Долли встала рядом с Ширли у окна.
– Наверняка полиция, – успокоила она девушку. – Тот человек уже не вернется, можешь не бояться. С нами ведь полиция! – Она не хотела пугать Ширли и поэтому не стала говорить, что машина у дома – не тот автомобиль без опознавательных знаков, который раньше все время там стоял. – Ну все, спать. – С этими словами Долли забралась под одеяло. – Если я не посплю, то умру от усталости. Возьми снотворное и забудь обо всем до утра.
Ширли села на край ее кровати и проглотила таблетку, запивая теплым молоком. На тумбочке она заметила фотографию Долли и Гарри. Они выглядели такой счастливой, любящей парой – Долли в красивом платье и Гарри, неотразимый, в очень дорогом костюме. То были лучшие времена для них обоих.
– Ты сегодня была молодец, – сказала Долли, улыбаясь девушке. – Вела себя храбро и стойко. Я горжусь тобой. А теперь ложись, тебе тоже надо выспаться.
Ширли приподняла стакан, предлагая Долли допить молоко, но та покачала головой и закрыла глаза. Прихлебывая молоко, Ширли смотрела на Долли. Казалось, что прошедший день состарил ее лет на десять, таким утомленным и осунувшимся было ее лицо. Ширли легко прикоснулась к руке Долли и прошептала:
– Храни вас Бог.
Долли на секунду сжала руку Ширли – так крепко, что той стало больно, – и потом отпустила.
Ширли унесла остатки молока в соседнюю спальню и поставила стакан около кровати, на которой ей предстояло провести ночь. Эта комната была больше, чем спальня в ее доме. Стены украшали стильные фотографии Долли и Гарри. Вот они на море, вот на вечеринке, вот с друзьями. Допив молоко, Ширли все продолжала ходить вдоль стен, рассматривая снимки. «Какая чудесная жизнь была у Долли…» – думала она. И вдруг остановилась – ее взгляд зацепился за небольшое фото на туалетном столике. Ширли схватила его и с колотящимся сердцем побежала обратно в спальню Долли.
– Проснитесь! – тревожно зашептала она, включила настенное бра и затрясла Долли за плечо.
Долли не сразу вынырнула из сна, но едва приоткрыла глаза и увидела панику на лице Ширли, как тут же пробудилась.
– Кто этот человек в центре, который обнимает вас с Гарри? Кто это? – Дрожащими руками Ширли протягивала фото.
Долли протерла глаза и спросонок секунду или две пыталась сфокусировать взгляд.
– Это Эдди, – ответила она. – Эдди Роулинс, кузен Гарри. А что?
– Это был он, Долли! Это он вломился сегодня в ваш дом, набросился на меня и убил Вулфа.
Долли села в кровати и выхватила фотографию из рук Ширли:
– Ты уверена?
– Я же не придумала это сама, Долли! Клянусь, это был он! Я знаю, что это был он. Вулф сначала вел себя так, будто пришел кто-то из своих, а он и есть свой. Что, если это он сейчас сидит в машине у дома? Что, если он вернется?
Долли взяла Ширли за руку:
– Нет, он не вернется. Ты его как следует напугала. Деньги в безопасности. Мы в безопасности. Перед домом в той машине – полицейские, я ведь тебе уже говорила. Верь мне, Ширли. Ты же мне доверяешь?
Ширли кивнула. Она доверила бы Долли свою жизнь.
Долли отвела девушку обратно в гостевую спальню, уложила в постель и подоткнула одеяло:
– Я позабочусь о тебе, милая. О тебе, Линде и Белле. Не переживай так сильно, прошу тебя. Я знаю, для тебя все это очень необычно, а я долгие годы жила на нервах, поэтому верь мне, когда я говорю, что все будет в порядке. – Выключив бра над кроватью, она посидела рядом с Ширли, пока та не заснула.
Потом Долли вернулась в свою комнату и взяла в руки фотографию, обнаруженную Ширли. С ней она подошла к окну, приоткрыла занавеску и посмотрела на стоящую внизу машину. Ночная тьма не позволяла разглядеть, кто в ней сидит, но Долли умела ждать. В конце концов мимо проехал другой автомобиль и на миг осветил лицо человека за рулем. Словно ледяная стрела пронзила сердце Долли.
– Ах, Эдди! – ахнула она. – Глупый, глупый Эдди!
На глазах у Долли выступили слезы, но в мозгу уже шла напряженная работа. Эдди слабак и не способен действовать самостоятельно. Не могло быть и речи о том, чтобы он по собственной инициативе вломился в ее дом, напал на Ширли и затоптал бедного Вулфа.
– Кто же дергает тебя за ниточки, Эдди? – прошептала Долли, но уже знала ответ, хотя и боялась себе в этом признаться.
Золотая зажигалка в квартире Джимми Нанна.
Жестокая расправа над Боксером Дэвисом.
Появление в гараже Билла Гранта, который знал, кто она такая.
Эдди, орудующий внутри и снаружи ее дома по чьему-то приказу.
Долли села на край кровати и сжала руками свою усталую, полную спутанных мыслей голову.
– Это был всего лишь слух, – попробовала она убедить саму себя. – Я его придумала. Это неправда. Это не может быть правдой!
Но при всей своей невозможности, чудовищности, унизительности найденный ответ прочно засел у нее в голове.
– Нет, нет, нет! Я видела твои часы.
О сне можно было забыть. Теперь она не сомкнет глаз до утра, а сердце будет болеть, словно зажатое в тисках.
– Но я же видела твои часы, – выкрикнула Долли в темноту. – Я видела твои часы!
