– Тебя хотели убить?! – в ужасе ахнула Марина.
– Не знаю, убить или просто вывести из строя. Уточнять я не стал, – усмехнулся Макс.
– А потом? Этот джип…
– Сдал назад, будто хотел наехать, помигал на прощание фарами и отчалил. Или ты думаешь, что водитель с извинениями выскочил из машины?
– Но это какая-то жесть! Посреди белого дня и… вот так?
– Жесть, что мы влезли в дело, масштабы опасности которого совершенно не представляем. Вернее, представляем. Кто-то убил семь человек! Но мы же так увлеклись расследованием, которое не похоже на то, чем мы обычно занимаемся! Второе покушение уже, Марина. Первое было на тебя. Это если не считать того, что в клубе что-то накинулось начале на Люсинду, потом меня. Но бог с тем, первым, случаем, вряд ли это было специально организованное нападение на нас. Скорее всего, в клубе бушевала какая-то потусторонняя тварь. Как бы там ни было, Лида все очистила, а Степаныч запечатал. А вот на тебя уже напали после того, как мы официально, скажем так, объявили о начале расследования. Кому объявили? Шаману Арсению.
– Думаешь, за всем стоит он?
– Не знаю. Не уверен. Но Арсений засек меня на кладбище, когда я приехал на могилу девочки-блогерши.
– Знаю. Люсинда вчера мне рассказала.
– Вчера? – удивился Макс.
– Да. Мы с ней тоже решили кое-что проверить.
Он даже засмеялся. Кого пытается убедить! Это расследование увлекло всех так, что и в выходные они продолжают им заниматься.
– В каком часу случилась авария? – спросила Марина совершенно другим тоном – деловым, собранным.
– Где-то в начале двенадцатого.
– Это не Арсений. Мы в это время с ним и встретились. С ним и этим музыкантом, как его, Шурупом?
– Шуруп? На кладбище он тоже был!
– Знаю. Так вот, за рулем джипа не могли быть ни Арсений, ни Шуруп, потому что они в это время находились совершенно в другом месте. Говоришь, машина была синей?
– Да. Светло-синей. Не самый распространенный для внедорожника цвет.
Марина кивнула с таким видом, будто знала, о чем речь, достала из рюкзачка телефон и пригласила Макса присесть рядом. Она вошла в свой блог, и Макс успел увидеть в нем ее новые фотографии. И как бы ему ни хотелось считать, что подготовка Марины к свадьбе его не задевает, все же ощутил неприятный укол.
– Вот, смотри, эта машина? – она переключилась на чужой блог, что-то отыскала и развернула к Максу экран.
– Похожа, – сказал он, рассматривая снимок, на котором возле светло-синего джипа стояла хорошо узнаваемая девушка.
– Это блог Таисии Заливай. Она водила этот внедорожник. Кто-то вчера воспользовался ее машиной. Кто-то из близких.
– Муж? – вырвалось у него. Марина пожала плечами.
– Но зачем Виктору сбивать меня, если он и заказал это расследование? – спросил Макс и осекся, вспомнив, что Виктор, вопреки словам Сергея Степановича, так и не перевел деньги.
Он поднялся из-за стола и, прижав руку к ноющим ребрам, подошел к окну. Черт знает что…
Марина молчала, но Макс чувствовал ее взгляд. По спине будто прошлось тепло, неожиданно стало уютно и приятно, как если бы она ласково провела по его коже ладонью. Но, конечно, гостья так и осталась сидеть на месте. Только то, с какой поспешностью отвела глаза, когда он обернулся, подтвердило, что она его украдкой рассматривала.
Что такого углядела в своих картах Лида? Не про расследование, а про… него с Мариной? Рядом с ним действительно находились две, не считая самой Лиды, девушки, которых не пугали его «тараканы». С Люсиндой Максу было легко, несмотря на ее мрачную молчаливость, они были слишком похожи. Люси будто зеркалила ему его самого, и романтических чувств к ней он совершенно не испытывал. Так же, как и она к нему – в этом Макс тоже не сомневался. Они сработались, спелись, сблизились плечо к плечу, но и только.
– Макс? – как-то жалобно окликнула Марина, видимо, встревоженная тишиной. Он с трудом подавил порыв подойти к ней, обнять. Вместо этого прислонился к подоконнику, перенеся вес с травмированной ноги на здоровую, прижался затылком к холодному стеклу и скрестил на груди руки.
– Я не знаю, что обо всем этом думать, – признался он. – Решил, что все становится яснее, а на самом деле только запутывается.
– Что ты хотел отыскать в книгах?
– Что-нибудь о секретах, запечатанных семью печатями. В видении погибший блогер показал мне семь каких-то кругляшков, и я понял все буквально. Будто это были монеты. В пятницу Люси искала в книгах не только легенды, но и значения числа семь. В том числе и поговорки, пословицы. А потом я услышал одну, которую мы упустили из виду. «За семью печатями». Что, если некто снял «печати» с какого-то секрета семью жертвами?
О том, что он еще хотел полистать книги о рунических ставах, Макс умолчал.
– Логично. Но расплывчато. Сложно искать то, когда не знаешь что. Как иголку в сене.
– У меня сейчас много свободного времени, – ухмыльнулся Макс. – А вы с Люсиндой по какому поводу встречались?
Вместо ответа Марина встала, подошла к нему и поискала что-то в своем телефоне.
