Мария пожала плечами:
– Так и нас тоже сегодня задержали. И меня, и Эрику…
Начальник непонятливо смотрел на Марию:
– Вас что, в участок возили? Допрашивали?
– Нет, – удивилась Мария, – проверяли документы, и мы чуть не опоздали. А вас что, возили? Допрашивали?
– Черти что, – выругался начальник и ушел в свой кабинет, так больше ничего и не сказав про это утро.
Мария и Эрика переглянулись и только пожали плечами. Начальник сам на себя не был похож.
В обеденный перерыв пролиставшая все свои газеты Мария разочаровано сообщила:
– Ничего про проверки документов не пишут. Наверное, журналисты просто не знали о том, что планируется проверка. Но завтра уж точно напечатают, а то я им позвоню в редакцию. Спрошу их, за что деньги плачу, когда газеты покупаю.
Эрика улыбнулась, представив, как Мария звонит в редакции и отчитывает журналистов за то, что те ничего не пишут о действиях полиции. Сказала:
– Раньше по телевидению или по радио что-нибудь сообщат.
– Точно, – кивнула коллега, – я ведь давно собиралась купить маленький приемничек. Что б его и на работе можно было слушать, и чтоб его не видно было.
– Тебя он отвлекать не будет? – улыбнувшись еще раз, спросила Эрика.
– Нисколько, – помотала головой Мария и выбросила все газеты в мусорную корзину. – Да, ты не забыла о завтрашней вечеринке?
Эрика ответила не сразу:
– Нет, не забыла.
Коллега пристально глядела на нее:
– Придешь?
– Приду.
Странно, но Мария, услышав это, хмыкнула, как будто ожидала совсем другого ответа.
Весь день на своем рабочем месте Эрика вздыхала. Ей и хотелось на вечеринку, и было как-то не по себе. Из головы не шла полицейская проверка, задержание нескольких подозрительных полиции человек. Она снова задавалась одним и тем же вопросом: был ли среди задержанных тот самый маньяк?
Вечером, когда она возвращалась домой, беспокойство ее еще более усилилось. Она не видела, но чувствовала, что за ней опять кто-то идет, кто-то ее сопровождает по пути от остановки до двора. И если это был маньяк, то, значит, полиция задержала всех подозрительных людей совершенно напрасно. Преступник оставался на свободе. И она ускорила шаг.
Дома Эрика несколько раз подходила к входной двери. Прислушивалась, смотрела в глазок, включала свет на лестничной площадке. Но и сегодня на ней никого не было. Эрика, видимо, здорово напугала девочку-соседку и ее парня. Они пока не отваживаются встречаться снова. И может быть, так будет всегда. Эрика даже посочувствовала девушке и ощутила себя несколько виноватой. И сама одна, и вот еще другим людям помешала устроить личное счастье.
Эрика также поглядывала за окно во двор. Но и под деревом никого не было. Видимо, вспугнутому ею человеку не хочется снова оказаться в луче фонарика. Но это вовсе не значит, что за ней никто не следит. Может быть, тот человек, что шел сегодня за ней, скрывается теперь где-то в глубине двора, выглядывает из арки. Смотрит на ее окна. Он видит Эрику. А она его нет. Такие мысли были неприятны.
Укладываясь спать, Эрика спрашивала себя, стоит ли в таких тревожных обстоятельствах идти завтра на вечеринку. Одной.
Конечно, будь рядом с ней Игорь, она бы ни секунды не раздумывала. Взяла бы его под руку и пошла. С ним не было бы страшно. Ведь он справляется с таким огромным трамваем, полным самых разных людей. Но Игорь далеко. И станет ли он ближе? Вагоновожатый все время молчит. Смотрит на нее в зеркало своими карими и молчит, молчит, молчит. Только букетики и газеты на ее третьем месте справа.
Утром Эрика выпила очередную порцию лекарства. Посмотрела в окно на пустой двор и подумала о том, что Игорь, может быть, и вообще никогда никуда ее не позовет. Посидев немного в раздумьях, решительно взялась за одежду и косметичку. Она пойдет на вечеринку. Обязательно.
6
Накрапывал дождь. Эрика, набросив легкий плащик, вышла из дома пораньше. И чтобы было время найти дом Марии, в котором еще не бывала. И чтобы не бояться идти от дома к остановке в сумерках. А про возвращение обратно поздним вечером она старалась просто вообще не думать.
Никто за ней не шел до остановки. Трамваем управлял один из знакомых вагоновожатых. Как она и предполагала, не Игорь.
Эрика легко нашла дом. Потом погуляла немного вокруг него. Глянув на часы, вошла в подъезд.
Несмотря на то, что выжидала время, все равно пришла самой первой из приглашенных. Кроме Марии и ее механика, в квартире еще никого не было.
– Ничего костюмчик, – оценила коллега.
Эрика чуть не покраснела от гордости за себя.
– Тебе идет, – подтвердил механик и обратился к Марии. – Ты нас, наконец, познакомишь?
Та пожала плечами, указала рукой на коллегу:
– Эрика, – потом на механика, – Павел.
– Очень приятно, – улыбнулась Эрика. Она ведь знала его имя от Марии. Да и ему, скорее всего, та тоже уже сказала, как зовут ее коллегу.
– Очень, – согласился Павел, по-прежнему изучая ее костюмчик ли.
