Несколько десятков зеленых вываливаются в коридор, истошно крича.
— Огонь! — кричу я, жестом останавливая десантников.
Первая шеренга падает на колено, я в их числе. Десантники заученно вскидывают оружие и огненный ураган буквально сметает наступавших, неторопливую медузу, показавшуюся из-за угла следом, рвет на клочки очередь плазмы у меня из-за спины.
— Вперед! — мы поднимаемся и бежим дальше. За углом мы видим убегающего Медуза, оставшегося без поддержки. Выстрел из Большого ПЭ и несколько выстрелов союзников раскидывает желе по стенам и потолку.
Несколько минут бега, несколько групп сметенных зеленых и вот мы на месте. На радаре новые красные точки, много точек! Чертовски много! А вот и Рыцари!
— Илай! — хрипит Пухлик. Я бросаю на него взгляд, дело плохо, глаза у него закатываются, он оседает на пол.
— Сколько?! — ору я, пытаясь разобраться в ситуации.
— Он здесь, — тихо отвечает Берк, опираясь на руку, чтобы не упасть.
И мне, в кои-то века даже не нужна расшифровка! Алярм! Интект детектед!!!
— Где же ты, сука? — прошипел я сквозь зубы. Пока видно только Рыцарей. — Все вперед!!!
Я первый раз увидел в деле BFG-9000 Тоби. Прямое попадание зеленого сгустка энергии разрывает рыцаря в клочья, достается и его товарищам рядом, но больше никто не умер. Да, раньше деревья были больше, трава зеленее, а BFG помощнее! Ну, хотя бы я и зажрался, зато от чистого сердца!
Первые два Рыцаря не добежали до наших рядов совсем немного и были расстреляны практически в упор, третий почти ворвался в наш строй, замахнулся Молотом и умер, когда миг спустя ОНА расплющила его шлем в лепешку, Овечка вступила в ближний бой. Первые ряды космодесантников спешно вооружаются оружием ближнего боя.
Убивая, мои солдаты ругаются и матерятся. Умирая, враги хранят молчание.
Ощущения обострились, пришел уже знакомый друг-Глюк, картинка стала ярче и четче. Разум очистился, и я окинул, сразу ставших неповоротливыми, врагов. Выпустил оставшиеся четыре заряда Полного ПЭ, убив двоих и ранив еще двоих, сжал свой меч обеими руками и изо всех сил рубанул ближнего Рыцаря. Результат превзошел мои ожидания, его туша оказалась разрублена от плеча до середины грудной клетки, пнув тело ногой, я проводил его неторопливый полет взглядом, увидев, как оно катятся по полу, а затем замирает безжизненным куском мяса.
Я калечу и убиваю. Пока не откатился Глюк, нужно использовать свое преимущества по полной. Из-за моей спины во врага летят лазерные лучи, плазменные сгустки и разрывные пули. Мне просто нужно бить мечом в поврежденную броню, что я и делаю. Враги молча падают передо мной, и важно лишь то, сколько я еще продержусь в этом состоянии. И, конечно же, оно тут же заканчивается.
При нормальном течение времени я слышу в эфире ругань Батальонов. Связных слов практически нет, только короткие команды, панических криков не слышно. Значит все по плану!
Я бросаю взгляд вглубь коридора и вижу его. Между двумя Медузами, висящими в воздухе, стоит высокая худощавая фигура в зеленом плаще и капюшоном на голове. И я прямо чувствую, как чужой разум ковыряется у меня в башке.
— Илай, прости… — после этих слов Пухлика у меня в голове взрывается бомба, практически лишая меня зрения и всех остальных чувств, руки разжимаются сами собой и меч падает на пол. Я вижу, как сражающийся рядом космодесантник быстро разворачивается и всаживает меч в спину товарища.
— Не стрелять! — хриплю я, надеясь, что меня услышат в окружающем шуме схватки. — Живьем брать демона!
Овца первой замечает опасность, винтовку она потеряла где-то раньше, а дорогу к Интекту перекрывает две тройки Рыцарей. Я уже говорил, что в лице Овечки погиб абсолютный чемпион Олимпиады? В лучших традициях метателей молота, сделав один оборот вокруг себя, Овечка запустила свою розовенькую подружку над головами Рыцарей прямиком в парящую Медузу. Хедшот, сучара! Медуза отбросило далеко назад, где он растекся липкой лужей по чистому полу.
Давление уменьшилось, я смог поднять меч, хотя руки явно не хотели это делать.
— Тоби, мочи козла!!! — я ткнул пальцем в оставшегося Медуза. Мелкий не подвел. Короткое бульканье, и зеленый шар не оставил от разумного холодца вообще никаких воспоминаний!
Стало совсем хорошо! Я видел, что мои космодесы роняют оружие, но никто, по крайней мере, уже не бьет своих. А некоторые даже нашли в себе силы возобновить сопротивление.
— Глюк, приди! — взмолился я. Я ни к кому не обращался конкретно. Духи? Пусть будут Духи! Да хоть черт! Мне просто нужен был мой Глюк, потому что иначе прорваться мимо шестерки здоровяков у меня не было ни единого шанса. А зеленая фигура в капюшоне вон, совсем рядом. и я без него не уйду.
Рявкнули автоматы в руках Рыцарей, очереди, направленные в меня принял на грудь разговорчивый Капитан, которого приставили ко мне в качестве адъютанта, потому что в Армии так, сука, положено. И подставляться вместо командира под пули, видимо, тоже положено. Звали его Торд. Вот такие люди и возвращают веру в Армию!
