– Вы уже несколько дней здесь! – прогудел Шак Тарум уже не так громко, как раньше.
– Мы здесь второй день, а несколько дней только вот эти двое, – Весемир кивнул на Геральта и Ламберта. – Они установили, что опасность вами оценена неправильно и сразу же вызвали нас. Дело идет, понимаете? Мы уже в общих чертах представляем функционирование колонии алканофагов. Теперь нужно выработать правильную стратегию противостояния и уничтожить колонию, разом или по частям. Но криком вы делу точно не поможете. Лучше помогите ресурсами. Я доступно изъясняюсь?
Весемир говорил так твердо, уверенно и спокойно, что пыл Шака Тарума быстро сошел на нет. Даже его прилизанные референты-адъютанты прекратили недобро шушукаться и что-то чиркать в наладонниках.
В стороне, ближе к маяку, столпились комбинатские работяги, живых тридцать. Если во время Тарумовой оратории они были всецело на стороне босса, то слова и спокойствие Весемира их недовольство пригасили, это чувствовалось однозначно. Во всяком случае, эмоциональный фон из беспокойно-настороженного плавно перетек в состояние, которое лучше всего описывалось словом «надежда».
– Насколько я понял, вы намерены предпринять экстренные меры для вывоза остатков метанола? – спросил Весемир.
– Разумеется! – фыркнул Шак Тарум. – Не идиоты же мы в самом-то деле… Хотя факт сотрудничества с Арзамасом пока свидетельствует как раз об…
– Хватит, господин Тарум! Лучше обрисуйте подробнее – что конкретно вы намерены предпринять?
Орк царственным жестом поддел рукав и взглянул на часы.
– Через… сорок минут к складам подъедет колонна грузовиков, часть из них бортовые, часть – цистерны-спиртовозы. К вечеру на складах не останется ни капли метанола!
– Куда последует колонна после погрузки?
– На станцию Одесса-Товарная.
– Через Дофиновку?
– А вы знаете другую дорогу? – саркастически переспросил Шак Тарум.
– Знаю. В объезд, через Сычавку и по главной трассе, на Свердлово.
– Но это же лишних километров сорок! – удивился орк. – Зачем?
– В Дофиновке дорога проходит совсем рядом с морем, в нескольких десятках метров. А эти твари всегда приходят из моря.
Шак Тарум крепко задумался.
– Через Сычавку дорого, – услужливо подсказал один из референтов. – Одного топлива сколько уйдет, колонна немаленькая. Да и время аренды регламентировано весьма строго, господин Тарум. Можем не уложиться.
– Если диски нападут – а они, я думаю, нападут, – за битые грузовики и спиртовозы платить придется в разы больше, – заметил Весемир. – Впрочем, дело ваше.
– Пусть едут через Сычавку, – озабоченно пробормотал Шак Тарум.
– Но… – начал было референт.
– Через Сычавку! – рявкнул Шак Тарум. – Или я неясно выразился? Соедини меня с директором автоколонны…
– Сию секунду, господин Тарум…
Весемир, до сих пор глядевший только на орка-начальника, обернулся, выискивая взглядом Геральта.
– Иди сюда, – поманил Весемир. Геральт приблизился, нарочито неторопливо.
– Как думаешь, – спросил Весемир. – Стоит несколько грузовиков все-таки прогнать через Дофиновку? С нашими в кабинах, ясное дело.
Несколько секунд Геральт размышлял.
– Опасно, – протянул он. – Но пища для размышлений явно будет.
– Готовьтесь, – велел Весемир. – Ты, Ламберт, Эскель, Зигурд и Миодраг. Шараф и остальной молодняк останутся со мной.
– А чего готовиться? – пожал плечами Геральт. – Все с нами, учитель.
– Я имел в виду – морально, – усмехнулся Весемир. – Хотя это вам тоже вряд ли нужно. Вы слишком хорошие ученики, хлопцы…
Старый ведьмак был совершенно прав – любой из названных, включая малька-Миодрага, мог в любой момент безо всяких моральных потрясений сцепиться с любым смертоносным механизмом. И выйти из схватки победителем. В сегодняшнем случае никто из ведьмаков не знал рецепта победы. Но разве из-за этого кто-нибудь отступил бы?
– Ага, – сказал вдруг Весемир, всматриваясь куда-то за спину Геральта. – Успел-таки… Я уж и надеяться перестал!
Геральт оглянулся. К складам, обильно пыля, тянул по неасфальтированной колее целый кортеж: лимузин, четыре здоровенных пикапа и замыкающим – микроавтобус.
– Хм… Неужто Халькдафф? – предположил Ламберт, тоже пристально глядящий на кортеж.
«Кто же еще? – подумал Геральт. – Прав Весемир: даже странно, что только сейчас…»
Вездесущий техник-магистр с Выставки действительно мог бы объявиться и раньше – случай был как раз по его интересам. Делом он ведьмакам вряд ли стал бы помогать, но вполне мог дать весьма и весьма ценные советы. Эльфы априори опытнее людей – они живут тысячи лет и никогда не забывают ничего, что произошло у них на глазах.
Но Халькдафф слыл эльфом со странностями.
Возможно, это были и не странности, а именно возраст, запредельный по людским меркам возраст. Однако не имелось у людей возможности дожить до момента, когда странности старых эльфов показались бы им чем-то понятным и очевидным.
Кортеж ехал медленно, явно не собираясь ускоряться. Все волей-неволей наблюдали за его приближением: и Шак Тарум со свитой, и ведьмаки, и плотная группа комбинатских. Наблюдали молча.