– Вот, я сделала скриншоты переписки Паши Кока и Розовой Пантеры.
Когда он прочитал, Марина, не дожидаясь его комментариев, снова вошла в известную социальную сеть.
– И еще… Это я обнаружила уже сегодня, но не успела никому рассказать, потому что меня отвлекла Люсинда. Где же это… А, вот! Смотри!
Она повернула телефон так, чтобы Макс мог увидеть. Он не сразу понял, что Марина хотела сказать фотографией двух смеющихся девушек на фоне сцены. И не потому, что его сбивали с толку их ярко-фиолетовые парики и клоунские носы, а потому, что Марина стояла к нему так близко, что он чувствовал ее тепло, нежный аромат то ли шампуня, то ли туалетной воды, исходящий от ее волос. Если не считать совместной поездки на байке, они впервые оказались так рядом, и эта близость его отвлекала.
– Не узнаешь? – чуть разочарованно спросила Марина, не дождавшись от него ответа. Она же, похоже, не заметила, что случайно задела его руку. Увлеклась работой, как обычно. А у него «как обычно» отчего-то не получалось. Может, он ударился об асфальт и головой, раз в ней образовался какой-то туман, мешающий нормально думать?
– Эм…
– Девушка, которая постарше, – Линда Тусова. Та, у которой в теракте погибла сестра. А вот эта, моложе, – Алиса Грачева, призрак которой тебе явился. Оказывается, эти две девушки были не только знакомы, но и дружили. Ну или хотя бы приятельствовали.
– Погоди-ка… – Макс нахмурился, потянулся, чтобы взять из рук Марины телефон, и чуть не потерял равновесие, потому что так и находился в неудобной позе, прислонившись пятой точкой к подоконнику и опираясь только на одну ногу. Чтобы не упасть, он невольно ухватился за Марину, а она, в свою очередь, инстинктивно поддержала его за талию. На какое-то долгое и одновременно слишком короткое мгновение они вцепились друг в друга с неловким отчаянием. Уголок мобильного Марины уперся ему в бок, но Макс не заметил и этого.
Она первая опомнилась, опустила руки, отступая, и вернулась на свое место.
– Лучше сядь. Тебе неудобно стоять, – пробормотала она, занавесившись волосами и сделав вид, что снова что-то ищет в телефоне, но предательский румянец вовсю заполыхал на ее щеках.
Макс сел на подоконник, прижавшись к холодному стеклу уже лопатками. Что до этого он собирался сказать, начисто забыл. Но Марина сама напомнила:
– Я позвонила Люсинде и попросила съездить вместе со мной к квартире Мирона Ясного.
Он выслушал ее рассказ, понимая уже, куда она ведет.
– Вырисовывается интересная связь. Алиса предположительно была девушкой Мирона Ясного, дружила с Линдой Тусовой на почве музыкальных предпочтений. В блоге у Тусовой есть и другие фотографии с Алисой с концертов группы «Туру-лала».
Макс невольно передернул плечами, но промолчал и тогда, когда Марина подняла на него глаза.
– Алиса была большой поклонницей этой группы. Линда Тусова предпочитала слушать другую музыку, но все же ходила на выступления «Туру-лала», которые играли на разогреве у «Металлургов» в день теракта.
– Кстати, то было паршивое выступление, а на фоне «Металлургов» выглядело вообще убогим, – криво усмехнулся Макс.
– Но, однако, потом эту группу хорошо раскрутили. Раскрутил ее «друг», скажем так, Таисии Заливай, Иван Темный. А «Металлурги» исчезли со сцены после теракта. Возможно, я объясняю все путано.
– Я понял.
– В общем… Что, если Алиса узнала какую-то страшную тайну, поэтому с ней что-то случилось? Но перед этим она успела поделиться секретом то ли с Мироном, то ли с Линдой Тусовой. А Линда рассказала кому-то еще. Сергей Степанович тоже считает, что есть связь между этим делом и роковым концертом. Прости, мне точно не хотелось поднимать эту тему, но…
– Все нормально, – ровно ответил Макс, хоть внутри все снова будто завязалось в тугой узел, но уже не от упоминания концерта, а от имени шефа. Марина полна энтузиазма, ей тоже хочется совершить что-то глобальное, такое, чтобы ее заметили. Но беда Марины в том, что она никак не поймет, что все коллеги в офисе ценят не только ее работу, но и ее саму. А может, это их ошибка – проявлять к ней внимание слишком своеобразно? Лида постоянно ее «покусывает», Люси относится к Марине дружелюбно, но сдержанно, шеф, конечно, постоянно хвалит девушку на собраниях и подчеркивает важность ее работы, но невольно каждый раз указывает на то, что она офисный, «бумажный» работник. Макс же… Как он сам к ней относился все это время? Замечал ли вообще? Замечал. Но слишком уж крепко сжился со своей «броней» и потому никак не проявлял свой… интерес.
Пожалуй, только Гера к Марине относился живо, но тоже в своей манере.
– Шеф хотел, чтобы ты вышел на контакт с призраком Алисы и попытался узнать ее секрет. Но это было до того, как… – Марина красноречивым взглядом окинула Макса с головы до ног.
– Я постараюсь.
– Нет! Погоди… – она разнервничалась, порывистым движением завела прядь за ухо. – После того, что с тобой случилось, нам это расследование нужно прекратить. Завтра я скажу шефу, что…