Это видео я завершаю сногсшибательным заявлением, что меня, Таисию и других блогеров убил Виктор Заливай».
Запись оборвалась, а Макс еще с минуту сидел, пялясь на неподвижное превью на экране телефона. Затем спохватился и набрал Геру.
– Ну что, бомба, да?
– Этот блогер дал нам фору, – согласился Макс. – Но еще не доказано, что все так и было.
Блогер действительно добавил новых красок в их расследование, но, похоже, сам он был не в курсе затевающегося разоблачительного скандала. Впрочем, его могли «посчитать» хотя бы потому, что он не погнушался написать пару гадких постов про Таисию Заливай – поднимал себе охваты хайпом на модной теме.
– Видео набрало кучу просмотров, завирусилось. Не завидую Виктору Заливаю, – хмыкнул Гера. В трубке раздались посторонние голоса, коллега кому-то что-то ответил, похоже, расплачивался за купленный завтрак.
– Я скоро приеду, – пообещал Макс и поспешно распрощался.
Первым делом он вызвал такси. За время ожидания успел собраться и выпить кофе. Такси довезло его быстро, хоть Максу и казалось, что едут они слишком долго: то ли привык к передвижению на мотоцикле, то ли сказывалась нараставшая в душе тревога, природу которой он пока не мог понять. Войдя в агентство, он по привычке бросил взгляд на стойку, но Марины на рабочем месте не было. Зато из комнаты Лиды раздавались голоса. Коллеги что-то громко обсуждали, но, когда Макс вошел, разом замолчали.
– Наконец-то! – выдохнула Лида и поднялась с места. Макс заметил, что она держит в руках какой-то листочек, а Люсинда раскрыла на столе книгу. Но еще раньше он обратил внимание на то, что Марины в комнате нет. Где она? Заваривает на кухне чай? Разговаривает с Сергеем Степановичем в кабинете?
– У нас новости, – начала Лида. – Садись.
Макс опустился рядом с Люсиндой, та тут же подвинула к нему книгу и ткнула в абзац покрытым черным лаком ногтем.
– Я нашла упоминание об артефакте, который похож на заявленный блогером. Информации мало, потому что эта книга – энциклопедия. Но хоть что-то! Смотри, здесь говорится о Семи слезах. Происхождение артефакта – Латинская Америка. Согласно легенде, некая богиня пролила слезы, вложив в них часть своей силы, а затем раздала семи жрецам. Сами по себе Слезы не обладают большой силой, но если их соединить и активировать специальной формулой…
– Формулой? – перебил Макс. Люсинда сосредоточенно кивнула, а Лида усмехнулась.
– Да, формулой. Этот способ самый безопасный, но сложный, потому что секрет знали только жрецы. А их уже давно нет в живых. Есть еще другой способ активации – жертвоприношение, по жертве на каждую Слезу.
Макс, запустив пятерню в волосы, дважды прочитал абзац и, будто не веря самому себе, покачал головой.
– И что случится, когда кто-то соберет все артефакты и активирует их?
– Об этом в книге не сказано, – ответила Люсинда. – Отыскать что-то больше у меня просто не было времени.
– Да тут и искать уже не надо! Все найдено! – вмешался Гера и что-то полистал в своем телефоне. – Шуруп вчера, сам того не поняв, дал нам жирную подсказку! Вот вам фоточки его бывшего продюсера, Ивана Темного. Видите, у него на шее шнурок с подвесками, похожими на те, которые носит наш Степаныч? Три подвески у Темного, три – у нашего шефа. А куда подевалась седьмая – шут его знает.
Макс молча увеличил фотографию мужчины, чтобы разглядеть три круглые пластинки. Ивану Темному на снимке было лет тридцать пять, внешности он был скорее приятной, но что-то в его облике отталкивало: то ли неискренняя улыбка на пухлых губах, то ли тяжелый взгляд.
Макс чертыхнулся и вернул Гере телефон: искали рукавицу, а она за поясом. Какая-то мысль обожгла тревогой. Но Лида не дала ему додумать.
– Это еще не все!
– Давай, Лида, забей последний гвоздь, – не сдержал он усмешки.
– Боюсь, он тебе очень не понравится! Гера рассказал нам о вашей поездке к шаману и вашем разговоре в дороге. Ты ж усвистел в неведомые дали, оставив нас отдуваться еще и на собрании с Заливаем!
Он проглотил ее упрек.
– Не успел, Лида! Рассказал бы сам, не переживай. Давай, допинай уже меня… Вытаскивай туза!
– Вот! – она махнула листочком, который держала в руках. – Нашла вчера в кабинете шефа перед собранием. Выпал из одной книги.
Макс взял листок и прочитал на нем написанное латиницей иностранное имя: «Víctor Zapato». Ниже стоял номер мобильного – московского оператора.
– И? – непонимающе поднял он на Лиду глаза. – Какой-то Виктор Запато?
– Сапато, – поправила она, чуть прошепелявив первую букву.
– Все равно. Только не говори, что это еще одно имя Виктора Заливая.
– Нет. Это другой человек. Гера, открой в телефоне, раз он у тебя в руках, список погибших на концерте. Смотри, Макс, тут значится некий Виктор Сапатов. Имя и фамилия не привлекают внимания, потому что в таком написании звучат как русские. Но СМИ опечатались. Не Виктор Сапатов, а Сапато. Мексиканец по происхождению. На самом деле он жил на две страны. Выдавал себя то ли за экстрасенса, то ли колдуна. Так вот, Виктор Сапато, латиноамериканец, был на том роковом концерте. Может, даже стоял неподалеку от тебя…
Макс ее почти уже не слушал, рассматривая фотографию мексиканца – лысого мужчины, который втиснулся между ним и Ульяной за мгновение до взрыва и тем самым спас ему жизнь.