Глава 35
Кэтлин Резник проснулась оттого, что на первом этаже топал Джордж. Она взглянула на будильник: почти полночь. Должно быть, заявился пьяный и теперь расхаживает по дому с виски в одной руке и сигаретой в другой. Так было, когда в газетах написали о его отстранении от следствия. В тот раз Джордж напился до того, что заснул с зажженной сигаретой и чуть не спалил дом.
Накинув халат, Кэтлин спустилась с намерением отчитать мужа. В гостиной плавали клубы дыма. Кэтлин открыла было рот, но Резник поднял руку, останавливая ее. Он говорил по телефону: трубка зажата между плечом и ухом, в руках Резник держал блокнот и ручку. И нет, он не был пьян – напротив, собран и энергичен, как никогда.
– Да, это старший инспектор Сондерс из Скотленд-Ярда. Я проводил наблюдение, и мне нужно знать, кто владелец автомобиля с номерами, которые я вам только что назвал. Это очень срочно.
Что это Джордж затеял? Кэтлин сквозь дым подошла к мужу и встала рядом, сложив на груди руки. Ясно одно: он делает то, что делать не должен.
– Простите, как? Джеймс, а дальше? Нанн… И адрес? – Резник записывал информацию в блокнот. – Благодарю, констебль. Вы очень любезны. – Джордж повесил трубку, отложил блокнот и открыл телефонную книжку.
– Ты зачем выдавал себя за Сондерса? – строго спросила Кэтлин.
Резник листал телефонную книгу.
– Мне нужно было проверить одну машину, и я позвонил в ближайший участок. Не свою же фамилию называть, сама подумай. Слушай, а где домашний телефон Элис? Мне казалось, он должен быть у нас в телефонной книжке.
Кэтлин всплеснула руками:
– Ты не можешь звонить бедной женщине посреди ночи!
Джордж поднял на жену жесткий и холодный взгляд:
– Могу! Элис – единственный человек, кому я могу позвонить в любое время суток. Так что неси свое неодобрение обратно в кровать и не мешай мне выполнять мою работу.
Наконец номер Элис нашелся, и Резник снова взялся за трубку.
Кэтлин окончательно рассердилась и пошла на второй этаж.
– У тебя нет работы! – прокричала она сверху.
В телефонной трубке раздавались длинные гудки. В ожидании ответа Резник взглянул на часы. Может, жена все-таки права… но дело не терпит, это слишком важно.
– Элис?
– Что случилось? – Разумеется, Элис не злилась на то, что он разбудил ее в первом часу ночи. Она беспокоилась, не попал ли Резник в беду.
– Все в порядке, Элис. Послушай, сделай для меня кое-что завтра утром.
Элис сидела за туалетным столиком с ручкой в одной руке и с телефоном в другой. Записывая инструкции Резника, она увидела свое отражение в зеркале. Боже, как она похожа на мать! На лице толстый слой крема, ночная рубашка отпугнет любого мужчину. Элис мысленно поблагодарила небеса за то, что Резник позвонил, а не зашел к ней.
– Смотри не попадись, Элис! Кроме тебя, мне некого больше попросить о таком одолжении. Ты поможешь мне?
Элис опять посмотрела на некрасивую женщину в зеркале и улыбнулась ей:
– Конечно, сэр, я вам помогу.
Глава 36
Билла в квартиру впустила Труди, и теперь он ждал, когда к нему выйдет Гарри. В убогой квартирке все пропахло детскими пеленками. Грант все еще морщился от неприятного запаха, когда из спальни, заматывая на себе полотенце, вышел Гарри.
– Я подумал, что стоит зайти к тебе, сообщить последние новости, – ухмыляясь, пояснил свой визит Билл. Его весьма забавляла мысль, что, возможно, он прервал интимные утехи Гарри и Труди. – Долли дома, – продолжил он. – Она приехала, когда уже стемнело, и с тех пор не выходила. Я звонил Чесоточному Рэю; пока не слышно о том, чтобы Долли пыталась куда-то пристроить деньги, но он еще поспрашивает.
Гарри приложил палец к губам и первым двинулся на кухню. Дождавшись, когда Билл тоже туда войдет, он плотно прикрыл дверь и поставил на плиту чайник.
Потом Гарри подытожил результаты дня:
– Когда она вернулась из полиции, блондинка рассказала ей о визите Эдди… Надеюсь, Долли не вычислит моего безмозглого родственничка. Вряд ли блондинка и Эдди встречались раньше, так что будем считать, что тут мы не засветились. Но потом, как ты говорил, Долли куда-то уезжала, да? – (Билл кивнул.) – Уверен, она ездила прятать деньги. – Гарри усиленно размышлял. – Но куда? Где она могла их оставить?
Билл переступил с ноги на ногу. Ему осточертела вся эта волокита. Он не мог взять в толк, почему Гарри не разрешает ему пойти к Долли и вытрясти из нее всю информацию.
– Тот коп Резник зачем-то приезжал, побродил вокруг дома, – добавил он. – Был один, надолго не задержался.
Гарри рассмеялся:
– Насчет него не беспокойся. Этот идиот способен раскрыть разве что кражу леденцов в киоске. – Он вручил Биллу чашку чая и в задумчивости стал мерить кухню шагами. – Если к шести утра ничего не изменится, приезжайте сюда за мной, и мы втроем зайдем в дом. Я разберусь с Долли, а вы с Эдди проследите, чтобы блондинка не подняла шум. Думаю, Эдди не прочь с ней встретиться еще разок после того, что она сделала с его лицом.