хотел взять отца, нашего общего друга и еще одного парнишку. Но тут ступор, что делать дальше. Таким образом, закончилось прекрасное время моего нахождения на Специальной военной операции в составе ЧВК «Вагнер».
Что сказать на данный момент: какие эмоции я испытал, несмотря на то, что это война… Да самые лучшие и никогда не забываемые. Самое главное — я нашел настоящих боевых друзей и товарищей, научился мыслить по-другому. Да что там мыслить?!! Я жить научился по-другому.
Я обрел то постоянное чувство, что нужно и себя любить, и такие, как мы, на дорогах не валяемся и не ждем под заборами воинских частей, чтобы нас приняли на долгожданный контракт, как это говорят во всех частях молодым офицерам.
Самое главное, что не нужно ничего бояться поменять в своей жизни. Любая перемена чуть позже принесет свои плоды, в это нужно верить.
Наше конторское братство будет посильнее, чем братство десантное или спецназа, ни в коем случае не уменьшаю достоинств этих структур.
Я благодарен всем ребятам, с которыми мне приходилось работать и которые до сих пор появляются в моей жизни, благодаря конторе. И я бы сказал, что по всей России теперь есть друзья, но нет… Евгений Викторович смог объединить и сплотить весь здравомыслящий мир воедино. Я очень благодарен «Первому» и «Девятому» за то, что дали мне вторую жизнь и вторую профессию, которую я искренне смог полюбить.
Это было непростое время, но прекрасное, такое уже не повторится, но помнить и слагать легенды, передавая из уст в уста, будут еще многие поколения наших родных и знакомых. И это не приукрас, это правда. Мы дрались смело и решительно, таких подвигов, которые совершали бойцы на азарте и энтузиазме, на данный момент я встречал единицы, а там это было повсеместно. Каждый метр, каждый перекат, каждый взгляд ценился очень дорого и тепло, потому что мог стать последним. Для кого-то Попасная, Светлодарск, Соледар, Семигорье, Кодема, Отрадовка, Зеленополье, Курдюмовка, Андреевка, Клещеевка, Благодатное, Красная Гора и многие другие названия деревень и городов останутся только названиями населенных пунктов, а для нас — это дорога жизни.
Вы спросите: «Почему дорога жизни, ведь вы умирали?!»
А ответ прост: «Быть воином — жить вечно!!»
Слава России! Слава и вечная память «Первому» и «Девятому»!
Слава Русскому Солдату, стоявшему насмерть во имя мира на земле!
Слава бессмертной Частной военной компании «ВАГНЕР»!
Стихотворения
О наболевшем…
История пошла не по спирали,
Не нужен Курский перелом,
Не надо, чтобы люди погибали,
Чтоб враг спокойно шел, не напролом.
Не надо было доводить до этого,
И все ссылаясь на какой-то хитрый план,
Неужели так сошла с ума планета,
Все, что воздвигла, превращает в крах.
Прости нас, Родина, что мы не в силах
Внутри себя всех гадов задушить,
И сколько их ты по земле носила,
Но как-то странно продолжают жить.
За что, война, ты забрала достойных?
Ты призови оставшихся, ведь их черед,
Которые спасут тебя от тварей непристойных,
Которые любовь внутри тебя найдут.
Прости, пустили в наши земли,
Всплыла вся трусость, обнажив несостоявшихся юнцов,
Но мы возьмем, возьмем наш День Победы,
Спасем тебя от подлецов.
Не мог я в зеркало смотреться,
Не мог остаться просто в стороне,
И разрывалось дико сердце,
Что я не в той, мне чуждой, стороне.
Не мог я видеть на экранах,
Как гибнут парни на полях,
И в городах страны той странной,
Опять с вопросом, где же я?
Я мог закрыть глаза, залиться водкой,
Обиды намотав в кулак,
Но нить из памяти проводкой,
Тянула в бой, вот как-то так.
И прежним я уже не буду,
В толпе людской я одинок,
И встав однажды ранним утром,
Сглотну воды сухой поток.
Такой как есть, вы не надейтесь,
Исправить смысла нет меня,
Не бойтесь только, не робейте,
В ответ на вас, любовь моя.
Никто из нас не станет прежним,
У каждого своя судьба,
Но будем мы хранить надежды,
И память, годы на века.
А знаете то чувство, когда уходят?
Провожает перрон навсегда,
Быть может, где-то и встреча,
Но будет не скорой она.
Те слезы мужские вовнутрь,
Вывернуть шкуру не то,
И снова на кнопку повтора,
И снова поверишь в оно.
По-разному люди уходят,
Не только мужчины всегда,
Кто-то теряет, кто-то находит,
А также уходят года…
И все это не понапрасну,
Ведь так и учимся жить,
Слезы победы, слезы отчаяния,
Перроны, вагоны, не смыть…
Работа и день напролет,
Частенько бывают и ночи,
Но цель неизменна — только вперед,
Победа в бездонные очи.
