Напарница посмотрела на него будто с благодарностью. Но Макс успел перехватить ее взгляд, которым она скользнула по нарисованному мужчине.
Когда он уже направился к двери ближайшей комнаты, понял, что картину вывесили тут специально для Люсинды…
Искать долго не пришлось. Уже во второй спальне Макс обнаружил того человека, чье присутствие почувствовала Люси.
– Сергей Степанович! – встревоженно воскликнул он и бросился к массивному креслу, в котором сидел, связанный по рукам и ногам, с заклеенным ртом, шеф. Ситуация выглядела настолько киношной, что Макс в первый момент не поверил глазам. Абсурд какой-то! Даже случившееся с Люсиндой и Лидой показалось ему более реальным, чем ситуация с похищенным и обездвиженным начальником. А потом он заметил в расстегнутом вороте рубашки шнурок, на котором отсутствовали подвески, и сердце ухнуло куда-то вниз. Их враг получил, что желал. Понятно, почему так быстро умчался. Видимо, за рулем сидел сам Иван Темный.
В глазах Сергея Степановича, увеличенных очками, мелькнуло сожаление. Макс отвернулся, чтобы шеф не прочитал в его собственных упрек.
– Сейчас, сейчас… – забормотал он, пытаясь отклеить липкую ленту и не причинить лишней боли мужчине. Скотч поддавался с трудом, Макс нервничал и потому не сразу понял, на что шеф пытается указать ему глазами. Только когда Сергей Степанович громко, будто протестуя, замычал и сильно наморщил лоб, оглянулся и заметил установленные на стене экраны. Шефа не просто связали, но и развернули так, чтобы он видел работающие мониторы. А «кино» там транслировали интересное! Настолько интересное, что Макс чертыхнулся. В доме были установлены камеры, и Сергей Степанович увидел все, что произошло: как мучилась Люсинда, как каталась в агонии Лида, какими растерянными и беспомощными в тот момент выглядели Макс с Герой.
– П-п… П-п… – пробормотал Сергей Степанович, когда освободился от скотча. Он часто заморгал, повел плечами.
– Я сейчас… – Макс хотел сказать, что спустится на кухню за ножом или ножницами, чтобы освободить Сергея Степановича от веревок, но шеф кивнул снова на мониторы.
– Леша! М-м… Марина!
Макс резко оглянулся. Один из мониторов, который он отчего-то упустил из виду, показывал с разных ракурсов очередное помещение. И то, что Макс увидел, ему категорически не понравилось.
Сергей Степанович без слов кивнул ему, и Макс сорвался с места. Он на бегу крикнул Люсинде, чтобы та занялась освобождением шефа, и промчался мимо сидевшего прямо на земле рядом с обессиленной Лидой Геры – к деревянной постройке, в которой что-то происходило.
Глава 24
Несуразная постройка, предназначение которой сложно было понять, пряталась за домом и фруктовыми деревьями. Чуть поодаль виднелась другая – приземистая, кирпичная, с распахнутой красно-коричневой дверью. В любом из этих «сараев» могли держать пленников. Макс подумал, что Лида все же, вопреки здравому смыслу, оказалась права: им нужно было следовать киношным канонам и разделиться. Тогда бы и к пленникам они попали быстрее, и девчонки не пострадали.
Макс заглянул в окно ближайшего помещения и увидел, что на полу сидит Марина, держится за затылок, а над ней с бутылкой воды склонился Алексей. То ли девушка ударилась, то ли ей стало плохо. Макс стукнул в окно, привлекая к себе внимания. Марина обернулась и что-то закричала.
– Ловушка! – различил он, когда уже дернул на себя дверь. Та ожидаемо оказалась заперта. Макс стянул с себя толстовку и обмотал ею руку. Затем махнул пленникам, чтобы они отошли подальше от окна.
