– Не по понятиям! – объяснил гном. – Дорога на любой фестиваль открыта всем, хоть ты «Крук», хоть ты «Кажан», хоть ты черт в телогрейке. Это закон. И другой есть закон – никаких на фестивале разборок со стрельбой и ножичками. Все счеты остаются за шлагбаумом. Обниматься-лобызаться с врагами никто не принуждает, можешь десятой дорогой их обходить, но чтобы никаких разборок прямо на фестивале – это железно. Потому, кстати, народ и на взводе: все болтают, будто «Круки» ночью кого-то прихлопнули, но никто ничего доподлинно не знает. Однако полицаи тут с утра трутся, «скорые» приезжали и вроде одного мужика увезли, а вокруг его палатки оцепление и караул выставлен. Сам понимаешь, народ беспокоится.
– Значит, – задумчиво произнес Геральт, – «Крукам» выгодно, если бы у «Кажанов» на фестивале стряслась какая-нибудь большая жопа? С криминалом?
– Еще как выгодно! Но только в том случае, если сами «Круки» останутся чистыми. Если станет известно, что они причастны – минус им, а не фестивалю «Кажанов». И очень, скажу тебе, увесистый минус. К врагам на фестивали многие кланы заезжают, потому что просто байкеров, без кланов, намного больше. В сущности, противостояния кланов – это всего лишь борьба за симпатии армии нейтралов. Но обычно все прекрасно осознают, что попытка навредить фестивалю, скорее всего, обойдется не просто дорого, а офигенно дорого. И блюдут законы неукоснительно. Такие дела, ведьмак… Роел, налей-ка, а то у меня от этих лекций уже в глотке пересохло.
– И правда, – буркнул второй гном. – Задвинул ты речугу, у меня аж челюсть отвисла. С начала охоты больше трех слов подряд не произносил, а тут – прям, соловьем заливается…
– Сам-то, – беззлобно проворчал Бюскермолен и ткнул коллегу кулаком под ребра.
Около получаса ничего толком не происходило – болтали, выпивали. Потом пришел насупленный Михай, хватил целый стакан горлодера за раз, уселся с краю и налил себе второй.
– И сегодня не охмурил… – тихо сказал Зеппелин и сокрушенно вздохнул.
Бюс с Роелом старательно прятали в бороды беззлобный смех.
Потом гномы заказали шашлыку, Геральту тоже, поскольку обед он благополучно пропустил.
Ведьмак практически уже расправился со своей порцией, когда неподалеку обозначился полицейский в форме. Он вроде бы ничем особым не занимался – прохаживался по дорожке, поглядывая на палатки и корпуса, на снующих туда-сюда фестивальчан. Но если задуматься, он блокировал все пространство к западу от стола.
Поглядев в противоположную сторону, Геральт заметил второго полицая – этот контролировал дорожку, ведущую к центру лагеря.
«Кажется, началось», – понял Геральт и торопливо сжевал последний кусочек мяса.
Он не ошибся: зазвонил служебный мобильник.
– Слушаю, – ответил ведьмак.
Звонил хозяин.
– Геральт, вы?
– Я, – ответил ведьмак, очень удивившись тому, что Хорн вдруг обратился к нему на «вы».
– Зайдите в штаб, – велел хозяин.
– Иду, – Геральт отключился и встал.
Скорее всего, решил он, модуль начал поиски базы. Иначе зачем бы следствию опять понадобился ведьмак?
– Ты куда? – поинтересовался простодушный Зеппелин.
– Вызывают, – вздохнул Геральт. – Холера их побери! Думал, отдохну, ага…
В кабинете хозяина сидели двое следователей, техник Шектер (почему-то непривычно бледный), прокурор с помощником, сам Хорн и, как выяснилось, когда закрылась дверь, два оставшихся полицейских из оцепления – рослые, здоровые парни. Оба тут же встали у двери, словно часовые.
Геральт через плечо покосился на них и вопросительно уставился на хозяина.
– Ведьмак Геральт! – заговорил, вопреки ожиданиям, старший следователь, а не Хорн. – Как вы полагаете, почему вас вызвали?
– Полагаю, – спокойно отозвался Геральт, – модуль начал поиски базы.
– Правильно полагаете, – кивнул следователь. – Более того, он базу уже нашел. Знаете где?
– Нет.
Следователь хмуро буравил Геральта взглядом. Остальные, в общем-то, тоже, только Шектер выглядел не хмурым, а скорее растерянным.
Второй следователь неожиданно вынул из-под стола потертый рюкзачок Геральта и положил на стол.
– Вам знаком этот предмет? – осведомился старший следователь.
– Да, пан майор, – без колебаний ответил Геральт. – Знаком.
Служивые явно ожидали продолжения, но ведьмак решил отвечать только на конкретные вопросы.
– И что же это такое? – слегка раздраженно уточнил следователь после довольно длинной паузы.
– Мой походный шмотник. Ой, простите – рюкзачок.
Геральт оставался спокойным и у него имелись на то веские причины.
– Хорошо, – так и не дождавшись от ведьмака ни подробностей, ни расспросов заявил майор. – Я вижу, слова из вас клещами вытягивать нужно. Повторюсь. Модуль действительно отправился на поиски базы и нашел ее. Угадайте – где?
– Наверное, в двести сороковой комнате, где живем мы со Сход Развалычем, – предположил Геральт. – И скорее всего – в моем рюкзачке. Иначе к чему весь этот цирк?
