– Он не похож на человека, который нам нужен, – сказал Джо, указывая на Джимми.
– Похож, Джо. Обещаю, он то, что надо, – сказал Терри.
– Когда человек нервничает, палец на пусковом крючке начинает дрожать. Пиф-паф! – и вот мы уже мыкаем пожизненное за убийство.
– Для того мы и собрались здесь сегодня, – перебил их Гарри. – Он стоит там и считает секунды до моей команды. Доведет ли он себя до истерики, пока ждет, или останется холодным как лед? Вскоре мы это узнаем. – Гарри поднял руку, и Джимми, принимая сигнал, взмахнул секундомером.
Когда рука Роулинса опустилась, Нанн нажал на кнопку, и мужчины превратились в молнии. Джо выскочил из автомобиля и встал, направив обрез на воображаемую машину инкассаторов. Терри прилепил взрывчатку на дверцы, а Гарри взобрался на капот и прицелился туда, где сидел бы водитель инкассаторской машины и пассажир.
– Выходите! – крикнул он так громко, что эхо разлетелось по всему карьеру.
Предполагалось, что двое охранников выйдут и лягут лицом на землю перед Джо.
БУМ! В борту псевдоинкассаторского фургона образовалась дыра размером с взрослого человека, в которую и полез сначала Гарри, а за ним Терри. Роулинс быстро нагрузил рюкзак Миллера точно взвешенными мешками, а затем скомандовал:
– Пошли!
Терри и Джо поменялись местами: пока наполнялся рюкзак Джо, Терри держал под прицелом несуществующие автомобили и воображаемых охранников. И наконец Джо набил рюкзак Гарри, и все трое побежали к машине, заранее припаркованной в пятидесяти ярдах от места преступления.
Вся операция прошла слаженно и быстро. Джимми, провожая взглядом бегущих мужчин, горел нетерпением. Поскорее бы узнать подробности предстоящего дела.
Долли по глоточку пила чай из крышки своего термоса и слушала, как Линда и Ширли пререкаются из-за последнего сэндвича с курицей. Ширли считала, что два куска пирога со свининой, съеденные Линдой, означали, что сэндвич должен достаться ей. Но Линда стояла на том, что невозможно приравнять к сэндвичу обычный пирог. Пока они ссорились, Белла схватила спорный сэндвич и съела его.
– Заткнитесь уже! – сказала она подругам.
Долли, не съевшая ни крошки, встала на ноги. Одну корягу-обрез она вручила Ширли, вторую оставила себе.
– Давайте сейчас только пробежим дистанцию. Посмотрим, сколько на это уйдет времени.
Белла подскочила и убежала на дальний конец замерять время. Когда Линда попыталась подняться, то оказалось, что она едва может ступить на ту ногу, на которую ранее упала бензопила.
– Кажется, я не смогу бежать, Долли, – захныкала она.
– Если в назначенный день с тобой что-то случится, ты скажешь то же самое? – спросила Долли. – Или в любом случае побежишь?
Линда умолкла, и все трое встали с рюкзаками за спиной, готовые стартовать по сигналу.
Белла смотрела на них с расстояния в пятьдесят ярдов и думала, что более разномастную троицу трудно будет найти: Долли в ярко-розовом спортивном костюме, Ширли в элегантном комбинезоне, словно сошедшая с подиума, и похожая на бомжа Линда. Белла только покачала головой.
– Приготовиться! – крикнула она.
Долли махнула рукой в знак того, что они готовы.
– Раз, два, три… марш! – скомандовала Белла.
Сколько раз они ни стартовали, последней всегда прибегала Долли. Ей не хватало сил и выносливости молодых; она начинала пыхтеть и задыхаться уже после двадцати ярдов. Добравшись до финиша, Долли останавливалась, хваталась за бок, восстанавливала дыхание и спрашивала, за какое время они преодолели дистанцию. Было очевидно, что в нужное время ей не уложиться. Но Долли не сдавалась: вновь и вновь она разворачивалась и шагала к старому «моррису». После четырех забегов Линда почувствовала, что больше не может молчать.
– Это глупо, Долли. Я могу пробежать быстро, Ширли может пробежать быстро. Так зачем нам втроем бегать туда-сюда, если только вы не справляетесь? Может, отдохнете и потом попробуете пробежать еще раз одна?
Долли пошла вдоль кромки воды – руки на бедрах, голова опущена. Она выжимала из себя последние силы, однако признавать поражение не собиралась. Дойдя до «морриса», Долли подняла руку, показывая Белле, что готова к новому старту.
Та скрестила пальцы.
– Давайте, Долли. У вас получится, – прошептала Белла.
И Долли побежала опять.
Казалось, что на этот раз ей удастся совершить невозможное и пройти дистанцию в заданное время, но было больно смотреть на то, как вздулись у нее на шее вены, как отчаянно машет она руками. За несколько ярдов до финиша ее организм не выдержал. Сначала стали подкашиваться ноги. Долли упрямо заставляла себя двигаться вперед и в последнем рывке потянулась к линии финиша, но с размаху упала и осталась лежать на песке, шумно и хрипло дыша. С трудом встав на четвереньки, она просипела:
– Белла, сними с меня рюкзак!
