– Глубокие вдохи, сэр, длинные глубокие вдохи.
Резник и сам знал, что нужно делать в таких ситуациях, и все равно заботливое напоминание Элис действовало на него, как волшебное снадобье. Особенно сейчас. Секретарша помогла инспектору восстановить нормальное дыхание и спросила, не принести ли стакан воды.
– Нет, обойдусь, – сказал Резник. – Но я попрошу тебя об одолжении, Элис, будь лапушкой. Напиши для меня один документ.
– Не могу… – начала Элис, желая напомнить Резнику, что больше она на него не работает.
Однако теперь уже было не важно – одним дисциплинарным проступком больше, одним меньше.
– Нет, – оборвал ее Резник, – мне очень надо, Элис. Пожалуйста. Это рапорт об увольнении.
– О, сэр. – Элис не знала, что сказать.
– Они забрали у меня дело Роулинса, поэтому я ухожу. – Резник опустил голову и выглядел очень несчастным, когда объяснял ей, что именно следует написать в заявлении.
Элис не слушала. Она никогда не слушала, когда инспектор диктовал письма. Обычно она писала то, что он сказал бы, если бы у него было время обдумать текст.
И сейчас она поступит так же. Пока Резник говорил, Элис представляла, как скажет ему: «Я уйду вместе с вами, Джордж. Мы оба достойны лучшего». От одной мысли о том, чтобы назвать его по имени, у секретарши перехватило дыхание. Оставалось надеяться, что ей и не придется ничего говорить. Резник всегда был ужасным брюзгой, но это был ее брюзга. Он был ее ворчливым, блестящим, противным, целеустремленным полицейским, и никто не умел с ним справляться, кроме нее.
Закончив, Резник посмотрел на Элис:
– Когда будете скидываться на прощальный подарок, не покупайте будильник, ладно?
Элис попробовала улыбнуться, хотя ей хотелось плакать.
Резник наклонился и прикоснулся губами к ее щеке:
– Спасибо тебе за все, Элис. И за то, что терпела меня.
Элис молча смотрела, как Резник, понурый, в старом плаще, с помятым портфелем в руке, толкает входную дверь. Когда он ушел, Элис расплакалась. Да, она первая готова была признать, что ее чувства к столь малоприятному человеку трудно понять. Но с Резником Элис знала, как себя вести, знала свою роль, знала, что благодаря ей он может быть лучшим копом в участке, поскольку она прикрывает его, выслушивает его жалобы, подбадривает и защищает – в основном от самого себя. И все-таки она не справилась. Он придавал смысл ее существованию, никто другой не сделал для нее большего. Резник понятия не имел, как сильно она его любит, – и теперь никогда об этом не узнает.
Глава 27
Белла стянула с лица маску и отошла на несколько шагов, чтобы вдохнуть свежего воздуха. По ее лбу и щекам текли капельки пота. Она с гордостью оглядела «форд-эскорт», на котором им предстоит скрыться с места ограбления. Белле не доводилось еще красить из пульверизатора автомобили, зато она опрыскала блестками и искусственным загаром немало стриптизерш в гримерке клуба, а по сути это почти одно и то же.
Когда Долли купила этот фургон две недели назад – на поддельное имя и за наличные деньги, – он был красного цвета, теперь же сиял ослепительной белизной. С двигателем были кое-какие проблемы, но тут засучила рукава Линда и сумела навести под капотом порядок. Она успела многому научиться у Карлоса за несколько недель знакомства, даже поняла, что такое «чувствовать» мотор. Карлос говорил, что можно прочитать сколько угодно инструкций, но они не заменят интуицию. Может, и так, однако Линда все равно много читала, особенно про те модели, которые стояли в гараже Долли. Если хотя бы одна из машин сломается, то им всем грозит тюрьма. Не больше и не меньше.
Белла подошла к Ширли, которая что-то тихонько напевала, пока рисовала наклейки с логотипом муниципального спецтранспорта для их нового фургона.
– Все покрашено, можно клеить, – сказала Белла.
Ширли подняла на нее взгляд:
– Как думаешь, нормально получилось? – Ей было важно мнение Беллы.
Та кивнула:
– Очень профессионально. С твоими наклейками его будет не отличить от настоящего фургона муниципальной службы.
В дальнем углу ангара Линда чистила обрезы. Ее лицо было пепельно-серым, рот сжат в тонкую бескровную линию, и она то и дело поглядывала на входные ворота. Линда ждала Долли.
– Все в порядке, Линда? – спросила Белла.
Она опасалась, что при появлении Долли подруга закатит сцену. Дело шло к вечеру, а Белла наблюдала за Линдой весь день. Она даже пыталась уговорить Линду пойти домой, но та отказалась. И продолжала сидеть в гараже и выжидать – напряженная, как сжатая пружина. Белла нагнулась к Линде и зашептала на ухо:
– Знаю, ты горюешь о Карлосе, но скандал с Долли его не вернет. Подожди, пока мы не провернем наше дельце, а когда получишь свою долю, можешь скандалить с ней, сколько угодно. Или даже отвесить ей пощечину, если от этого тебе полегчает. Ты меня слышишь, Линда?
– Это трудно, Белла, – ответила подруга. – Она как будто вырвала из меня душу… Но я постараюсь удержать свои чувства при себе. Не хочу подводить тебя и Ширли.
