– Потому что потом я стану старушкой, у меня наступит климакс, и мне будет не до секса, – отозвалась я, откидываясь на холодную поверхность стола.
– Какой еще старушкой?! Моя жена не может состариться. И жить ты будешь долго. Очень долго. Ты же приняла мою кровь…
– А-ах… Какую еще кровь? – говорить было трудно.
– Драконью, разумеется.
– Мой муж – дракон?! – на минуту пришла я в себя.
– А как ты думала, я держу все Темные территории под своей властью? – резко качнувшись вперед, отчего у меня вырвался очередной вскрик, спросил… дракон.
Разговор прервался, так как невозможно беседовать, когда ты то задыхаешься, то кричишь, то стонешь.
– …Так ты дракон? – с подозрением уточнила я позднее уже в постели.
– Ну, вообще-то, ты теперь тоже дракон. Точнее, моя драконица.
– Какой ужас! Почему ты меня не предупредил перед свадьбой о своей расе? Да и вообще про это ни разу даже не намекнул. Я думала, ты человек, и это у вас просто традиция такая, кровью обмениваться во время брачного обряда. И что же, мне придется нести и высиживать яйца, когда я захочу ребенка?! Кошма-а-ар!
– Э нет! Пока никаких детей. Я не готов отказаться от доступа к твоему телу на долгие месяцы беременности. Еще лет пять, а лучше десять, безудержного секса, а там поговорим… И какие еще яйца?! Мы живородящие! – Мой дракон (боже! Ну и сюр!) приподнялся надо мной, резко опустился и рывком качнулся вперед.
– Ты сексуальный маньяк! – простонала я.
– О да! Покричи для меня, Вар-ря…
Семейная жизнь, она такая… семейная. Это что-то!
Время летело. Я наслаждалась, полностью войдя в роль уже настоящей, а не подставной правительницы. Всё было отлично, кроме невозможности поговорить с мамой. Представляю, как она испугалась и огорчилась, когда я вдруг исчезла из своей комнаты вместе котенком. Только стопка вещей да украшения остались на полу у зеркальной дверцы шкафа. Зеркало в спальне Сандро тоже категорически не желало наладить мне связь с любимой родительницей, что меня очень огорчало. Заклинание, которое упоминали Керин и Сандрлер, не годилось, и перетащить мамулю сюда было невозможно.
А потом у меня состоялся разговор с мужем.
– …Слушай, всё забываю тебя спросить. А чье это изображение на стене в дальней башне? Такая красивая немолодая женщина с белоснежными волосами и в длинном белом платье с меховым палантином на плечах. У меня странное ощущение, что я ее когда-то видела, причем не на картинке, а в жизни. Только в другой одежде. У нас на Земле ведь такое не носят.
– Фреска в замковом храме? Это одна из богинь. Богиня льдов, снегов и зимы, Цасси. По легенде, она в зимнее время путешествует по мирам, заглядывает к смертным и подслушивает их мечты. И иногда, если смертные ей чем-то приглянулись, может эти мечты исполнить.
– Типа ваш местный Дед Мороз? – улыбнулась я.
– Не совсем. Она не разносит подарки детишкам. Нет, тут другое. Богиня исполняет самые заветные и сокровенные желания. Именно так. И еще говорят, что когда она спускается в мир, то идет сильный снег и начинается метель.
– А если летом?
– И летом тоже. Хотя обычно эта богиня предпочитает для своих путешествий зимы. Я иногда думаю, не подслушала ли милостивая Цасси мою мечту встретить… тебя?
– Встретить тебя? – задумчиво повторила я и отпила вина. – Где же я ее видела? Уверена, что сталкивалась с ней или кем-то очень похожим когда-то давно на Земле. Эти белые волосы, голубые колючие глаза… И меховое белое манто… Совершенно явственно всё это помню, но когда и как я встречалась с нею?
Через пару дней я забрела в замковый храм и остановилась у изображения на стене, пристально вглядываясь в лицо богини. Черт! Ну где же я ее видела? Склероз проклятый!
– Уважаемая Цасси, – чувствуя себя дурочкой, тихонько обратилась я к беловолосой женщине на фреске, – прости, что беспокою. Я не знаю, твоя ли заслуга в том, что мы с Сандрлером встретились. Если это ты помогла, то огромное мое женское и человеческое спасибо. Низкий поклон, как говорят в моем мире. Но можно я попрошу еще об одной маленькой услуге? У меня на Земле осталась мама… Она совсем одна и наверняка очень волнуется, что я исчезла. Нельзя ли нам с ней хотя бы иногда видеться и разговаривать? Может, по зеркалу, как мы общались раньше с Сандро? Если бы это было возможно… я бы была очень рада, и моя мама тоже.
Разумеется, нарисованная богиня мне не ответила, но я и не ждала. Когда мы ходим в церковь и ставим свечи у икон, то ведь не ждем, что святые с нами заговорят. Постояв еще немного, я положила на маленький алтарь букетик цветов и зажгла длинную свечу. Понятия не имею, какие дары приносят богам, но цветы любят все женщины, богини они или нет. А свеча – это на всякий случай.
А пару месяцев спустя, в ночь летнего солнцестояния, когда мы с мужем сидели у камина и целовались, из зеркала вдруг донесся мамин голос:
– Варвара!
– Мама?! – Я кубарем свалилась с колен Сандрлера и подбежала к зеркалу. – Мамуля! Это ты! Какое счастье! А ты как оказалась в моей комнате?
– Мама! – ко мне подошел муж и с улыбкой встал рядом.