Белла быстро выполнила просьбу. Линда самодовольно ухмылялась. Бросив на нее осуждающий взгляд, Ширли опустилась рядом с Долли на колени.
– Бесполезно, – прошептала она. – Вы не сможете пробежать дистанцию за нужное время.
Мало-помалу дыхание Долли пришло в норму. Она сделала последний глубокий вдох и встала на ноги, подобрала с песка свой рюкзак и отдала его Белле, а та вернула Долли секундомер. Затем Белла скинула байкерский наряд, под которым обнаружились обтягивающие шорты для бега. Забросив один рюкзак за спину и подхватив рюкзак Ширли левой рукой, она зашагала по берегу.
– Просто стойте и смотрите, – восхищенно посоветовала Линда. – В школе она была чемпионкой по бегу.
Ширли чуть не влепила подруге пощечину: иногда Линда была по-настоящему жестокой. Долли молча смотрела, как легко двигается Белла, несмотря на двойной груз.
Около «морриса» Белла вынула из рюкзаков наволочки с песком: надо будет заново нагружать их при очередном прогоне ограбления. Потом она взяла бензопилу и проверила мотор, заведя его несколько раз. Убедившись в том, что Линда ничего не повредила, Белла – с рюкзаком на спине и с пилой в руках – села в ржавый «моррис».
В ту секунду, когда Белла выпрыгнула из машины, Долли нажала на кнопку секундомера.
Все молча наблюдали за тем, как Белла одним рывком шнура заводит пилу и прорезает в автомобильной дверце отверстие – такого размера, чтобы в него можно было просунуть винтовку. Потом она добежала до пледа и принялась накладывать наволочки с мешками сначала в рюкзак Линды, потом в рюкзак Ширли. Белла двигалась быстро и точно, как автомат. Когда она припустила вдоль пляжа, Линда не смогла больше сдерживать свой восторг и запрыгала на месте, размахивая руками.
– Вперед! Вперед, девочка моя! – завопила она.
Взгляд Долли метался между бегуньей и стрелкой секундомера. Белла покрывала расстояние до них длинными легкими шагами, словно рюкзак за спиной был пуст.
Никто не спросил у Долли, сколько времени понадобилось Белле на весь прогон. И так было ясно, что она справилась быстрее всех. Пока Ширли и Линда обнимали Беллу, Долли в одиночестве пошла к «моррису».
– Теперь давайте пройдемся еще раз по всей операции от начала и до конца, – бросила Долли на ходу и свистнула, подзывая Вулфа, который трепал дохлую чайку.
Еще час длилась их тренировка, пока наконец вдовы не решили, что пора закругляться. В то время как Долли складывала посуду и остатки еды обратно в корзинку, Белла с Линдой отнесли бензопилу и рюкзаки наверх, в багажник «мерседеса». Ширли высыпала из наволочек песок, краем глаза наблюдая за Долли. У той губы были плотно сжаты, и казалось, что она все еще злится на свою неспособность бегать наравне с остальными. Ширли улыбнулась ей широкой утешительной улыбкой, от которой рана на губе вновь открылась. Однако Долли не обратила внимания на эти подбадривания. Настоящая железная леди. Ширли вспомнила собственную слабость при столкновении с Тони Фишером. «Я вела себя как жалкая трусиха, – сердито подумала она. – Но больше такого не повторится».
Последний прогон ограбления прошел без единой помарки и с хорошим запасом времени. Решение Долли поменять роли так, чтобы она вела первый автомобиль и перегородила им дорогу инкассаторам, Белла работала бензопилой, а Линда сидела за рулем третьей машины, оказалось абсолютно правильным. Такое перераспределение обязанностей позволило использовать сильные стороны каждого участника. День заканчивался на подъеме, хотя все вымотались, запачкались и проголодались. Впервые их план казался чем-то реальным. Убирая с пляжа разложенные ветки, Ширли подобрала один из их воображаемых обрезов и улыбнулась. Оглянувшись на Долли – та смотрела в другую сторону, – девушка вскинула «оружие» и прицелилась еще разок перед тем, как отбросить корягу в дюны.
Долли ничуть не трогал тот факт, что ей пришлось менять свое решение о распределении ролей, но вот падение на глазах у девушек очень огорчало. В ней они хотят видеть опытного, уверенного в себе лидера, и ни в коем случае нельзя, чтобы они считали ее слабой хоть в чем-то.
Когда Линда и Белла спустились с лестницы, Ширли и Долли как раз готовились подниматься. Они встретились взглядами, и Долли заметила, что Линда посылает подругам не слишком скрытные многозначительные сигналы. Вдовы не сомневались, что смогут осуществить задуманное; сомнения вызывала лишь одна деталь – Долли.
Женщина взяла в руки кувалду.
– Кажется, свою роль я так ни разу и не репетировала, – энергично сказала она.
Заняв позицию в паре футов от «морриса», широко расставив ноги и крепко сжимая рукоятку кувалды, Долли сделала широкий замах. На шее у нее вздулись вены, и она издала продолжительный крик – странный гортанный рев, идущий из самого нутра. Пальцы разжались, и кувалда полетела в лобовое стекло. Оно разлетелось на тысячу осколков, которые блестящим дождем посыпались на задние сиденья. На мгновение машина стала похожа на огромный искрящийся ком сне