Выстрел в воздух от инструктора ознаменовал начало боя. Размявшись, пошла в сторону базы противника. Итак, где же мой олень бродит? Я короткими перебежками двигалась вперёд, с пневматом на перевес. Мельком заметила Виви, которая тоже кого-то выслеживала. Она хитро улыбалась и вертела головой, от чего высокий хвост хлестал воздух. Подружек Макса я не видела, да и плевать на них. Впереди засветилась сигнальная ракета, вспыхнувшая в небе красным. Так, что-то мне подсказывает, что это знак именно для меня.
Замерев за деревом, я притаилась. Влад, оглядываясь по сторонам, напоминал зайца. Дрожащего, испуганного ушастого, который мечтал сбежать подальше. Не дрогнувшей рукой нацелилась ему между ног, спуская крючок. Короткий свист, порыв ветра, скользнувший по моей щеке, и на весь лес разноситься крик. На штанах Влада медленно растекается пятно красной краски, которое он пытается прикрыть руками. Первый пошёл, как же приятно. Мужчина перепугано хватает свое ружье, вертя головой и высматривая противника.
Короткая перебежка, и вот я уже у него за спиной. Только приготовилась к новому выстрелу, однако не успела. Шарик с краской пролетел в паре сантиметров от моей головы, врезаясь прямо во Влада. Кто посмел? Я резко обернулась назад, и почти уткнулась в расслабленного Игната. Он просто пожал плечами и насвистывая легенькую мелодию, пошел в сторону. Мой же олень разозлено кричал, почти топая ногами. Я перехватила пневмат и прицелилась в некогда любимую задницу. Щелк, бам, и новая порция крика. Штаны явно отправятся в мусорку, ведь останавливаться я не собираюсь.
Влад попытался сбежать, однако я все равно его нашла. Расстреливая без остановки, покрывала его одежду толстым слоем краски. Я выплескивала всю злость, что накопилась внутри. До конца игры оставалось всего ничего, когда я сделала финальный выстрел в голову. Пока мужчина стряхивал со шлема краску, не спеша вышла из леса. Пора поставить точку во всем этом спектакле. Под ногой хрустнула ветка, и Влад встрепенулся. Он зло снял с себя шлем, и уставился на меня. Я медленно последовала его примеру, давая раскрасневшемуся лицу остыть под ветерком.
— Ты?! — одновременно удивлённо и зло крикнул Влад.
— Я, голубчик, — небрежно перехватила ружье, целясь Владу между ног. Там уже не было чистого клочка ткани, сплошное разноцветное месиво. Ухмыльнувшись, я произнесла: — Свадьба отменяется. Козел.
Глава 26
— Что ты сейчас сказала? — ошарашенно выдавил Влад, и откинул от себя шлем. Его кулаки сжались, а на лице заиграли желваки. — С ума сошла? Ты поэтому меня сюда притащила, поиздеваться со своим любовничком?! Шалава!
Он подлетел ко мне, буквально за пару шагов, и ударил по лицу. Моя голова мотнулась в сторону, а боль вспыхнула с крохотной задержкой. Щеку словно опалил огонь, растекающийся по всему лицу волнами. Во рту появился металлический привкус, и я медленно вытерла тонкую струйку крови с подбородка. Подонок, какой же он подонок. Я больше не видела перед собой того человека, на которого потратила несколько лет своей жизни. Лишь мусор, недостойный дышать со мной одним воздухом.
Я не успела моргнуть и хоть как-то ответить ему, как на поляне стало тесно. Подобно порыву ветра, рядом оказался Алекс, прижимая меня к своей груди. А Игнат повалил Влада на землю, вдавливая его в зелёную траву. Он сел на него сверху, обрушая удары на мужское лицо. Мои глаза, наверное, напоминали сейчас блюдца. Я в шоке смотрела, как красивое лицо этого урода превращается в месиво.
— Ты, — удар. — Тварь, — ещё удар. — Не должен, — ещё два удара. — Бить, — удар, от которого что хрустнуло, — женщин.
Хладнокровно говорил Игнат, нанося все новые удары. Влад мог только стонать и молить о помощи, однако его все игнорировали. Я стояла не в силах отвести взгляд от взбешенного Игната, а брат явно наслаждался зрелищем. Когда я попыталась вернуться и остановить побоище, он крепко сжал мои плечи и не пустил. Но нельзя ведь так, проблем не оберемся, если эта падаль заявление напишет. Меня волновал отнюдь не этот урод, а Игнат, у которого будут большие проблемы из-за меня.
Спустя некоторое время, когда я уже не могла смотреть на это всё и отвернулась, уткнувшись носом в грудь брата, мужчина остановился. Оторвавшись от Алекса, посмотрела в их сторону. Он поднялся, а трава возле них была покрыта алой кровью. Она стекала с разбитых кулаков, капая на лежащего на земле Влада. Игнат сплюнул, и прошел мимо нас, направляясь обратно в центр. К нам с Алексом подбежала испуганная Виви, раскрасневшаяся и взлохмаченная. Она бросила быстрый взгляд на пытающегося подняться Влада, и обхватила мое многострадальное лицо ладонями. Боль разгорелась с новой силой, щека с губой саднили и ныли.
— Бедняжка, это этот урод постарался? — обеспокоено спросила Виви, нежно прикасаясь к поврежденной коже.
— Забей, — я дёргала головой, вырываясь из её рук. Посмотрела на брата и отметила довольно потрёпанный вид, даже пара веточек застряла в волосах. Хм, перевела взгляд на подругу, которая старательно поправляла покосившийся хвост. Надо же… как интересно. — Пошли к выходу, нам тут больше делать нечего.