– Так вот ты какой, Властелин залетный, – покачала головой мамуля, рассматривая зятя. – Ну что ж, Варвара, я тебя понимаю. В такого не грех влюбиться.
– Мама! – рассмеялась я.
– Надежда, вы мне льстите, – поклонился тёще Темный Властелин.
– Да ладно уж, какая я тебе «Надежда», если целых полгода ты меня называл мамой? Зятёк! Так и зови уж, привычнее.
Сандро открыл рот, но она остановила его жестом.
– Я знаю, что ты в несколько сотен раз старше меня, Варя рассказывала. Но мать – это не возраст, это состояние души. И как ни крути, а я теперь твоя тёща. И учти! Обидишь мою девочку, я тебя с того света достану!
– Ну что вы, мама, – рассмеялся владыка, обнял меня и поцеловал в макушку. – Я ее очень люблю.
– А ты, Варвара? Хоть бы предупредила, что покидаешь меня. Представляешь, каково мне было, когда я утром зашла в твою комнату, а там никого? Только пижама да украшения на полу валяются. Я потому сегодня и заглянула… Твои прошлые перемещения были в ночи солнцестояний, вот я и решила посмотреть, мало ли…
– Мам, это всё случайно получилось. Я даже не предполагала, а потом – раз! – и уже стою голая с этой стороны зеркала.
– Но хотя бы кота могла оставить, – обиженно поджала губы мамуля. – Зачем кошачьего ребенка утащила? Мне всё веселее было бы, чем одной.
– А он у меня на руках был, вот мы с ним вдвоем тут и очутились. Он уже подрос, мам. Такой смешной, лохматенький. Мы его подарили советнику Сандрлера. Так этот рогатый тип теперь – кошачий папа, носится с ним как с писаной торбой и жутко ревнует ко мне, – рассмеялась я.
Это была правда. Керин неожиданно прикипел к Сане всей душой, так что в итоге я малыша отдала окончательно, только рассказала как ухаживать, чем кормить, как вычесывать и так далее. У меня был Сандро, у Керина – Саня. Все были довольны.
Проболтали мы до самого рассвета и договорились, что каждое солнцестояние будем ждать связи у зеркала и обмениваться новостями.
К Цасси я потом снова сходила. Поблагодарила, снова положила цветы и зажгла толстенную длинную ароматную свечу.
Много-много позднее…
– Сандро, а где моя любимая белая рубашка?
– Ты имеешь в виду мою любимую белую рубашку?
– Нет! Я про мою… Ну ту, белую с перламутровыми пуговицами, которую я велела мне сшить, пока ты гостил на Земле. А то у тебя такой мрачный гардероб был. Всё черное…
– И всё же это моя любимая рубашка, – усмехнулся Темный Властелин. – Зачем она тебе?
– Надо!
– Варя!
– Вот когда отдашь, тогда узнаешь! – лукаво улыбнулась я.
– Вымогательница, – покачал головой мой муж. – Грабёж средь бела дня. И кого грабят? Владыку Темных земель. В гардеробной она висит.
– Чудненько! – отозвалась я и припустила в указанное место. Переоделась прямо там, сняв с себя всё, кроме пояса для чулок и, собственно, самих чулок. Надела рубашку, застегнула ее и подпоясалась кожаным ремнем.
– Варя, ты долго? – позвал меня из комнаты голос Сандро.
– Уже!
Неспешно пройдя до двери из спальни под заинтригованным взглядом мужа, я выглянула в коридор и дала отмашку Диэглиру, ожидавшему там с мандолиной в руках. Уговаривать эльфа сыграть подходящую музыку, стоя под дверью нашей спальни, пришлось долго. Но когда я пообещала, что взамен научу Талиссию стриптизу под музыку… Ушастик сдался, и сейчас он собирался отрабатывать свою часть сделки, аккомпанируя мне из коридора. Ночью его ожидала награда от любимой жены. Я научила Тасю всяким женским штучкам, так что Диэглиру предстоял незабываемый вечер.
Когда зазвучала мелодия, Сандро приподнял голову с подушки и озадаченно уставился на дверь. А я приложила палец к губам, не давая ему заговорить, и медленной танцующей походкой прошла в центр спальни. Ну что я могу сказать? Стриптиз рулит, особенно если его делать от души и для любимого человека. То есть дракона. А особую пикантность ситуации придавало то, что мой дракон был привязан к кровати. Лежал, голубчик, на спине в позе морской звезды и мог только смотреть на меня. Руки я ему аккуратно, но крепко привязала к изголовью кровати, ноги, соответственно, к изножию.
Хорошо, когда по твоему приказу тебе принесут любые веревки или прочные ремни. Сложность была лишь в том, чтобы найти обоснуй, для чего они мне понадобились. Но я не стала мудрить, так честно Гортензии и сказала: «Буду связывать мужа».
О-о-о! Надо было видеть глаза горничной… Этакие большие красные круглые гляделки. Представляю, что она обо мне подумала. Слуги вообще были от меня в шоке. Я их сейчас уже так не чмырила, как раньше, когда была в роли Темного Властелина. Но гоняла беспощадно, заставляя качественно выполнять свою работу. Лишнего не требовала, но и не позволяла филонить и халтурить. Они меня уважали, боялись и одновременно обожали. Странная гремучая смесь, но вот так получилось. Ко мне бежали со всеми жалобами, мне плакались в жилетку и у меня просили помощи или совета, от меня же выслушивали приказы и принимали отповеди, если я их распекала. В общем, из меня вышла такая всеобщая «мама», которую нежно и трепетно любят, но боятся ослушаться ее указаний, а то можно по попе схлопотать. Фигурально выражаясь, разумеется.