– Иди в ванную и неси сюда серую косметичку с маленькой сиреневой блямбочкой. Там эпилятор. И захвати пинцет, брови тебе выщиплем. Остальное потом. А я пока схожу в твой кабинет и принесу парочку отчетов.
Дальше был аттракцион… По-другому сие не назовешь. Не думала, что мужики такие слабаки. Тем более что мое тело привычно к регулярной эпиляции, следовательно, никаких смертельных мук Сандро не испытывал. Так что я только хмыкнула, услышав его вопль, когда эпилятор начал обрабатывать его ноги. Точнее, мои ноги.
О Господи! Ну что за бредовая ситуация?!
Я подсказывала по ходу действия, что именно нужно делать. Непреклонно указывала на то, что Сандрлер пропустил.
– Всё? – выдохнул он, закончив с ногами.
– Теперь подмышки. Снимай футболку!
Блондинка ощутимо содрогнулась, представив ощущения, но покорно стянула мою любимую футболку с рисунком обезьяны, зажимающей уши. Хе-хе! Не думала, что я такая садистка… Но я словила реальный кайф, глядя на безумные глаза Сандрлера. Я-то привычная, а вот он ощутил всё сполна.
– Ф-сё-ё-ё? – выдохнул он, отложив эпилятор и держа руки оттопыренными в стороны, опасаясь их опустить.
– Ага. Теперь брови.
– О боги! – закатила глаза девушка в зеркале. – Ну за что мне это? Я не хочу быть женщиной!
Спустя десять минут я любовалась на заплаканное лицо с покрасневшим носом. Хм… Странно, я спокойно выщипываю брови. Даже не морщусь… Нет, всё же слабый пол – это мужчины!
– Что теперь? – скрипя зубами и шмыгая носом, спросила моя собеседница.
– Расслабься. Это всё вернуть в ванную, а оттуда неси коробку с тюбиками и пакетиками. Будем реанимировать мое лицо. Твое лицо… Нет, всё же мое. Маску нанесем, и пока она будет впитываться, займемся твоими бумагами.
Масок пришлось нанести несколько, так что мы делали перерывы, пока Сандро бегал их смывать. И я ему популярно рассказывала и показывала приписки в отчетах, свои расчеты и вычисления, указывая, сколько фактически он должен был получить. Владыка Темных земель был в бешенстве по итогам нашей беседы. Даже забыл про все мучения с эпиляцией и масками.
– Казнить этих тварей! – прорычал он.
Ух ты! Не знала, что мой родной женский голос умеет издавать такие модуляции. Или как там правильно говорить насчет модуляций?
– Не-е-е, казнить не буду. Давай придумаем что-нибудь такое… Чтобы они содрогнулись, выплатили всё укрытое, заплатили штраф и в будущем просыпались в холодном поту, если вдруг им приходила в голову мысль что-нибудь еще у тебя украсть.
– Ха! Так казнить милосерднее, – хохотнула блондинка.
– Нерационально! – покачала я головой.
– Ладно. Твои предложения?
– Ну-у… Можно описать всё имущество и вычистить их замки и дома подчистую. Арестовать счета в банках. У вас есть банки? Забрать фамильные драгоценности. И посадить в тюрьму. Типа долговая яма.
– И пытать!
– И жестоко издеваться над ними в тюрьме. – Я хихикнула. – Делать эпиляции всего тела. Я видела, некоторые из твоих подданных жутко волосатые, а другие – чешуйчатые. Таких ощипывать понемногу, чтобы прочувствовали.
Сандрлер содрогнулся, но промолчал.
– Что еще… Упасть, отжаться. Подтянуться. Приседания по много раз. Заставить их работать. Каменоломни там или новый замок тебе построить, пусть кирпичи кладут от забора и до заката…
Девушка помотала головой, явно не поспевая за моим потоком сознания, а меня уже понесло. Этих страшилищ мне жалко не было, так что я отрывалась по полной.
– Еще можно заставить их слушать ужасное пение. Есть у вас кто-нибудь, кто петь не умеет и фальшивит? Вот пусть сидит периодически в камере с провинившимися, поет им песни. Или на барабане играет.
– Ты – извращенка! – сообщил мне Сандро.
– А сам-то? Казнить… Никакого воображения! Ну казнишь ты их, и что? Деньги-то кто тебе выплачивать будет? Это я еще мягкие наказания предлагала. Самых отпетых можно пытать каплями воды.
– Это как? – оживился владыка.
– А посадить у стеночки, и чтобы на макушку медленно капала вода. Жутчайшая китайская пытка! Абсолютно бесчеловечная, но так и жулики твои – нелюди.
Сандрлер посмотрел на меня как-то странно и передернул плечами. Помолчал и сказал:
– Ладно. Давай разберемся со всеми бумагами, а потом мы скопом всех провинившихся и накажем.
Я невольно улыбнулась от того, как это прозвучало: «мы… накажем».
– Кстати! А как к тебе обращаются светлые, которые у тебя в плену? Надеюсь, ты не сказала им моего имени?
– Нет. Они меня зовут просто – Темный Властелин. – И я скромно опустила глазки.
Это очень развеселило моего собеседника. Отсмеявшись, он покачал головой и попросил:
– Сними-ка халат. Посмотрю, что ты с моим телом сотворила.