Белла похлопала Линду по плечу и пошла привинчивать к фургону поддельные номера.
Спустя десять минут в гараж энергично вошла Долли и плюхнула на пол пакет с покупками. Она все еще пребывала в радостном возбуждении и хотела поделиться с девушками своим утренним успехом.
– Я раздобыла для нас маршрут и новое расписание инкассаторских рейсов, – сообщила она с торжествующим видом.
Ширли и Белла подошли поздравить ее. Долли помахала рукой, приглашая Линду присоединиться, а потом освободила место на столе, разложила карту маршрутов, полученную от Брайана Маршалла, и закурила. Белле хотелось узнать, как их боссу удалось все это достать, но она решила, что Долли сама все расскажет, если сочтет нужным.
– Итак, после обеда я поездила по этому маршруту, – начала Долли. – Сделала пять или шесть кругов, чтобы замерить время, найти наилучшую позицию для блокировки инкассаторов и тому подобное. – Долли быстро перебирала бумаги, подготовленные для нее Маршаллом. – График придется сдвинуть на две недели раньше.
– Как так? – спросила Линда, исключительно из желания выпендриться.
– Эта дата обеспечивает наилучший баланс между величиной добычи и возможностью сделать все хорошо и быстро. Нам нужно учитывать часы пик, дорожные работы, школьные каникулы и много чего еще. У меня все под контролем, Линда, можешь не волноваться. – Как обычно, снисходительный тон Долли немедленно привел Линду в крайнее раздражение, тем не менее она прикусила язык, и Долли продолжила: – Выучите маршрут наизусть, и мы сожжем карту. Пусть каждая из вас проедет по нему столько раз, сколько потребуется, чтобы запомнить сложные участки, светофоры, развороты, перекрестки – все места, где могут возникнуть проблемы.
Над их головами прогрохотал поезд, и в соседнем гараже залаяла овчарка. Вулф тоже затявкал. Линда чувствовала, как неудержимо поднимается в ней волна гнева.
– Также я отметила на карте, где будет стоять машина, на который мы уедем после ограбления. Это место тоже нужно запомнить. И обязательно попробуйте проехать на этой машине от места посадки до парковки, где вы заранее оставите свои автомобили, на которых доберетесь до аэропорта. Засекайте все до секунды. Пройдите этот маршрут еще и еще раз, пока не сможете ехать по нему с закрытыми глазами. Так, и что у вас с легендами о поездке в Рио? Придумали, что скажете родственникам и друзьям? – спросила Долли.
Легенды были заготовлены; их планы не должны вызвать ни малейших подозрений. Линда либо уволится сама, либо добьется того, чтобы ее уволили, и Белла тоже бросит работу в клубе. О том, что они общаются, не будет знать никто. Ширли не хотела обманывать маму, но понимала, что без этого не обойтись. Значит, она это сделает.
– Хорошо, вот ваши билеты в Рио. Паспорта у всех в порядке? В тот день есть два рейса, поэтому Белле и Линде я купила билеты на первый рейс, а ты, Ширл, полетишь чуть позже. Пока не окажетесь в Бразилии, держитесь друг от друга подальше, – продолжала Долли. – Запомните номер своего рейса и время отправления, убедитесь, что ваш багаж не превышает норму. Вот будет глупо, если кого-то из вас не пустят в самолет из-за тяжелого чемодана! – засмеялась Долли, и Белла с Ширли тоже вежливо хихикнули, хотя и с запозданием. С несвойственным ей задором Долли ставила в своем бесценном блокноте галочки, отмечая пункты, которые они обсудили. – Что ж, – весело подытожила женщина, – давайте посмотрим на ваши успехи.
Долли одобрила их работу. Фургон был покрашен безупречно, наклейки на борта выглядели правдоподобно, а номера были точной копией тех, которые они видели на белом «форде», когда ездили на пляж около Брайтона. Белла продемонстрировала, как быстро можно снять поддельные номера и поставить настоящие.
Долли подошла к Линде, которая проверяла свечи зажигания в двигателе фургона.
– Ты решила вопрос с ведущей машиной? Теперь она понадобится раньше, чем мы думали.
Линда не могла смотреть на Долли.
– Я присмотрела один большой «лейленд», – неохотно ответила она. – Он принадлежит какой-то прачечной. Подойдет отлично, и его легко стащить.
– Большой – насколько большой? Поместится ли он в этот гараж, или нужно подыскивать другое место?
Прежде чем Линда успела сказать в ответ какую-нибудь грубость, Ширли поспешила выдвинуть свое предложение:
– Рынок, где работает мама! У них есть подземная парковка. Можно поставить «лейленд» туда. Там постоянно стоят машины с товарами для рынка, поэтому в глаза он никому не бросится.
Долли не сводила глаз с Линды:
– Сможешь добыть его на этой неделе?
– Да в любой момент, – коротко бросила Линда, едва сдерживаясь, и потому решила отойти от Долли как можно дальше.
– Он нужен нам срочно, Линда! – Долли повысила голос, шагая за Линдой в другой конец ангара. – Еще надо поменять номера, усилить задний бампер… Ты уверена, что «лейленд» из той прачечной выдержит удар тяжелой инкассаторской машины?