В 1930 году в Тяньцзине скончался один из необычайных людей нашего времени — Николай Константинович Судзиловский, более известный под фамилией Руссель.
Родился он в 1850 году в Могилеве, в семье чиновника судебной палаты, учился в Петербурге и Киеве, где и начал свою революционную деятельность.
В 1874 году Судзиловский бежал от преследования царских жандармов. Он побывал в Женеве и Лондоне, а затем перебрался в Румынию. Там во избежание неприятностей от полиции он принял фамилию Русселя. Революционную деятельность Николай Константинович сочетал с изучением медицины и вскоре получил диплом врача.
Между тем румынские власти договорились с царским правительством о выдаче Судзиловского. Ему пришлось бежать в Болгарию, откуда он направился в Западную Европу. Доктор Руссель работал в клиниках и лабораториях Франции и Бельгии, Италии и Австрии, Испании и Швейцарии.
1887 год застал его в Сан-Франциско. Доктор завоевал огромное уважение населения бывшей Русской Америки (Аляски), русских людей, живших в Калифорнии. Его даже избрали вице-президентом «Греко-славянского благотворительного общества».
Однако вскоре Русселю пришлось покинуть Сан-Франциско.
Выступив с разоблачением грязных похождений епископа Алеутского и Аляскинского Владимира, доктор навлек на себя гнев церковников. Это отразилось на его медицинской практике — ему пришлось пойти на должность корабельного врача. Некоторое время он плавал на пароходе между Сан-Франциско и Гонолулу, а затем устроился врачом на сахарной плантации в окрестностях Гонолулу, на острове Оаху.
Николай Константинович поселился в местечке Ваинахе, в доме, окруженном кокосовыми пальмами, олеандрами и апельсиновыми деревьями. Он очень скоро сблизился с канаками и получил от них имя «доброго русского доктора» — Каука Лукини.
Во время так называемой «революции» 1892 года, спровоцированной США для того, чтобы прибрать к рукам Гавайские острова, русский революционер разъяснял островитянам истинное положение вещей, убеждал их бороться за самоуправление. Ему удалось создать партию «гомрулеров» («независимых») и стать вождем гавайских тружеников. Канаки избрали доктора Русселя сенатором, а затем первым президентом сената Гавайских островов.
Каука Лукини был единственным белым среди туземных депутатов сената и конгресса. Он продолжал отстаивать права гавайцев на самоуправление и выступал против включения Гавайских островов в состав Соединенных Штатов.
Доктор Руссель добивался отмены смертной казни, обложения плантаторов и заводчиков высоким налогом, государственного контроля над деятельностью крупных предприятий, пароходных, железнодорожных, телефонных и электрических компаний, почты и телеграфа и т. д. Он учредил бесплатные школы и библиотеки, первую для жителей Океании консерваторию, основал местные газеты, увеличил помощь прокаженным. Вместе с тем он не оставлял и врачебной деятельности. В его приемной в красивом домике в Гонолулу всегда было много народа. Нуждавшимся больным он помогал всем, чем мог.
В записках русских путешественников, ученых можно найти описания их встреч с Н. К. Судзиловским-Русселем на Гавайских островах. В разное время его посещали, например, путешественница С. В. Витковская, известный ботаник А. Н. Краснов и другие. Все они находили приют в гостеприимном доме Русселя.
Николай Константинович написал увлекательные очерки о жизни и быте канаков и природе Гавайских островов.
Когда вспыхнула русско-японская война, доктор Руссель, всей душой ненавидевший самодержавие, выступил против царизма. Он вел широкую просветительную работу среди русских пленных в Японии, издавал для них газету на русском языке и доставлял им революционную литературу. В числе сотрудников русселевской газеты был баталер с броненосца «Орел» А. С. Новиков, позже — писатель, широко известный под именем А. С. Новикова-Прибоя.
На основании новых документов, найденных в остатках Тяньцзинского архива, Русселя, установлено, что правительство-Соединенных Штатов потребовало от него через своего консула в Кобе прекратить издание газеты для русских пленных в Японии и оставить революционную пропаганду. Руссель отказался выполнить это требование. Тогда он был лишен американского гражданства и объявлен «нежелательным лицом». При этом в вину Русселю была поставлена и его деятельность на Гавайских островах. Позже Николай Константинович с горечью писал, что годы пребывания его в США «рассеяли иллюзию о свободе в Америке».
В 1910–1914 годы Каука Лукини (как называли Русселя гавайцы) жил на Филиппинских островах, где он пытался, между прочим, основать русские земледельческие поселения.
Лет за десять до своей смерти Руссель поселился в Тяньцзине, где продолжал работу в клинике и лаборатории. Здесь он написал ряд научных трудов.
Часть Тяньцзинского архива Русселя была найдена мною. Тут его портреты, письма, завещание, газетные вырезки. В архиве же находятся несколько его биографий, воспоминания дочери Флоры.
Русский революционер получал пенсию от Всесоюзного общества политических каторжан в Москве, но все эти деньги раздавал нуждающимся.
— От нас ушел великий старец, — говорили китайцы в Тяньцзине, когда умер «добрый русский доктор»…
СЕВЕРНЫЕ СОКРОВИЩА
Научный сотрудник Института русской литературы Академии наук СССР В. И. Малышев открыл и исследовал много старинных русских рукописей XV–XIX веков.
Пути научного поиска привели В. И. Малышева в одно из древнейших поселений на севере — Усть-Цыльму (село было основано в 1542 году Иваном Дмитриевым Ласткой из Новгорода).
Усть-Цыльма и окружающие ее деревни были своеобразным заповедником, в котором хранились старинные русские рукописи. В конце XIX и начале нашего столетия здесь любовно переписывались от руки более древние образцы литературы. Жители Усть-Цыльмы еще помнят писца книг И. С. Мяндина и писца-рисовальщика миниатюр Ф. И. Вокуева. Из рода в род на Печоре переходили искусно переписанные от руки и старопечатные книги. Еще недавно в Усть-Цыльме хранились такие драгоценности, как список с текста знаменитого «Хожения» Афанасия Никитина в Индию.
В. И. Малышев просмотрел в самой Усть-Цыльме и десяти окрестных деревнях свыше 300 древних рукописей и 700 старопечатных книг. Самые ценные памятники старинной письменности были доставлены В. И. Малышевым в Ленинград.
Среди этих рукописей выделяется «Хожение» Трифона Коробейникова в списке XVII века — описание путешествий в Константинополь, на Афон, в Палестину и Антиохию, совершенных в 1582 и 1593 годах. Любопытен также «Путник», рассказывающий о походе Марка Топозерского по «степи Губарь» (Гоби), Китаю и островам Тихого океана, где путешественник нашел якобы сказочную страну Беловодье. Известно, что эта рукопись дала некоторым русским людям основание для действительных походов на поиски Беловодья. В поисках мифической страны они побывали в Тибете, Китае, Индии, Индокитае, Восточном Туркестане.
Найден список повести о новгородском посаднике Шиле, восходящей к XV веку. Рукописное собрание Института русской литературы пополнилось также «печорскими» списками повестей о смерти Тамерлана и Темир-Аксаке (XVI век).
В. И. Малышев приобрел, кроме того, «Сказание о двенадцати снах царя Шаханши» в списке XIX века. Это произведение появилось на Руси еще в XIII–XIV столетиях и не раз переписывалось впоследствии.
Интересными оказались личные библиотеки местных жителей. У А. И. Носовой хранился сборник «Звезда пресветлая». На его первом листе есть надпись, что текст книги перевел с латинского языка в 1668 году московский простолюдин Никита.
М. И. Чупрова познакомила В. И. Малышева со «Сборником», содержащим миниатюры к повестям из «Великого Зерцала». Тексты «Великого Зерцала» В. И. Малышеву удавалось находить на Печоре и ранее.
Это произведение восходит к одному из средневековых латинских сборников, изданному в 1481 году в Нидерландах и затем подвергшемуся дополнениям и переделкам в XVII веке. «Великое Зерцало» содержало нравоучительные повести. Переводчики сборника постарались приблизить его содержание к русскому читателю и с этой целью удалили из «Великого Зерцала» католические образы и понятия.
В сборниках, хранящихся в Усть-Цыльме, нередко встречаются произведения известного древнерусского ученого и публициста Максима Грека. В истории русской культуры он известен, например, как автор первого сообщения об открытии Америки и Молуккских островов.
Любопытно, что, когда Максим Грек писал около 1530 года об итогах походов Колумба и Магеллана, посвящая свои сочинения московскому великому князю, он присваивал князю титул «многих иных океанских язык господина». Этим Максим Грек подчеркивал значение русских географических открытий того времени, когда владения России уже охватывали огромную по протяжению береговую полосу Ледовитого океана.
В. И. Малышев отыскал в Усть-Цыльме также сочинения известного протопопа Аввакума «Книга нравоучений и толкований» в списке конца XVII века. Это, по мнению исследователя, самый ранний и наиболее полный список произведения знаменитого писателя. В «нравоучениях» Аввакум, между прочим, излагает свои взгляды на строение вселенной. На полях книги имеется надпись о том, что книга принадлежала какому-то «Петру Нероновичу», современнику Аввакума, сожженного в Пустозерске в 1681 году. Можно думать, что произведение Аввакума было переписано вскоре после этого события.
Оценка произведений Аввакума была дана в свое время А. М. Горьким. Он писал: «Язык, а также стиль писем протопопа Аввакума и „Жития“ его остаются непревзойденным образцом пламенной и страстной речи бойца…»
В сборнике XVIII века, найденном в Усть-Цыльме, помещен текст «Повести о белом клобуке». Как известно, возникновение этого произведения связано с именем русского писателя, толмача и посланника в страны Западной Европы Дмитрия Герасимова.
В. И. Малышев составил подробное описание рукописей и старопечатных книг, найденных им в древних печорских селах. Но он считает, что поиски драгоценных памятников старинной русской письменности необходимо продолжать. Они могут увенчаться новыми ценными находками.