— Стой! Стой, дрянь рыжая! — сипло прокричал Влад нам в след, — я заявление напишу! Вам всем не поздоровится!
— Ты забыл кто мой отец? — добавив в голос издёвки, произнесла. Для большего эффекта пришлось обернуться, это и позволило увидеть заплывшие глаза и кровоподтеки на лице этого подонка. Я растянула губы в улыбке, пытаясь не скривиться от боли, — Нам ничего не будет, а вот тебе… Что ж, желаю удачи с той блондинкой. Скажи спасибо, что я не выставлю счёт за испорченную свадьбу.
— Сука! — прилетело мне в спину, но отвечать я посчитала ниже своего достоинства.
Что же, стоит признать, поездка удалась. В душе должно было воцариться спокойствие и умиротворение, однако почему-то ощущалось лишь едкое разочарование. Гадко, от произошедшего; от того, что щека болела; от осознания, что едва не разрушила собственную жизнь. Ведь такие люди как Влад любят скрывать истинные намерения, выжидают, пока жертва не расслабиться и не утратит бдительность. Сколько я слышала случаев, когда любящий парень и жених превращался в изверга-мужа, бьющего по любому поводу.
Мне повезло, что аноним прислал видео. Не будь его, я не стала бы верить в измену Влада. Розовые очки не дают видеть истину, даже если она прямо перед носом. От этого хотелось заплакать — слезы подкатывал к глазам, норовя сорваться с ресниц. Я сжала кофту на груди, желая удержать разогнавшееся сердце. Больно, очень больно. Ни капли тех чувств, что я ожидала после мести. Не различая дороги и людей вокруг, побрела к своей машине. Нужно продержаться, пока не останусь в одиночестве.
Меня догнала Виви, узнала её по аромату духов. Обняв мои плечи, она без слов повела меня к моей ласточке. Вырвала из трясущихся рук ключи и сама разблокировала замок, усаживая мое тело на заднее сиденье. Я словно отключилась, превратилась в безвольную куклу, что позволяет другим играть собой. Забавно, вот как чувствуешь себя, когда весь мир теряет краски. Будто в чёрно-белом фильме, старом и потрёпанном жизнью.
Машина тихо заворчала и тронулась с места, унося меня куда-то в неизвестность. Скорее всего домой, мысли так вяло текли в моей голове, что я просто пялилась в окно. Казалось, там проносится не дорога, а мои мечты и планы, уходящие в бездну пустоты. Вроде бы я отомстила, сделала все запланированное, но отчего так хочется плакать? Навзрыд, уткнувшись в подушку, чтобы не сдерживать крик. Ненависть и гнев испарились, словно лопнувший мыльный пузырь, обдавая меня брызгами усталости.
Глава 27
Виви остановила машину у магазина, и пропала на десять минут. Я безразлично отсчитывала минуты, глядя на проходящих мимо людей. Женщины с детьми, собачники с верными друзьями на поводках, мужчины. Интересно, сколько из них изменяют своим половинкам? Каждый десятый, пятый или второй? Иногда, кажется, что каждый на этой прогнившей планете хоть раз, но предавал. Это относиться не только к отношениям, но и к дружбе, работе, хобби. Мы передаем даже самих себя, пытаясь понравиться нужным людям или меняя любимое дело, на выгодную должность.
Хочется верить, что в мире остались верные люди. Я, например, никогда не пойду на измену. Виви тоже, несмотря на свой свободолюбивый характер, предпочитает моногамные отношения. Нам никогда не приходило в голову начать искать любовные приключения на стороне. Вздохнула, и вот чем это все обернулось. Нож в спину, который я совсем не ожидала. Больно, грустно и до обидного гадко. Нужно пойти анализы сдать, вдруг он гонорею подхватил от своих подружек. Виви вернулась, держа в руках две бутылки вина. Хм, без закуски значит. Ладно, настроение самое подходящее.
Мы приехали ко мне домой, в тишине зашли в квартиру. Пустота и одиночество, ими повеяло, стоило открыть входную дверь. Я сняла кроссовки и побрела на кухню, Виви не единожды бывала в гостях, так что не потеряется. Её шаги слышались в гостиной, стучали бутылки о стол, звенели бокалы. Молодец, нашла их в серванте. Я, все ещё находясь в некой прострации, умылась ледяной водой. Она слегка отрезвила, возвращая миру краски. Ещё пару раз протёрла лицо водой, фыркая от её холода. Нужно прийти в себя, а то совсем раскисла.
— Давай, подруга, топай сюда! — донёсся до меня крик Виви.
Я вытерла лицо, осторожно промакивая полотенцем пострадавшую щеку. Сволочь разноцветная, мало я его краской обстреляла. Тяжело вздохнула, и пошла в гостиную. Виви уже разлила вино по бокалам, и теперь приглашающе похлопала по дивану. Села, не привыкшие к столь активному отдыху мышцы слабо заныли. Почему-то только сейчас, а не в машине, или же я просто настолько была погружена в себя. Сейчас уже и не знаю, да и какой смысл думать об этом.
— За сладкую месть, — подняла бокал Виви и сказала: — Пусть этот козел катится на все четыре стороны.
— Да… Скатертью дорога, — мрачно произнесла и залпом осушила пол бокала. Вино обожгло горло, мягко скользя вниз. По телу моментально разлилось тепло.