– Бро, у меня идея получше! – раздалось за спиной в тот момент, когда он примерялся для удара. Оглянувшись, Макс увидел Геру с тяжелой сковородой в руке. Макс уже ничему не удивлялся, отошел по молчаливой просьбе коллеги от окна и спросил:
– Как Лида?
– Уже сидит на крыльце. Напугала меня до чертиков. Не хотел ее оставлять, но ты промчался так быстро, что у меня аж ветер в ушах засвистел. Я метнулся на кухню за чем-нибудь для обороны и столкнулся с Люсиндичью. Выскочила на меня с ножом, я аж заорал. А она как ни в чем не бывало умчалась наверх.
– Там Степаныч, связан по рукам и ногам.
– Угу! Но я чуть в штаны не наложил от неожиданности. Как еще этой Люсиндуре не вмазал сковородой? Ну, разойдись, народ!
Гера разбил стекло, аккуратно убрал остатки осколков и приказал Максу:
– Оставайся здесь, принимай Леху с Маринкой.
Несмотря на крупную комплекцию и узкое окно, Гера довольно ловко пролез внутрь.
– Ну что, птички, на волю? – весело спросил он и помог первой выбраться наружу Марине. Макс принял ее и, поставив на ноги, помедлил с тем, чтобы выпустить девушку из объятий.
– Эй, не увлекайся! Здесь еще Леха! – вернул его в реальность Гера.
Алексей неуклюже вылез из окна, чуть не упал, но Макс его вовремя подхватил.
– С-спасибо, – выдавил парень, глянул на спрыгнувшего на землю Геру и, покраснев, отвел глаза. Лицо Леши отчего-то приняло такое несчастное выражение, будто он решил взять на себя вину за все мировые злодеяния.
– Ну, не кисни, – приободрил парня Гера и слегка щелкнул по носу. – Все пучком! Вас вытащили. Папу твоего тоже там вызволяют. Сейчас поедем домой.
– Угу, – понуро выдохнул Алексей, не поднимая глаз. Марина покосилась на него и едва заметно качнула головой. Была она очень бледной, дрожала, словно от холода. Макс накинул ей на плечи свою толстовку и приобнял. Марина замерла, будто от неловкости, а потом, осмелев, прижалась к нему. Гера, заметивший все это, спрятал улыбку и удержался от комментариев. Скользнув взглядом по припаркованному рядом с постройкой внедорожнику, он присвистнул:
– Ого, Макс, это твой «автограф» на джипухе? Лихо!
Макс хмыкнул и обратился к Марине:
– Как ты?
– Норм, – ответила она его словечком и улыбнулась.
– Ладно, пойдемте, там нас Лида с Люсиндой и Сергеем Степановичем ждут, – поторопил Макс.
– Мне еще надо ворота открыть, – добавил Гера и вновь с неприязнью покосился на джип. Но Марина отчего-то медлила.
– Ребята… Мне кажется, тут ловушка.
– Так и есть! – отозвался Гера. – В доме нас всякие фишечки поджидали, и мы в них вляпались. Девчонок ими вышибло, особенно Лиду.
– Что случилось? – встревожилась Марина.
– Потом расскажем. Как и вы нам про свои приключения, – ответил Макс.
– Но как-то все просто получилось, – настаивала на своем Марина. – Вот так разбили окно, вывели нас и все?
– А тебе что, мало впечатлений? – засмеялся Макс. Но девушка оставалась серьезной.
– Хватит на три жизни вперед. Но я не об этом…
Макс взял ее ладонь в свою, чтобы приободрить. Только Марина внезапно вскрикнула.
– Что случилось? – испугался он, развернул ее руку и чертыхнулся. – Откуда это?
– Это ожог. Я обожглась об… Это я и хотела сказать. Не все так просто. На этом джипе приехал музыкант с…
– Он уже усвистел впереди ветра, когда мы пришли, – перебил Гера, но Марину его заявление не успокоило.
