Только она сделала шаг от зеркала, как снова раздался телефонный звонок. Эрика посмотрела на аппарат, но не поспешила снять трубку. Подумала о том, что скажет, если это снова Павел. Может быть, он начнет ее уговаривать встретиться не в субботу, а уже послезавтра или вообще завтра.
Телефон все продолжал звонить. Тот, кто был на другом конце телефонного провода, или был уверен, что она дома, или очень надеялся, что она все-таки дома.
Эрика подняла трубку:
– Алло.
Ей никто не ответил, и она сказала еще раз:
– Алло.
Но ей снова не ответили, хотя Эрика слышала чье-то дыхание и еще какой-то знакомый шум, доносящийся оттуда-то из недалека. Это был не просто шум из разных звуков. Нет, она слышала отчетливые определенные постукивания, поскрипывания. Эти звуки что-то напоминали Эрике. Она точно слышала их раньше. Но не могла вспомнить, где и когда.
Эрика повторила еще раз:
– Алло.
И вновь только дыхание и этот знакомый шум. Она положила трубку. Кто звонил? Зачем? Что это за знакомые звуки?
В задумчивости посидела немного возле телефона. Потом встала и подошла к окну. Во дворе было пусто. За деревом никто не прятался. За дверью… Эрика прислушалась, потом глянула в глазок. За дверью все было в порядке. К соседской девчонке снова пришел ее ухажер.
Эрика кивнула себе и пошла к телевизору, но ее снова остановил телефонный звонок.
В этот раз она тут же сняла трубку и резко сказала:
– Ну что вы молчите? Что вам нужно? Кто вы?
Ей опять не ответили. Но в этот раз она и не услышала знакомого шума.
– Что ж, – Эрика сообщила невидимому ей человеку, – я кладу трубку.
В ответ кто-то кашлянул и сказал таким узнаваемым голосом:
– Я случайно не ошибся номером?
Эрика расслабилась:
– Нет, дядя, ты не ошибся. Здравствуй!
– Здравствуй, красотка, – откликнулся тот. – Ты чего такая суровая? У тебя что-нибудь случилось?
Она ответила вопросом на вопрос:
– Ты не звонил минуту назад?
– Нет, – сказал дядя. – А что? Что случилось?
– Ничего. Так… – и спросила сама. – Ты где? Откуда звонишь?
Дядя как будто удивился:
– Я, я от себя. Из дома.
Эрика была несколько разочарована:
– А я думала, ты где-то рядом.
Дядя шутливо шепнул:
– А ты хочешь меня снова увидеть?
Эрика рассмеялась:
– Конечно. Мы так здорово с тобой в субботу погуляли. Приезжай, и еще куда-нибудь сходим. И обязательно ко мне в гости зайдешь. Я что-нибудь специально для тебя приготовлю.
– Хорошо, красотка, – засмеялся и он. – Только у меня дело важное будет и времени останется немного. Так что насчет погулять – не знаю, но к тебе зайду обязательно. Посмотрю, как ты обжилась и что такое специальное приготовить можешь.
Эрика поинтересовалась:
– А когда, когда ты приедешь?
Дядя ответил:
– Может быть также в субботу, если получится. Или в пятницу.
Эрика очень обрадовалась:
– Давай приезжай. Я буду ждать.
Дядя спросил:
– Тебе привести что-нибудь?
На это Эрика замотала головой:
– Нет, у меня здесь все есть.
– Ладно, – сказал дядя. – Ну, тогда до конца недели. Жди меня.
– Уже жду…
Она так обрадовалась этому дядиному звонку. Еще не поняла, чем же он так для нее был радостен, как телефон зазвонил снова. Эрика, подумала, что дядя, что-то забыл договорить, и тут же чуть не схватила трубку. Но потом вдруг вспомнила о звонке того человека, который молчал и только слушал.
Эрика некоторое время смотрела на телефон. Все-таки это мог быть и дядя. Подняла трубку и услышала бодрый голос Павла:
– Привет. Не соскучилась еще? А я соскучился. Подумал, до субботы еще так далеко. Так вот…
Однако прежде чем механик успел сказать еще что-либо, Эрика его перебила:
– Знаешь, у меня обстоятельства изменились. Ко мне родственники, возможно, приедут на выходные. Так что извини, если в эту субботу ничего не получится.
После того, как она сказала это, на ее душе стало так легко. Эрика поняла, чем ее обрадовал звонок дяди. Не только тем, что он приедет, но и тем, что встречу с Павлом можно отложить. Не отменить. Просто перенести на другой день. На какой-нибудь другой день.
Павел откликнулся не сразу:
– Родственники?
– Да?
Механик мягко предложил:
– А их нельзя… на другое время?
Эрика была категорична:
– Нельзя. Они из другого города.
Павел вздохнул:
– Значит, в субботу может не получиться?
– Нет, – сказала Эрика, тоже как бы немного расстроено вздохнув.
– Но тогда все-таки в будний день? – не сдавался механик. – Завтра?.. Послезавтра?…
Не сдавалась и Эрика:
– Я занята. И завтра. И послезавтра. Всю эту неделю.
Павел не постеснялся спросить:
– Чем?
Эрика же не постеснялась не ответить:
– Неважно.
– Хорошо, – проглотил это Павел. – А в воскресение?
– В воскресение … – задумалась Эрика.
Павел был как будто на грани отчаяния:
– Да, если не в субботу, то в воскресение!
«Если бы Игорь был так настойчив», – промелькнуло в голове у Эрики. Она вдохнула и выдохнула:
– В воскресение я пока свободна, – и тут же перестраховалась, – наверное.
Павел как будто задумался и попрощался:
– Хорошо. Я еще позвоню.
Эрика была так благодарна дяде. Перед тем как положить трубку, сказала в нее:
– Звони.
Ей вдруг стало так весело. Она откинулась спиной на кровать и заулыбалась, и даже засмеялась. Потом вздохнула, вспомнив странный звонок ничего не говорящего в трубку человека. А вдруг он снова наберет ее номер?
Эрика подумала о том, что, может быть, стоит самой занять телефон, чтобы ей больше никто не звонил. Но звонить в этом городе ей было особо-то и некому. Посмотрела на розовую обезьянку, лежащую на кровати, и сказала вслух:
– Марии разве что.
Еще Эрика могла позвонить родителям. И она позвонила. Рассказала, что приезжал дядя, и как прекрасно с ним погуляла в парке, что он опять собирается приехать.
Положив трубку, глянула на часы и заторопилась к телевизору, по которому уже вовсю шла передача с Леонидом.
Любимый ведущий как всегда был великолепен. Задавал толковые вопросы. Делал остроумные комментарии. Он потом ночью даже приснился ей. Леонид смотрел на нее из кабины вагоновожатого и кричал в микрофон:
– Эрика! Ваш выход!..
9
На следующий день в аптеке на Эрику сразу же налетела Мария. Сунула в руки газету:
– Не читала, конечно.
– Нет, – тряхнула Эрика головой. – А что там такого? Опять маньяк?
– Что такого, что такого, – Мария была очень возбуждена. – Да, маньяк. Просто ужас. Просто ужас… – развернула газету. – Вот здесь читай. А я еще в других газетах посмотрю. Эту уже прочитала…
Глаза Эрики уткнулись в заголовок «Дневник маньяка». Под ним шел комментарий редакции:
«В руки нашего корреспондента С. Кунца попал дневник маньяка, известное время бесчинствующего на территории города. До сих пор полиции так и не удалось покончить с этим мерзким преступником. Считаем необходимым довести содержание дневника до наших читателей. Чтобы не шокировать вас натуралистическими подробностями, дневник печатается с некоторыми сокращениями…»
Эрика, быстро переоделась в свой рабочий белый халат, поправила очки и продолжила читать:
«…Этот город даже не представляет, что его ждет.
Я сошел на перроне и, оставив чемоданчик в камере хранения, спросил самую популярную местную газету и еще, как мне проехать в центр. И вот, я пронзаю на трамвае местожительство моих будущих …, рассматриваю улицы, дома…
Впрочем, мне надоедает смотреть в окно. Я слишком долго ехал на поезде. Пялился на пролетающие мимо телеграфные столбы, на галок, на поля, на малозаселенные поселки, в которых все друг друга знают. Я засиделся без… Я заждался без… Да, мой ум требует …, и я взялся за газету, купленную на вокзале:
«Накануне выборов жена мэра уходит в декрет…»
Скатертью дорога…
«Казино не платило налоги полгода…»
Конечно, ведь мэр был так занят…
Еще:
«На повестку городского собрания вынесен вопрос об установке нового памятника…»
Он, конечно, не мне предназначается, хотя я определенно заслуживаю увековечивания с моим-то умом и размахом…
А вот это любопытно:
«Схвачен слесарь-сантехник, целый месяц терроризировавший соседнюю область… Достаточно безобидный на вид индивидуум до своего ареста успел осуществить ряд ужасных насильственных действий, убийств… Девять молодых красивых светловолосых девушек стали жертвами… Прямых свидетелей преступлений немного, и к тому же, они на очных ставках путаются в показаниях и не всегда опознают преступника. В частности утверждают, что тот был без усов, а этот с усами, тот был высокого роста, а этот – нет, у того был некий особенный чемоданчик, у этого ничего похожего не обнаружили.
По версии следователя, оставшиеся в живых свидетели не совсем адекватны (такое бывает от нервного напряжения). Главное – «слесарь», как прозвали маньяка в народе, пойман, и теперь после нескольких допросов он во всем признался и раскаялся. Суд состоится в следующий вторник. Без сомнения преступника ждет пожизненное заключение…»
Какая скотина, этот слесарь! И сознался, ведь, не сразу. Мерзавец, подлец. Поделом ему, поделом…
А это, наверное, центральная площадь. Обосранный голубями памятник. Как я понял из газеты, это на его месте хотят установить новый. Да, моя фигура неплохо бы здесь смотрелась. Если б не голуби…
Какое-то официальное здание. Городская управа, должно быть. А вот это точно театр. Или цирк. Надо сходить. Как-то давненько не приобщался я к культуре. В том городишке с ней было не очень. Все больше кино – последний сеанс. А здесь театр. Или цирк. Надо подумать…
Замечательные широкие улицы и шикарные магазины. Сколько народу! Мне определенно нравится этот город. Да, пожалуй, я задержусь. Есть у них в газете раздел объявлений? Имеется: