Динка опустилась на колени перед девушкой-вазой и коснулась кончиками пальцев строк. Она не умела читать, но значение этих строк всплыло в памяти очень отчетливо:
«Дитя огня, дитя земли,
Оставив древнюю вражду,
Смешают кровь свою в любви,
Чтобы зажечь во тьме звезду.
Звезда пройдет сквозь все миры,
Соединит врагов в семью
И вспыхнет пламенем зари,
Свободу даровав свою».
По ее щекам потекли слезы. Где ее любимые сейчас? Что с ними стало? Как она могла оставить их одних так надолго? И… был же еще ребенок, девочка, которую она родила в ту страшную ночь...
Она хотела знать ответы на эти вопросы и, одновременно, страшилась этого. Но выбор уже был сделан, воспоминания вернулись до последнего мгновения. И теперь она помнила всю свою жизнь настолько отчетливо, словно это было только вчера.
Резко выдохнув, Динка поднялась с колен и решительно направилась к выходу из пещеры. Солнечный свет ослепил ее, и первое время она недоуменно моргала, пытаясь разглядеть долину сквозь вспыхивающие перед глазами цветные пятна. А когда глаза прекратили слезиться и зрение прояснилось, Динка увидела просто идиллическую картину.
Долина белых была густо покрыта высокой зеленой травой, в которой прятались, играючи охотясь друг на друга, веселые упитанные белоснежные детеныши варрэнов.
В тени молодых деревьев, растянувшись на земле, отдыхали пожилые белые Варрэн-Лин, вычесывая друг другу длинные гривы и негромко переговариваясь. За привольно раскинувшейся неширокой речушкой на равнине бесстрашно паслось многочисленное стадо кураут, между которыми деловито сновали белые самцы варрэнов с изогнутыми кпереди рогами.
Динка, растерявшись, робко сделала шаг вперед. Может быть, где-то среди этого беззаботного племени живут себе, поживают и ее мужчины, а среди этих веселых малышей бегает и ее дочь?
— Здравствуй, красивая человечка. Ты заблудилась? — от неожиданного прозвучавшего в голове задорного мальчишеского голоса Динка подпрыгнула и развернулась на месте.
— Не бойся меня, — белый варрэн-подросток с рожками размером с Динкин указательный палец с любопытством смотрел на нее склонив лобастую голову на бок. — Мы очень хорошо относимся к людям. Так кого ты ищешь?
Динка с заколотившимся сердцем набрала в грудь воздуха, чтобы произнести вслух родные имена, но… Поняла, что пока не может этого сделать. Горло сдавило и слезы снова проступили на ресницах. Она отвела взгляд от алых глаз варрэна и по привычке растеряно потянулась к своей голове, чтобы взъерошить волосы и через это нехитрое действие успокоить мечущиеся мысли. Но рука коснулась гладкой кожи на темени и затылке. Динка застыла, ощупывая кончиками пальцев свою голову и пытаясь понять, что же с ней не так?
Мальчишка терпеливо ждал, с любопытством рассматривая ее и принюхиваясь с почтительного расстояния. И Динка с трудом восстановила в памяти его вопрос.
— Кори… — выдавила она, едва слышно. — Я ищу Варрэн-Лин по имени Кориелис.
Молодой варрэн радостно навострил округлые пушистые уши.
— Пошли скорее, я покажу тебе, где живет Кори. А вообще-то… — он скептически глянул на Динкины босые ноги, которыми она неловко переминалась на каменной крошке, покрывающей землю у выхода из пещеры. — На таких тонких ножках ты будешь целую вечность карабкаться до ее пещеры. Забирайся ко мне на холку, я довезу тебя.
— Спасибо! — выдохнула Динка и робко протянула к нему руку. Она была безумно благодарна за щедрое предложение, потому что тело все еще не очень хорошо слушалось ее. От сильных переживаний коленки дрожали и подгибались, а острые камни немилосердно впивались в босые ступни.
Парнишка боком шагнул ближе и охотно подставил Динке свою спину.
— Меня зовут Реторн, и я здесь живу с рождения. А ты кто-такая? — с любопытством спросил он, пока Динка забиралась на его спину. — К нам нечасто заходят люди. Последний раз приезжал скульптор примерно два эшегара назад. Он привез вазу для праха Динки.
— Праха Динки? — переспросила Динка с недоумением.
— Ну да. Ты наверное ее видела. Я смотрел, как ты выходишь из ее пещеры. Красивая правда? Вожак специально нанял самого искусного человека, чтобы он сделал эту вазу. А то негоже хранить прах само́й Динки в обычном котелке. Ведь прикоснуться к нему приходят варрэны с разных племен, и иногда даже люди. Ты ведь за этим пришла к нам? Говорят, если прикоснуться к ее праху и загадать свое самое заветное желание, то Динка обязательно исполнит его. А ты что загадала? Может, ты пришла сюда, чтобы выбрать себе мужчину? К нам иногда приходят человеческие самки, отчаявшиеся найти себе мужа среди своих. А у нас всегда найдется для мужчина. Иногда они уводят наших парней с собой, а иногда и сами остаются с нами. Хочешь, я тебя познакомлю с кем-нибудь из наших человечек?
Динка слушала его болтовню и смысл почему-то никак не доходил до ее сознания. Вожак варрэнов нанял человека, чтобы тот сделал вазу? Варрэны со всех племен приходят в белое племя, чтобы прикоснуться к ней? А при чем здесь котелок?