Эрика принялась помогать Марии с закусками, бокалами, салфетками и прочей мелочью для вечеринки. Попутно разглядывала квартиру коллеги. Она была не больше и не лучше, чем у Эрики. И даже, несмотря на то, что Мария, видимо, прибиралась накануне вечеринки, в квартире явно царил беспорядок. Коллега, судя по всему, не отличалась хозяйственными талантами. Эрика опять же с гордостью отметила, что у нее-то гораздо уютнее.
Гости постепенно подходили. Это были, в основном, знакомые Марии по ее прежним работам, кто-то из соседей и еще какие-то друзья Павла. Все сразу переходили к делу – знакомились, наливали, выпивали, громко говорили, рассказывали какие-то истории и анекдоты, смеялись.
Из гостей же никто особого внимания на Эрику не обращал. Она отметила про себя, что здесь сегодня были девушки и посимпатичнее, и пораскованнее ее. Молодые люди с бокалами и комплиментами тянулись прежде всего к ним. На Эрику смотрел только механик.
Она выпила свою рюмку ликера. Закусила конфеткой, с улыбкой протянутой ей Павлом. Казалось, что он просто глаз от нее не отводит. Даже когда стоит рядом с Марией, обсуждает с ней что-то, то все равно смотрит на Эрику. На ее костюмчик ли.
Потом погасили верхний свет и включили музыку. Эрика по поводу и без повода пряталась на кухне, иногда совершая вылазки обратно в комнату, в которой уже танцевали изрядно повеселевшие гости.
И она станцевала пару быстрых танцев, затерявшись в подпрыгивающей и раскачивающейся груде тел, двигаясь так, как учили ее журналы. Разогрелась, но полностью ее скованность так и не прошла ни после рюмки ликера, ни после энергичных движений.
Как только начинался медленный танец, Эрика уходила на кухню. Ей не хотелось оставаться в комнате и стоять, смотреть, как танцуют быстро образовавшиеся парочки. Ее ведь, как и на школьных вечеринках, никто не пригласит.
Когда в очередной раз зазвучала медленная музыка и Эрика пошла было на кухню, кто-то крепко поймал ее под локоть:
– Потанцуем?
Это был Павел. Она растерянно кивнула.
Он провел ее между уже танцующими парами на средину комнаты. Положил руку на талию. Потом вторую. Все вокруг танцевали именно так, и Эрика знала, что так и должно быть, и она положила свои руки партнеру на плечи.
От Павла довольно-таки приятно пахло одеколоном и каким-то спиртным. Его голова, губы были совсем близко. Он спокойно и уверенно вел ее в танце. Эрика старалась не терять ритм. Услышала:
– А ты ведь очень ничего, если приглядеться.
Подняв голову, увидела, что Павел смотрит ей прямо в глаза.
– Ты что-то сказал?
– Говорю, ты очень симпатичная.
Эрика не знала, что ответить. Сердце ее било в грудь, как кувалдой. Павел же, не дождавшись никакого ответа, неожиданно придвинул, прижал ее к себе. Так, что она почувствовала его тело. И сверху. И внизу. Его рука случайно ли соскользнула ниже талии.
Ее ноги тут же стали ватными. А между стало влажнеть. Эрике не хватало воздуха. Ей казалось, что еще немного – и она упадет в обморок. Но на счастье, мелодия оказалась короткой, музыка перестала звучать, и Эрика тут же отпрянула. Кивнула:
– Спасибо за танец, – и быстро вышла на кухню.
Ей нужно было побыть одной. Чтобы прийти в себя. Она пила холодную воду, а сердце продолжало бить все той же кувалдой. А щеки горели.
Из комнаты донеслись звуки новой мелодии. На кухню зашел он:
– Вот ты где. А я тебя потерял. Ты чего убежала. Еще бы потанцевали…
Эрика не знала, что сказать. Павел шагнул ближе. Потом придвинулся еще ближе. Он как будто намеревался снова положить руки на ее талию и продолжить танцевать. Здесь. На кухне. Только вдвоем.
В это время на кухню вошла, ворвалась Мария:
– Как вы романтично танцевали, голубки. А теперь вот уединились, поворковать решили.
– Уединились? – не поняла Эрика.
Она еще не пришла в себя от близости Павла и смысл слов Марии до нее дошел не сразу.
Коллега же качала головой:
– Именно.
Павел на эти слова поморщился:
– Ну что ты говоришь?!
Мария больше ничего не сказала, но очевидно была раздражена.
Как только Эрика поняла, что ее коллега имела в виду, то сразу же поставила стакан на стол и пошла на выход:
– Извините, я, пожалуй, домой.
Мария пожала плечами:
– Как хочешь. Если ты уже навеселилась…
Павел тут же двинулся следом за Эрикой:
– Я провожу!
Мария направилась за ними, догнала в прихожей, нахмурилась на ищущих свою верхнюю одежду Эрику и Павла. Видя, что механик не обращает на нее никакого внимания, спросила:
– Куда это ты собрался?
Тот несколько сумбурно ответил:
– Я провожу. Нынче девушкам нельзя одним на улице. Ты же знаешь, ты сама мне читала из газет. Там эти преступники, маньяки просто повсеместно…
Эрика, наконец, нашла свой плащик, набросила его с помощью Павла и взялась, было, за ручку двери. Но механик остановил ее: