анилища непригодны. Есть ли выход из создавшегося положения?В окрестностях Каунаса в старых карьерах, заполненных водой, откладывают икру травяные, прудовые лягушки и чесночницы. И водоемы эти выглядят вполне пристойно: за порядком в них следят головастики. Большую часть завтраков, обедов и ужинов головастиков травяной и прудовой лягушек составляют зеленые и сине-зеленые водоросли. Когда у головастиков травяной лягушки появляются задние лапки, они налегают больше на зеленые и диатомовые водоросли. Главная пища головастиков чесночницы — зеленые водоросли, другие водоросли они едят меньше.В Приднепровье чесночницам живется не хуже, чем в Литве: чесночниц там полным-полно. И головастики их за то время, пока пробудут в воде, очищают каждый гектар лесного озера от почти четырех тонн диатомовых, зеленых, сине-зеленых водорослей.Чуть меньше половины кормов головастиков — обитателей водоемов, расположенных в окрестностях Казани,— зеленые и диатомовые водоросли. И под Казанью закоренелые вегетарианцы — головастики чесночниц, за ними идут головастики лягушек и жаб и, наконец, головастики краснобрюхих жерлянок.Сине-зеленые водоросли уничтожают головастики лягушки-быка, лесной лягушки, американской жабы и жабы Фаулера.Но в водоемах могут чувствовать себя раздольно не только водоросли.Мучители человека — комары — выводятся и в тропиках, и в тундре. Не подходят им лишь знойные пустыни. У нас в тайге над одним гектаром земли может пищать пять килограммов комаров. Но и под Москвой, где тучами они не летают, житья от них нет, к тому же они переносчики малярии.Уже давно в силу своих возможностей с комарами ведут борьбу тритоны. Тритоны, обыкновенные и гребенчатые, достаточно много времени проводят в водоемах — и что важно — живут они в небольших стоячих водоемах с теплой водой, где и появляются на свет комары. В тридцатые годы в нашей стране было предложено специально выпускать обыкновенных тритонов в водоемы, чтобы они уничтожали личинок комаров. Приличную часть пищи обыкновенных и гребенчатых тритонов составляют и сами комары.Расправляются с комарами краснобрюхие жерлянки. Пройдет месяц — и в водоеме останется половина личинок комаров.Едят комаров молоденькие серые жабы.От москитов — обитателей тропиков и субтропиков, неприятностей не меньше, чем от комаров. Москит-самец обходится деликатесом — нектаром цветов, а самке обязательно надо напиться крови, иначе она не оставит потомства. В сумерки самки расстаются со своими дневными убежищами и отправляются на поиск корма. Они нападают на млекопитающих, на птиц, на рептилий. Они нападают на людей, и со слюной москитов в кровь человека могут попасть возбудители тяжелых заболеваний.Пять лет назад индийские ученые провели исследования. Самыми лучшими охотниками на личинок москитов признаны головастики тигровой лягушки.В природе все взаимосвязано. Амфибии охотятся на насекомых, но самих амфибий поджидает множество разных охотников, а кое-кто из них в прямом смысле жить без амфибий не может.Пауки-волки Индии охотятся на лягушат. Пауки поджидают их в засаде и, сделав несколько прыжков, настигают, приступают к трапезе.Пауки Коста-Рики нападают на взрослых лягушек. А крабы Коста-Рики заползают на растения, находят на листьях икру лягушек и съедают ее. Фаланги, собравшись вокруг икры, так разрезают оболочки яиц и так съедают зародышей, что капсулы яиц на вид кажутся совсем неповрежденными.А североамериканские большеротые окуни, которым от трех до семи лет, охотятся на головастиков. Головастики составляют треть пищи, съедаемой окунями.Почти не меняется «меню» у обыкновенных ужей, обитающих в мелких прудах Северо-Восточной Италии. Пока им не исполнится четыре года, каждый день — головастики.Рептилии — известные лягушкоеды. Среди каждой тысячи охотничьих трофеев обыкновенных ужей, живущих в нашей стране, девятьсот тридцать — амфибии: остромордые, прудовые, озерные лягушки, обыкновенные чесночницы и обыкновенные тритоны.