Но она решила пока не задавать вопросов, чтобы не показаться странной. Добраться бы до Кори… Динка надеялась, что мама ее непременно узнает. Не может не узнать!
— Оказывается, люди очень легкие на спине. Я людей еще на спине не катал. Только Кселю, она Варрэн-Лин и моя сестренка. Но Кселя тяжелая. Я быстро устал ее катать.
А вот Азург рассказывал, что когда он нес Динку на своей спине, она была очень легкая, почти невесомая. Я ему так завидую! Если бы я был тогда чуть постарше и мог сражаться, то я бы тоже вынес Динку из боя на своей спине. Жаль, что я тогда был еще щенком, — Реторн болтал без умолку, и то, что Динка не отвечает, ему совершенно не мешало. — Зато сейчас я могу понести на спине тебя. Ты, конечно, не Динка. Но тоже легкая, как пушинка.
— А какая она была, Динка? Ты помнишь ее? — осторожно спросила Динка, пытаясь прикинуть, сколько же прошло времени с тех пор, как она покинула землю. Если этот парень во время сражения с черными и красными был еще щенком, а сейчас уже подросток, то прошло несколько шегардов.
— Она была настоящей Варрэн-Лин, — мечтательно протянул ее спутник. — Красивой серой Варрэн-Лин. И она очень легко принимала человеческий облик, и становилась маленькой и хрупкой человечкой. С длинной гривой и тонкими ножками. Совсем не похожей на тебя, но тоже красивой. По ней сразу было видно, что она не просто Варрэн-Лин и не просто человек. Она вся светилась изнутри, и рядом с ней каждый чувствовал себя счастливее, чем был раньше. Вот такая она была, Динка.
Динка озадаченно прикусила губу, не зная, что и думать. Но, на ее счастье, Реторн остановился у одной из пещер и повернул к ней голову.
— Нас тоже учат оборачиваться в людей. И у некоторых это даже получается, но я пока не освоил. Уж больно сложная наука. Да и зачем мне это? Разве что меня выберет такая человечка, как ты. Тогда уж придется научиться, — Реторн остановился у одной из пещер и повернул к ней голову. — Все, мы пришли. Кори живет здесь.
— Спасибо большое, Реторн. Ты очень мне помог! — горячо поблагодарила Динка.
— Ну? Я побежал? Наставник говорит, что мы должны помогать людям и защищать их. Он говорит, это потому, что мы с людьми теперь друзья. А я думаю, что просто люди слишком слабые, — весело проговорил молодой варрэн.
— Да, — улыбнулась Динка. — И поэтому тоже.
Она неуверенно заглянула вглубь пещеры, но в темноте ничего видно не было. Реторн уже умчался, и причин оттягивать встречу с Кори больше не было. Динка с колотящимся у самого горла сердцем шагнула в темный коридор. Ладони вмиг стали влажными и по спине побежали мурашки. За время, прошедшее с тех пор, как она была в этой пещере впервые, ничего не изменилось. Только в облике человека своды узкого прохода казались просторнее и выше. Динка с улыбкой вспомнила, как они протискивались тут бок о бок с Лири, не желая ни в чем уступать друг другу.
Еще издалека Динка услышала жалобный писк и прибавила шагу. Выскочив в широкую часть пещеры, Динка остановилась, как будто налетела на невидимую стену. Кори сидела посреди пещеры и трепала за ухо щенка-подростка, удерживая его у пола лапой. А тот жалобно поскуливал, но вырваться не пытался. Увлеченная своим занятием, она даже не заметила вбежавшую в пещеру Динку.
— Говори, будешь еще обижать младшего брата, а? Будешь? — приговаривала Кори. А в том, что это была именно она, Динка ни на миг не усомнилась. Та же белоснежная грива, спускающаяся до пола, те же сияющие розовые глаза и самое главное, то самое ощущение рядом с ней. Ощущение того, что наконец-то Динка вернулась домой, к маме.
— Мам, не буду-у-у, — подвывал шалун. — Правда не буду, опусти уже!
— Так-то лучше, — удовлетворенно проворчала Кори, выпуская многострадальное ухо из своих зубов. Щенок тут же вывернулся из-под ее лапы и вихрем вылетел из пещеры, едва не сбив Динку с ног. А Кори подняла глаза и застыла, увидев ее. Динка тоже стояла молча, прижимая руки груди и беззвучно глотая слезы.
Кори встала со своего места и боком, крадущимися шагами, начала приближаться к Динке. Шерсть на ее загривке слегка приподнялась, но агрессии в ее движениях не было. Только настороженная взволнованность. Подойдя до расстояния пяти человеческих шагов, Кори потянула носом воздух.
— Дочка? — неуверенно проговорила она, пристально вглядываясь в лицо Динки. — Доченька, это ты?
Динка стояла ни жива ни мертва, едва сдерживаясь, чтобы не зарыдать. Все тело била дрожь и в горле стоял колючий комок. Сколько же они не виделись?
— Динка! — охнула, наконец, Кори и бросилась к ней, одним прыжком преодолев разделяющее их расстояние. Собственное имя вывело Динку из оцепенения и она тоже бросилась вперед с рыданиями повиснув на шее Варрэн-Лин и зарывшись лицом в ее мягкую гриву.
— Девочка моя! Где ты так долго была? — бормотала Кори, беспорядочно вылизывая языком ее гладкую, лишенную волос, голову, голую спину и плечи.