Я бросаюсь вперед, крик боли Овечки разносится по связи, пронзительно и немного удивленно, она оказывается рядом со мной раньше, чем кто-либо. Бог свидетель, она умеет сражаться! Клинок, подобранный с тела Капитана колит и рубит, каждый удар находит свою цель.
Я перепрыгиваю через ближайший ко мне труп и встаю рядом, меч мой мелькает без остановки, пока Овечка пытается подняться.
Это ей не удается.
— Прости, Илай, не выходит, — выкашливает она. Пальцы бессильно сжимают топор, вонзившийся в живот, она опускает руки, не в силах бороться. Текущая из доспеха кровь образовывает под ногами лужу. — Не могу.
— Вставай и сражайся, или мы все просрём! — ору я, обезумев.
Раненая, Овечка притягивает оставшихся трех Рыцарей, стремящихся ее добить. Они молча кидаются в атаку.
И Глюк, наконец, пришел.
Я убиваю прямым ударом под шлем первого, ударом ноги отбрасываю второго на достаточное расстояние, чтобы он не достал раненую и следующим движением приканчиваю, третьего окутывает зеленое пламя, и он взрывается в энергетической вспышке. Спасибо, мой зеленокожий брат! Кровь, кишки и осколки брони — вот все, что осталось от могучего ксеноса.
Я рывком сокращаю расстояние до стоящего неподвижно Интекта и с треском обрушиваю забрало шлема в голову, прикрытую капюшоном, разбивая ему лицо и роняя на землю. Он падает навзничь. При падении капюшон слетает с головы, и я вижу лысый, когда-то вполне человеческий череп, уши у него, правда, какие-то заостренные. «Эльф, что ли?» — Приходит мне в голову дурацкая идея. Честно говоря, он мог быть кем угодно, череп был покрыт переплетенными проводами и трубками. Бионические глаза слепо смотрели перед собой, а металлическая пасть щерилась в ухмылке. Но он не двигается, и давление на мозг полностью исчезло. Знай наших, падла инопланетная!
В голове всплывает слова дурацкой песенки:
… Инопланетный гость
Летит издалека,
Инопланетный гость
Не знаю я пока…
Странные у них были песни, но, сука, прилипчивые! У кого «них», я, конечно, не помнил, поэтому встряхнул головой, очищая мозг от всякого бреда.
Глюк ушел. Я осмотрелся.
Рыцарей космодесы все-таки добили. И после этого семеро их них все еще стояли на ногах. Я склонился над Овечкой, странное ощущение поднималось у меня в груди. Я точно знал, что она воскреснет, я точно знал, что ей ничего не угрожает. Разве что тела такого же у нас больше нет и где его найти я не представляю. Но я представил, как она расстроится при этом! Она ведь так гордится этим телом!
Бронекостюм автоматически уже впрыснул коктейль лекарств и залил рану Полимедом. Медицинский индикатор показывал, что она еще жива. Я опустился на колено и осторожно поднял ее на руки. Рядом нарисовался озабоченный Тоби, держащий в охапке одновременно свою вундервафлю, розовенький Молот и мой Полный ПЭ, вооружен до зубов, как ни крути!
— Моя фсе собрать! — доложил зеленый. — Типерь быстро-быстро ната валить!
— Отличный план, Извра! — похвалил я его. — Так и поступим.
— Внимание, всем подразделениям. Это «Папа»! Тушку взяли! Отходим! Повторяю! Отходим!
— «Альфа-один», принято!
— «Браво-один», вас понял! Выполняю!
— «Дельта-Один»! Отходим!
Все живы, надеюсь, и здоровы. Это хорошо. Проходя мимо Капитана Торда я бросил взгляд на его медкомпьютер, удивительно, но он тоже был еще жив!
— Заберите его! — скомандовал я.
— Командир, — неуверенно ответил Сержант рядом.
Я осмотрелся. Каждый более-менее здоровый десантник тащил одного, а некоторые и двух товарищей. Где те беззаботные времена, когда пристрелить было гуманней и проще, чем тащить раненного на базу? Кажется, я стал свидетелем становления новой философии войны, более кровавой и безжалостной. Время ошибок прошло безвозвратно, гадать, воскреснешь ли ты или останешься в виртуальном буфере никому не хотелось,
Я вздохнул, перекинул Овцу на плечо, надеясь, что опять не откроется кровотечение и подхватил на другое плечо Капитана. Мимо пронесли спелёнатого Интекта, который все еще был без сознания, надеюсь, он не сдох. Пухлик все еще находился без сознания. Я еще раз осмотрелся, свободных рук не было. Я не нашел ничего лучше, чем легонько ткнуть его ногой, Пухлик что-то проворчал, но в себя не пришел, я пнул еще раз посильнее, Мохнатик открыл мутные глаза.
— Проснись и пой! — радостно заорал я. — Пора валить!
Тоби бросил свою груду оружия и помог фиолетовому товарищу подняться.
— Где ОН? — тут же спросил Берк.
Руки у меня были заняты, поэтому я махнул головой.
— Вон тащат.
— Да. Я уже чувствую! — качнул головой Пухлик, полностью приходя в себя
— Он жив вообще? — поинтересовался я. — У меня на него большие планы.
— Жив, — подтвердил мохнатик.
Я удовлетворенно кивнул.
— Насколько это вообще можно назвать жизнью, — загадочно добавил он.
— Всем подразделениям!!! Ускорьтесь!!! Кубик, по ходу, поломался!!! — истошно заорал эфир голосом заместителя начальника Штаба со шпионской фамилией.