Тигровый уж поселяется в Приморском крае в открытых, заболоченных местах. Охотится он в основном на дальневосточных и чернопятнистых лягушек.Еще в сороковые годы думали, что для обыкновенной гадюки самое лакомое «блюдо» — мыши. И вдруг сообщение: почти восемьдесят процентов ее добычи — лягушки. Гадюки едят всех бесхвостых амфибий, живущих в той же местности, что и они сами. Если к гадюке, попавшей в зоопарк, выпустить мышь и лягушку, она поймает лягушку. А обыкновенные гадюки Якутии не брезгуют головастиками сибирского углозуба.На ловле бесхвостых амфибий специализируется пять видов тропических змей Северо-Восточной Бразилии. Два из них отправляют в свои желудки даже жаб, а еще два, которые часто охотятся в воде, едят пип.Североамериканские свиноносые змеи, которые получили название за сходство их мордочки с физиономией известного животного, ловят амбистом: пятнистых, тигровых и мраморных.Не прочь съесть лягушку птицы. Только в Приморье и Приамурье двадцать семь видов их выслеживает дальневосточных, сибирских и чернопятнистых лягушек.Лягушками питаются журавли, мохноногие канюки, филины, болотные совы, вороны. Однако главные потребители лягушек — цапли и аисты. Эти птицы ловят их все теплое время года, отыскивая на болотах и берегах водоемов. А ястребиные сарычи используют лягушек как детское питание. Осоед хохлатый, луни, пегий и болотный, едят их сами весной, если нет другой пищи или ее не хватает. Чернохвостые чайки охотятся на лягушек, когда летом и осенью кочуют и залетают на болота и водоемы, расположенные невдалеке от морского побережья.В дельте Волги у ее постоянных жильцов — черных и белощеких крачек и поганок — с конца июня в «меню» появляется дополнительное «блюдо»: молодые озерные лягушки.Енотовидные собаки водятся у нас в Уссурийском крае и на юге Амурского края, а широко распространены они в лесах Юго-Восточной Азии. Эти собаки похожи на американских енотов-полоскунов, мех у них грубый и не очень красивый, но прочный. В 1934 году енотовидных собак решили расселить по европейской части СССР. Собакам понравились новые места, они обосновались на огромной территории от Карелии до Кавказа, а потом проникли в Финляндию, Швецию, Польшу, Румынию, Чехословакию, ГДР и ФРГ.Но приживутся енотовидные собаки в средней полосе нашей страны или не приживутся? Это, как выяснилось, самым непосредственным образом зависело от лягушек, от того, сколько их было в новых для собак местах жительства. Лягушки поначалу были главным их кормом.Норка — ценный пушной зверек, мех которого в рекламе не нуждается. Зверьки эти держатся у водоемов с захламленными, подмытыми водой берегами. Больше трети всего, что съедает норка, составляют лягушки. Норка и черный хорь, подыскивая себе охотничьи угодья, при оценке их учитывают, часто ли в них попадаются амфибии.В небольших количествах амфибии входят в рацион многих зверей, которые изо дня в день ловят грызунов. Но бывают годы, когда грызунов — кот наплакал. И истребители грызунов и обладатели ценного меха полностью переключаются на амфибий. Это дает им возможность дождаться лучших времен.Лягушки, приходящие на зиму в озера и реки,— подспорье для промысловых рыб. А сомы ловят их, когда тепло. «Лягушки, преимущественно зеленые (озерные), — пишет прекрасный знаток рыб Леонид Павлович Сабанеев, — составляют для сома лакомство; лежа на дне, он всегда внимательно прислушивается, не квакает ли где лягушка, немедленно подплывает к певице и стремительно, заблаговременно открыв свою огромную пасть, бросается на нее. Эта слабость к лягушкам побуждает сома не только посещать речные травянистые заводи, но нередко застревать в поемных озерах...» Лягушки и головастики — желанная еда для щук, живущих в прудах. Там, где водятся щуки, — лягушки редкость. Но жабу щука есть не хочет. Схватив жабу, рыба немедленно ее отпускает.