– Макс? Не уходи в воспоминания! Сейчас скажу важное! Гера перелопатил кучу фотографий Ивана Темного и убедился в том, что подвески у него были и до концерта, и после. Три подвески.
Ту мысль, которую он не успел уловить, оказалась озвучена Лидой: Иван Темный носил эти «слезы» давно. Артефакт из трех пластин был у него еще до концерта. Цепочка, к которой подводила Лида, выстроилась быстро. У Сергея Степановича был телефон Виктора Сапато, так, может, они договорились встретиться на концерте? Но почему именно на концерте?.. Макс мотнул головой, не соглашаясь сам с собой. Скорей всего, Сапато собирался встретиться в клубе не с Сергеем Степановичем, потому что иначе бы было выбрано другое место, а с Иваном Темным. А Сергей Степанович приехал на концерт, потому что узнал, что там будет Сапато… Чем мог быть интересен латиноамериканец одновременно и Ивану Темному, и Степанычу? Артефактами. Мексиканец вполне мог раздобыть их. Только для кого предназначались подвески? Для Сергея Степановича или Ивана Темного? Кто воспользовался ситуацией и в суматохе после взрыва подобрал артефакты?
Он зажмурился, потому что вывод напрашивался неутешительный. Но вслух озвучил совсем не то, что ожидали от него Люсинда, Гера и Лида:
– Где Марина?
Коллеги переглянулись, только сейчас поняв, что в азарте забыли про еще одну сотрудницу.
– Она что, не приехала? – спросил Макс, выскочил в коридор, мельком глянул на стойку, влетел на пустую кухню, а затем в кабинет шефа. Никого.
– Степаныч тоже не приехал?
– Он нередко задерживается, – растерянно произнесла Лида, оказавшаяся за спиной Макса.
– А Марина никогда! – чуть не заорал он. Надо же, никто не заметил, что «секретарь» не на месте, хоть она приезжает раньше всех! Да и он сам хорош! Проспал, хоть собирался приехать к Марине и вместе с ней отправиться на работу. Так еще и не позвонил ей из такси!
Он набрал ее номер. Коллеги не сводили с него встревоженных взглядов. Макс досчитал до восьмого гудка и сбросил вызов.
– Поехали! – скомандовал он Гере.
– Куда?
– К Марине, черт побери! Лида, Люсинда, подежурьте здесь. Пожалуйста!
Понимая, что спрашивать сейчас ни о чем не стоит, Гера молча вытащил из кармана ключи.
– Ты хоть адрес ее знаешь? Куда везти? – спросил он уже в машине.
– Туда, куда и вчера после визита к Арсению.
– Так ты вчера что, к ней ездил? – удивился Гера, но, поймав взгляд Макса, пробормотал:
– Ладно, к Марине, так к Марине.
К счастью, он не нарушал тишину болтовней. А может, к несчастью, потому что от молчания тревога Макса разрасталась, принимая необъятные размеры. Она не помещалась в груди, выплескивалась в виде нервных постукиваний пальцами по колену.
– Хоть бы она дома оказалась, – не сдержался он, когда Гера уже искал место для парковки. – Тормозни здесь!
Макс выскочил из машины и направился к подъезду едва ли не бегом. Спустя мгновение его нагнал Гера, который бросил свою ненаглядную «девочку» на заполненном машинами пятачке, заблокировав два других автомобиля и оставив включенной «аварийку».
– Макс, что стряслось? За тобой, хромым, и не угонишься!
Но он не ответил. Боли в ноге не ощущал только потому, что в груди разливалась другая – от предчувствия, что случилось нечто страшное, непоправимое.
Дверь им открыла перепуганная резкой трелью Наташа.
– Марина дома? – спросил Макс, минуя приветствие.
– Н… Нет. Она же на работу уехала! – пролепетала девушка. – А что…
– Максим? – за спиной Наташи показалась мама. – Что-то случилось?
– Марина не приехала на работу и не отвечает на звонки! – ляпнул он, прежде чем успел прикусить язык. Ну кто же так преподносит нехорошие новости! Да еще двум женщинам.
Мама охнула, а Наташа вытаращила глаза и округлила рот.
– Макс, ты дебил, – тихо и сердито сказал Гера. И Макс с ним мысленно согласился. Но что он мог поделать с тревогой, которая выжигала сердце, застилала разум, пульсировала в висках?
А Гера уже навесил обаятельную улыбку и выступил на первый план:
– Милые дамы, не волнуйтесь! Ничего страшного не случилось. У Макса так иногда бывает: всех всполошит, а потом выясняется, что ничего страшного не произошло!
Однако мама на это не купилась.
– Но Марина ведь так и не приехала на работу, хоть уже давно должна была?
Наташа вытащила из кармана спортивных штанишек телефон, набрала номер и поднесла трубку к уху.
– Не отвечает.
– Зайдите, – коротко попросила мама, и Макс, хоть уже собирался распрощаться и бежать дальше – сам еще не понимая куда, подчинился. Гера тоже и что-то заговорил перепуганным хозяйкам – то ли успокаивая их, то ли обещая, что все будет хорошо. Наташа таращилась на него круглыми глазами, мама слушала молча, но в какой-то момент жестом остановила.