– Даже если он уехал, здесь еще остается Алиса. Алиса Грачева. Она не мертва, Макс, но находится будто под какими-то веществами или гипнозом.
– Алиса?! Но я же видел…
– Да, да, знаю. Это невероятно, но тебя, похоже, обманули.
– Вот это поворот! – вытаращил глаза Гера. – Макс, ты же ее четко видел! В смысле, ее призрак!
– Она живая, – упрямо повторила Марина. – Изможденная, грязная – видно, что провела в плену много времени. Абсолютно невменяемая. И она приехала на этом джипе с музыкантом. Думаю, ее держали и использовали, чтобы… Чтобы, например, сбить Макса на угнанной машине. Алиса не соображает, что делает, действует как зомби.
– Это так! Марина говорит правду! – вмешался молчавший до этого Алексей.
– Да мы и не сомневаемся в ее словах, – задумчиво протянул Макс.
– Я хотел сказать, что Алиса не отдает отчета своим действиям, – уточнил Алексей. – Ей могли внушить сделать что-то страшное, она выполнила, а потом об этом забыла. Кажется, со мной поступили так же…
– Я потом все расскажу, – пообещала Марина. – Но с Алисой надо что-то делать. Нельзя оставлять ее тут! Она погибнет.
– Где она? – спросил Макс.
– Не знаю. Возможно, в той постройке.
– Ладно. Идите к остальным и…
– Один ты не пойдешь! – возразила Марина.
– Она права, – поддержал Гера. – Я отведу Алексея к папане, проверю, как девушки, и вернусь.
– Марина, отправляйся с Герой.
– Нет!
Макс задержал на ней недовольный взгляд, но в синих глазах девушки беспокойство уже сменилось знакомой ему решительностью. Он даже усмехнулся: спорить с ней бесполезно, лучше взять с собой и держать под присмотром, чтобы никуда одна не уходила.
– Ок. Но ты никуда не лезешь.
Она послушно кивнула, снова вызвав у него улыбку. Похоже, он недооценивал характер Марины: когда надо – тверже гранита, когда, опять же, надо – мягче облака.
– Я быстро! Отведу Леху и сразу вернусь, – завершил не разгоревшийся спор Гера.
Дверь кирпичной постройки хлопала на ветру. Макс вошел внутрь, за ним робко скользнула Марина. В нос ударил запах краски, лака, бензина и еще чего-то химического. Помещение без окон было погружено в густую опасную темноту. Макс нащупал на стене выключатель, и в тусклом свете вспыхнувшей лампочки они увидели стеллажи с банками с краской, ящиками с инструментами и садовый инвентарь.
– Похоже, это сарай.
Макс пересек комнату, едва не споткнувшись о валявшуюся на дороге покрышку, и заглянул в проем без двери.
– Лестница. Ведет вниз. Я не знаю, что или кто там может быть, Марина…
– Я с тобой! – воскликнула она и нервно оглянулась на выход. Макс без лишних уточнений понял, что Марина боится оставаться одна. Смешная… Боится, а увязалась за ним. Или она боится не за себя?
Подсвечивая путь фонариком на его телефоне, они медленно спустились по каменной лестнице и оказались у приоткрытой двери.
– Подожди тут, пожалуйста, – попросил Макс и вручил девушке мобильник. На этот раз она не стала возражать. Он потянул дверь на себя и вошел внутрь. Воняло сыростью и тухлятиной. Макс двинулся вперед. Марина подсветила ему от двери путь. И почти сразу Макс увидел одетую в летнюю одежду девушку. Та лежала у дальней стены, темные нечесаные волосы падали ей на лицо. Макс невольно представил, что поднимает эту спутанную завесу, а вместо миловидного лица пленницы видит страшный оскал и горящие глаза монстра. Воображение разыгралось так живо, что его передернуло, по спине прошелся ледяной ветер, волоски на руках встали дыбом.