Глава XIII. НЕ ПОДНИМАЙТЕ КАМЕНЬ
«Жил когда-то человек, который только и делал, что ел и ел без конца. Работать он не любил и все время сидел дома, занятый одной едой, зато жену, выращивающую для него бататы (сладкие клубни картофеля. — Л. С.), заставлял работать очень много. От обжорства и безделья живот у него стал очень большой, а руки и ноги становились все слабее и тоньше.Однажды он отправился на праздник и столько там съел, что уже не мог сам идти домой. Тогда он сказал жене:— Неси меня в корзине, в которой ты носишь бататы.Жена посадила мужа в корзину и понесла, но, когда она переходила вброд реку, муж выпал из корзины в воду. Он начал было ругать жену, но захлебнулся и мог выговорить только: «Ква-ква-ква», потому что стал лягушкой».Так древние филиппинцы ответили на вопрос: «Откуда появились лягушки?»У человека есть одна необыкновенная особенность — способность все объяснить. Этой способностью он обладал уже тысячи лет назад. В ту далекую пору ему надо было разобраться во многом. Как появились животные, которых он видел и на которых охотился? Как появились на Земле люди? Откуда у них огонь? Кто создал землю? Это требовало объяснения, и человек объяснял все как мог.«Сначала было небо да вода, земли еще не было. Очурманы жил на небе, ему и присесть было негде. Затеяв создать землю, он стал искать себе товарища, нашел Чаган-Шукуты, и вместе они стали спускаться на воду. Завидев их, лягушка унырнула в воду». Тогда Очурманы послал за ней Чаган-Шукуты. Он вытащил ее из глубины и положил на воду брюхом вверх. «Я сяду на брюхо лягушки, — сказал Очурманы, — а ты нырни и достань со дна что тебе попадется». Лишь во второй раз удалось Чаган-Шукуты принести пригоршню земли. Очурманы велел ему положить ее на лягушку, и земля стала расти.Это рассказ о возникновении земли из алтайской легенды. А у индейцев-ирокезов существует своя версия: «С вышнего мира упала божественная жена; два нырка подхватили ее, и решено было достать земли для поддержания этого существа». Черепаха приказала всем животным нырять в море. Однако только лягушка смогла принести землю во рту. Она и уложила ее вдоль щита черепахи.Древние люди не смотрели на животных свысока. В мифах, легендах и сказках животные думают, говорят, поступают хорошо или плохо, у них все, как и у людей. Жизнь человека очень сильно была связана с жизнью животных, и чем дальше в глубь веков, тем эта связь сильнее. Древний человек не мог видеть в животном существо, принципиально отличное от себя, и воспринимал его как другого человека, только непохожего на него самого внешне. Больше того, древние люди признавали превосходство некоторых животных над собой, верили, что они обладают особой мудростью.Одно из тюркских сказаний повествует, как бог алтайцев Ульгень создал людей. Создал он людей и ушел. А в это время появился Ерлик и «вложил в них худую душу, вдохнул, тела ожили». Вернулся Ульгень, увидел это и не знает, что делать: уничтожить свои создания или оставить? Сидит Ульгень, думает, и тут «к нему прискакала лягушка и говорит: «Зачем истреблять их? Пусть себе живут: которые умирают, пусть умирают, которые живут, пусть живут». Послушался ее Ульгень, не стал трогать людей. Но люди были нагими, холодно им было. И опять задумался Ульгень: «Из чего бы сотворить огонь?» А лягушка говорит ему: «На горе есть камни, а на березе — губа». Понял все Ульгень, взял губу, сделал трут, взял два камня и добыл огонь.В русской сказке старая колченогая лягушка