Простой игрой не назовешь,
Но интересней с каждым разом,
Пока их в пыль не перетрешь,
Не прекращается чумная та зараза.
Азарт и Божья воля с нами,
И страх, погода не помеха,
Пока нам позволяет память,
Точней прицел, ровнее веха.
Была б коробочка жива,
Рукой не дернул бы наводчик —
Огонь! И снова дым огня,
И смазан чистенький доводчик.
Огонь! И снова прямо в цель,
Смотри, вот полетели тряпки,
Старлинк и много нелюдей,
Мы знаем, будет все в порядке.
Свернулись. Ищут часто нас,
Но мы же также ищем падаль,
Схитрили, выполнив приказ,
И получилось все как надо.
Россия, сколько ты прошла,
Каких дорог ты только не видала,
Но главная одна была
И у истоков с самого начала.
Бои, невзгоды, в непогоду,
Знаменьем крестным ты оберегала нас,
Ключей святых давала воду,
И поддержала в нужный час.
Мы бережем тебя как мать родную,
Готовы встать и грудью защитить,
Красивую, могучую, младую,
Чтоб продолжала ты детей своих растить.
Понапрасну не надо слов
И печалиться вовсе не надо,
Освободим мы от вражьих оков,
Ту Отчизну, что стала отрадой.
Мы пройдем, зацепив чуть туман,
Дрожью влажной оставив на теле,
Выйдем рано, откинув обман,
Боевые друзья в самом деле.
Проложив деревянный мосток,
Очень хрупкий, но очень надежный,
Обнажив снова свой кровоток,
И залечь во степи придорожной.
Запах чистой, душистой травы,
И умыться росою рожденной,
Вновь воскресшей Великой страны,
Разойтись по домам принужденно.
Я не люблю болтовни понапрасну,
Хотя разговор поддержать люблю,
Я не люблю, когда вгоняют в краску
За жизнь нелепую мою.
Я не люблю, когда врут о правде,
Я не люблю, когда по правде врут,
И когда не знают взять где
То тепло и домашний уют.
Я люблю, когда реки топят
Зло, нужду и горечь обид,
Я не люблю, когда склоки,
Когда от матных слов ангел скорбит.
Всем и мне полюбить очень сложно,
Лицемерие видеть в лицо,
Когда кто-то врет осторожно,
Когда любят одних подлецов.
Я не люблю прощальных закатов,
Расставаний и праздности встреч,
Я не люблю окопов накаты,
Когда так сложно жизни сберечь.
Про любовь или нет эти строки,
Только мне об этом и знать,
Главное — видеть эти пороки,
И нигде никому не лизать.
Опять вести людей на смерть,
Приказ… опять невыполнимый,
Чтоб просто так с земли стереть,
Самим сознаться не под силу.
И непонятно для чего
Считать ли это преступленьем,
Кого искать, винить кого?
И снова ступор, изумленье.
Как смыть всю эту чью-то кровь?
И как смотреть на эти руки,
А кто-то не поведет и бровью,
И непонятно, от глупости или от скуки.
Пред кем очистить совесть, душу?
Ведь Бог все видит — страх в глазах,
И вылезают нечисти наружу,
И снова все настигнет крах.
Всего лишь двести лишних метров,
А фронт не превышает ста,
В округе враг змеиной лентой
Разгонит яд и будет только рад.
Как оттянуть хоть парочку мгновений,
Как достучаться до паркетных каблуков,
Ведь не оценят этих рвений,
А жизни не вернем из вражеских оков.
И в каждый штурм частица умирает
От безысходности, ничто не изменить,
Душа больная, словно свечка, тает,
И веру хрупкую ничем не подкрепить.
И снова день за днем, маршруты облетая,
Смотреть окоченевшие тела,
Которые упали, не достали…
В которых вечность уж теперь жива.
Виной тому одно лишь слово «ФАС»,
Никто не вспомнит неизвестного солдата,
Получит кто-то красненький лампас,
И не узнает слово «ПРАВДА».
У меня не семь пядей во лбу,
Да и будущего предсказать не умею,
Но, если попросят, то помогу,
Я, как всегда, за идею.
Пусть сердце болит, пусть сжигает вина,
Понимаю, что все понапрасну,
И только с открытой бутылкой вина
Становится мне все сразу ясно.
И, веки закрыв, погружаюсь во тьму,
Чтобы с мыслью собраться своею,
Чтоб не видеть мне эту всю кутерьму,
От предательства вновь холодею.
Вроде добрым и был, но куда-то ушло
Долгожданное чувство спасенья,
И вот что-то другое на меня вдруг нашло
И не видно в эмоциях рвенья.
И словно пуд соли на спину взвалив,
Тяжело мне подняться с коленей,