– Угадали! – майор впечатленно покачал головой. – Но ваше спокойствие просто поражает. Вы не похожи на идиота, Геральт. Подсказать следствию верный путь и так тупо срезаться с базой – нет, не верю. Давайте-ка, рассказывайте все, что вам известно. И учтите, вне зависимости от моих предчувствий в данный момент вы по-любому главный подозреваемый. Так что советую выкладывать все и сразу.
Геральт и сейчас остался спокоен.
– Пан майор, к сожалению, мне известно не больше вашего, – заговорил он. – А вернее, что и меньше. Я понятия не имею как оказалась база, в моем рюкзачке. Но есть очень простой способ выяснить, как она туда попала.
– И что это за способ? – спросил следователь с неподдельным интересом.
– Для этого нужно попасть в комнату двести сорок. Кто меня сопроводит?
Сопровождать вызвались все, даже прокурор.
Геральт нахмурился.
– Пан майор, скажите, мой шмотник из домика вынимали с такой же помпой? В смысле – большой делегацией, при мундирах и у всех на виду?
– Вы считаете нас дилетантами? – фыркнул следователь. – Все это время вы просидели неподалеку от своего домика, во всяком случае – домик был у вас в прямой видимости. Много вы заметили?
– По правде говоря, – честно признался Геральт, – вообще ничего не заметил. Но я и не присматривался особо. Хорошо. Пусть вот он, – ведьмак указал на техника Шектера, – сходит ко мне, снимет видеорегистратор и принесет сюда. Думаю, там найдутся интересные кадры!
– Вы установили в своей комнате видеорегистратор? – удивленно вскинул брови майор.
– Представьте себе, – усмехнулся ведьмак.
– Считаете себя важной персоной или у вас мания преследования? – с ехидцей поинтересовался майор и тут же добавил: – Шучу, шучу. На самом деле вы в очередной раз меня удивляете Геральт. На этот раз – приятно.
И помощнику:
– Орно!
– Слушаю, господин майор! – вскочил техник.
– Возьми кого-нибудь из своих и еще Завадского. Не шуметь, не светиться. Ясно?
– Так точно, господин майор!
– Объясните технику, где конкретно установлена камера, – велел следователь Геральту и устало откинулся на спинку кресла.
Ведьмак объяснил. Шектер тотчас метнулся прочь из кабинета.
– Пока они там занимаются делом, – сказал майор, пристально глядя на Геральта, но уже без прежней хмурости, – не объяснишь ли, за каким лядом ты поставил у себя регистратор, а ведьмак?
– А я всегда его ставлю, если ночую в оживленных местах, – просто ответил Геральт и со вздохом добавил: – Слишком уж велик соблазн свалить все темные делишки на поганого ведьмака, которого в лучшем случае сильно недолюбливают, а чаще банально ненавидят. Регистратор в этом смысле здорово выручает, проверено.
Майор покачал головой и протяжно вздохнул:
– Мда-а-а… Если ты и преувеличиваешь, ведьмак, то самую малость…
Геральт помолчал и на всякий случай спросил:
– Судя по тому, что ко мне снова обращаются на «ты», я больше не главный подозреваемый?
– Не беги впереди паровоза, ведьмак – буркнул майор и вынул портативную рацию:
– Десна, я Сокол, прием!
– Тут Десна, – отозвалась рация.
– Как там карасики?
– Сидят. Пьют.
– А окуньки?
– Окуньки играют в футбол сраками! – бодро доложила Десна.
Помощник прокурора прыснул в кулак, а прокурор так просто заржал в голос. Секундой позже до Геральта дошло, что на самом деле это были два слова – «с раками», и он тоже рассмеялся.
– Идиоты! В футбол играют ногами! – буркнул майор в рацию и отложил ее в сторону. – Какой осел подбирал позывные, а Хвыля?
Второй следователь виновато пожал плечами:
– Я подбирал! А чего? Карасики, окуньки, раки…
– Сраки… – добавил майор, не скрывая сарказма. – Ладно, хер с вами.
– Мощная у вас конспирация, – покачал головой Геральт.
– Да уж какая есть, – пробурчал майор. – Слушай, а как ты догадался, что эта хрень не приползла в палатку, а спустилась с дерева? Предположение нетривиальное, чтоб не сказать сильнее.
– Вы книги читаете? – вопросом на вопрос ответил Геральт.
– В смысле? – насторожился следователь.
– В прямом. Есть целый цикл рассказов об одном сыщике из Большого Лондона. Так вот, он часто руководствовался простым принципом: отбрось все невероятное и останется только то, что на самом деле произошло. Не дословно, но как-то так. Очень полезный принцип, уверяю.
– М-да… – с сомнением произнес майор.
– Это не «Круки», – неожиданно заговорил хозяин.
Все невольно обернулись к нему. Хорн сидел, слегка навалившись на столешницу. Глаза его были опущены, словно прямо перед его локтями на столе происходило нечто интересное.
– Они подходили ко мне, – продолжил Хорн. – Я им верю.
– Верим, не верим, а всяко проверим, – с ходу скаламбурил майор. – Ведьмак, ты садись, чего маячишь. Во-он за тот стол, там и ноутбук подключим, как Орно вернется.
Геральт послушно прошел к угловому столу и сел рядом с ним.
Минут десять прошло в томительном ожидании, потом некая Роза доложила по рации, что Пирожок возвращается. Еще через несколько минут в кабинет ввалился деловитый донельзя Шектер и гордо выложил пред очи пана майора ведьмачий видеорегистратор – судя по виду, снятый штатно, а не выдранный с корнями, как втайне опасался Геральт.