Я сначала засмущалась, но потом вспомнила, кто на самом-то деле хозяин моего нового вместилища, встала перед зеркалом и отбросила халат в кресло. Некоторое время блондинка меня внимательно рассматривала, а потом ее глаза округлились, брови взметнулись к волосам, и она выдохнула:
– Ты что сделала с моими… с моим… что ты сделала там?! – И она указала на детородный мужской орган.
Я опустила голову, тоже посмотрела и пожала плечами.
– Побрила.
– Что?! – придушенно переспросил Сандро. – Зачем?!
– Ну так… у тебя же там такие заросли были. Негигиенично, да и вообще противно. Надо же как-то следить за собой. Но подмышки, ноги и грудь я, как видишь, не трогала. Все та же поросль.
Таращась на меня безумными глазами, Сандро сдавлено спросил:
– А их почему не тронула? На своем теле ты всё велела удалить.
– Имеется у меня слабость к мужской волосатой груди, – смутилась я. – Это так брутально. А ноги мужчины не бреют, ну если только модели или голубые.
– Какие? Голубые?
– Те, которые нетрадиционной ориентации.
– Какой ориентации? – никак не въезжал Сандро.
– Те, которые любят не женщин, а мужчин.
Ответом мне была долгая тишина.
– А вообще хорошо, что у тебя борода не растет, а то бы я с ума сошла каждое утро бриться. Кстати, а почему на лице нет растительности? Ни у тебя, ни у Керина. Я специально его рассмотрела.
– Так заклинание специальное есть для этих целей, – пояснил Сандро, всё еще пребывая в некотором ступоре от моих откровений и действий. – Один раз прочитал, и всё, больше никакого бритья.
– Да ты что?! – воодушевилась я. – А я пока с кинжалом научилась обращаться, примериваясь к интимной стрижке, чуть всё хозяйство тебе не отчекрыжила. Так почему же ты тогда свой нефритовый жезл не заколдовал?
– Какой жезл? – побледнев от чудом миновавшей его кастрации, сдавленно уточнил владыка, совершенно потерявший нить моих рассуждений. – Нефритовый?!
Я прыснула от смеха и начала перечислять ему все термины, которыми авторицы эротических любовных романчиков называют женские и мужские органы.
– …одноглазый змей, горячие райские врата, пещерка сладострастия, – закончила этот обширный список, который уже давно стал притчей во языцех и объектом глума.
– О боги! – давясь от смеха, произнес Сандро. – Вы совершенно больные! Это же надо придумать столько пошлости!
– Что есть, то есть, – согласилась я. – Кстати, я тебя заставила сейчас убрать не все нежелательные волосы. Когда пойдешь в душ, уж будь любезен сам… – Я стыдливо указала пальцем на то, что ниже пояса.
– Я?! – ужаснулся Сандрлер. – Как ты себе это представляешь?
– Ну как… ручками. Всё равно ведь уже всё осмотрел, ощупал и оценил, когда перенесся в мое тело. И не надо рассказывать мне сказки, что ты этого не делал. Всё равно не поверю.
Отведенные в сторону глаза собеседника дали мне понять, что я абсолютно права. А кто бы сомневался?
– Пещерка сладострастия… – покачав головой, пробормотал Сандрлер. – Ну это же надо?! Ладно, попробую я с этой самой «пещеркой» разобраться. У вас, по крайней мере, это не придется делать кинжалом, и я тебе гарантированно ничего не отрежу.
– Слушай, а как тебе вообще?.. – я неопределенно обвела силуэт своего родного тела рукой. – Ну… я. В смысле… моя внешность.
– Ты очень красивая женщина, Варя, – серьезно ответил Сандрлер. – Очень!
Я польщенно улыбнулась, так как мне действительно было интересно узнать реакцию на себя мужчины из другого мира. Ну и комплименты я люблю. Чего лукавить?
– А я тебе? – с усмешкой спросил владыка темных.
– Мне нравится. Приятно посмотреться в зеркало и пощупать.
– Варвара!
– Что? – невинно отозвалась я. – Сам-то тоже обмацал всё.
Проговорили мы в итоге до рассвета. Я рассказывала о своем житье на новом месте и о той конспирации, которую мне пришлось соблюдать. О светлых и о том, как я с ними обращалась. О Керине. О проблемах с магией и фехтованием. Сандрлер мне поведал о своем безрадостном существовании на Земле.
– Ты там маму мою не обижаешь? – спросила я.
– Нет. Она хорошая женщина. Немного странная, но хорошая, и очень любит свою дочь. Сколько ей лет?
– Пятьдесят. Она рано меня родила.
– Рано? А сколько же тебе? – озадачился Сандро.
– Мне тридцать исполнилось. Я как раз в ночь своего дня рождения и поменялась с тобой местами каким-то неведомым образом.
– То есть через двадцать лет ты, точнее, я буду выглядеть как твоя мама?
– Человеческий век недолог, – тихо отозвалась я. – Семьдесят, если повезет – восемьдесят лет, и всё. Так что, если не хочешь состариться и умереть в моем теле, ищи способ вернуться.
– У нас обычные люди живут лет по триста. А маги так вообще до тысячи дотягивают.
Я развела руками, давая понять, что ему это не светит, если останется в моем мире.
На рассвете зеркальная поверхность подернулась рябью, и изображение стало пропадать. Мы едва успели перекрикнуться, что завтра в то же время попытаемся снова связаться с помощью «скайпа». Кстати, сказала это не я, а Сандрлер, чем немало меня позабавил. Похоже, он там неплохо устроился и разобрался с моим компьютером, Интернетом и сопутствующими программами.