Ветер равнодушно сносил поднятую дорожную пыль в сторону моря.
Наконец кортеж подъехал. Пикапы и микроавтобус встали, образовав неровный полукруг; лимузин затормозил метрах в пяти от микроавтобуса. На передних дверцах всех машин, кроме лимузина, виднелась эмблема концерна Халькдаффа – красный круг на белом фоне. А на капоте лимузина трепыхались два таких же флажка.
Прошла целая минута, прежде чем дверь лимузина открылась. Вначале передняя – показался молодой эльф в бежевом деловом костюме, характерно топорщащийся там, где обычно носят кобуру. Квадратные носки туфель эльфа были чрезвычайно удобны в потасовке любой степени сложности, а темные очки не позволяли заглянуть ему в глаза.
Эльф неторопливо прошествовал вдоль лимузина и открыл заднюю дверь. Только после этого из машины выбрался Халькдафф, причем тоже не сразу, а через добрых полминуты.
Второй эльф-охранник обошел лимузин и встал у Халькдаффа за правым плечом. За левым уже стоял эльф, который открывал дверь.
– Добрый день, – поздоровался Халькдафф.
Костюм у него был подороже, чем у охранников, в районе подмышек ничего не топырилось, носки у туфель были острее, а очков магистр с Выставки не носил вовсе. Его длинные седые волосы шевелились на неугомонном ветру.
– Приветствую, эфенди!
Геральт не поверил глазам: Шак Тарум согнулся в поклоне. Как-то не вязалось подобное со спесивой орочьей натурой. Но… мало ли? Орки тоже долгожители. А у долгожителей свои счеты и отношения.
– Здравствуй, Халькдафф, – проскрипел Весемир. Вообще-то он говорил как прежде, но после голосов эльфа и орка голос пожилого человека, пусть и ведьмака, действительно звучал блекло и скрипуче.
– Прогуляемся? – предложил Халькдафф. – До бережка, например. Шак, только своим вели остаться. Втроем поговорим – ты, я и Весемир.
– Как угодно, эфенди!
Орк сделался чистым паинькой, прям и не поверишь, что четверть часа назад голосил, будто обманутая торговка на Привозе.
– Я так понимаю, разговор пойдет о… здешних проблемах? – спросил Весемир магистра.
– Естественно, – подтвердил Халькдафф. – Есть вещи, которых ведьмаки по понятным причинам помнить не могут, а орки давно забыли за ненадобностью.
Весемир по-стариковски пошевелил губами, словно жевал что-то несуществующее.
– Я бы хотел, чтобы при разговоре присутствовал кто-нибудь из ведьмаков… помоложе, – сказал он. – А то память у людей, знаешь ли, со временем слабеет.
– Не проблема. Койон здесь? Что-то не вижу.
– Нет Койона, занят. Пусть пойдет Геральт. Не возражаешь?
– Хорошо, пусть Геральт, – кивнул Халькдафф.
Он щелкнул пальцами; один из охранников тут же полез в лимузин, вынул несколько раскладных стульчиков. Халькдафф, ни на кого не глядя и не оборачиваясь, быстро зашагал к морю, оставляя маяк и прилегающие строения чуть правее себя. Шак Тарум, пыхтя, поспешил за ним. Весемир призывно качнул головой и пошел за орком – не то чтобы торопливо, но довольно резво. Геральт, понятное дело, тоже не стал мешкать. Охранники разделились: один неотступно следовал за Халькдаффом, второй, со стульчиками, замыкал шествие.
Идти пришлось долго, минут, наверное, пять. Халькдафф не угомонился, пока не вышел к самой воде, на прибрежный песок, а потом еще прогулялся вдоль прибоя. Остановился, сложил руки на груди и принялся отстраненно созерцать море. Ветер продолжал трепать седую шевелюру эльфа.
Нагруженный охранник расставил стульчики, отступил и несколько раз негромко кашлянул. Халькдафф порывисто обернулся, жестом пригласил Шака Тарума и Весемира занять места и сам тоже присел. Геральт без затей уселся прямо на песок, потому что стульчиков оказалось только три.
Конечно же, Халькдафф долго молчал, прежде чем начал говорить. Эльфы иначе не могут. Все терпеливо ждали.
Шумел прибой, горласто покрикивали чайки.
– Море совсем не меняется, – сообщил Халькдафф задумчиво. – Сколько себя помню – оно все такое же.
Шак Тарум деликатно покашлял в кулак:
– Кхе-кхе… А с чего ему меняться-то? Плещется себе да плещется…
Халькдафф еще немного помолчал.
– Шак, тебе придется распрощаться со всем наличным метанолом. А если им не хватит наличного – со всем, который будет произведен в ближайшее время, – внезапно перешел к делу эльф.
Тарум не замедлил набычиться:
– Эфенди, вы прекрасно знаете, как я вас уважаю, – пробасил он, постепенно подпуская в слова возмущение. – Но это невозможно! Это уже не наш метанол! Концерн его продал и взял обязательство поставить… сроки, кстати, давно сорваны, так что мы еще и на штрафные санкции попадаем…
– Пустые слова, Шак, – прервал его Халькдафф. – Все уже решено, причем не нами.
– А кем?
– На самом высоком уровне, – уклончиво ответил эльф. – И не плачь по убыткам, если все пройдет гладко – спишут твоему концерну и долги, и штрафы, еще и льгот потом отсыпят, так что будешь в шоколаде и шампанском.