Ламберт зябко двинул плечами и поудобнее перехватил помповуху. Напарник тоже чувствовал себя неуютно здесь, на пустом острове.
– Давай еще подвалы прошерстим, – предложил Геральт. – Какое-то у меня предчувствие нехорошее…
В известной мере предчувствие Геральта не обмануло – в подвале административного корпуса наткнулись они на достаточно нетривиальную картину. В подвал, кстати, попасть оказалось не так-то легко: бронированная входная дверь была не просто заперта, а вдобавок заварена. А чуть позже выяснилось, что еще и завалена изнутри. Штурмовать ее, имея на руках только ружья да по паре гранат, было бессмысленно. Ведьмаки и не стали штурмовать. А в подвал они проникли тем же путем, что и нападавшие, от которых пытались обороняться боевые механизмы острова Майский, – через пролом в стене соседней котельной. Пролом, несомненно, сделали нападавшие, хотя чем можно выжечь продолговатую дыру в двух состыкованных капитальных фундаментах, ни Геральт, ни Ламберт снова не поняли.
Кто-то ворвался в подвал, где собралось несколько десятков боевых роботов. Вполне на тот момент боеспособных. И стрельба в подвале поднялась нешуточная – бетон и штукатурка хранили бесспорные следы шквального огня. Только оборонявшимся это не очень помогло – все они полегли здесь. При виде покореженных, но до сих пор не заржавевших металлических остовов даже ведьмакам стало малость не по себе. Роботы Майского были четырех типов: стационарные спаренные турельки-треножники (большой убойной силы агрегаты!); гусенично-эффекторные универсалы; РИПы, похожие на жутковатых пауков, и многоцелевые роботы-диверсанты, более всего смахивающие на донельзя модернизированные газонокосилки. Геральт даже не собирался представлять – какие были нужны силы, чтобы заставить эту феерическую свору забиться в подвал, заварить и забаррикадировать входные двери и в конечном итоге все равно принять и проиграть вчистую последний бой. Роботы валялись как попало, почти все имели сквозные отверстия, причем не пробитые пулями, а вроде как проплавленные. И метили неизвестные стрелки не куда придется, а с умом – главным образом в огневые и управляющие центры роботов.
– Эй, Геральт! – позвал вдруг напарника Ламберт из дальнего угла, где мертвых роботов громоздилась особенно величественная куча. – Гляди-ка!
Геральт подошел поближе и подсветил фонарем. Под напластованием РИПов и универсалов угадывалось что-то одновременно знакомое и незнакомое.
Не сговариваясь, ведьмаки несколько минут методично растаскивали битых роботов Майского в стороны, пока под целой их грудой не открылся двояковыпуклый диск.
Он не был так помят, как собрат из комбинатской будки, – поверхность найденного кругляша осталась сравнительно гладкой. Но если мятый диск с комбината диаметром вряд ли превышал восемьдесят-восемьдесят пять сантиметров, то этот был явно крупнее – метра полтора, может, немного меньше. Он тоже состоял из двух бронеплит со щелью-углублением по экватору; в эту щель и угодила то ли микрограната, то ли кумулятивная бронебойная пуля. Удачно попала, диск навеки спекся.
Но это был единственный пострадавший диск. А вот роботы Майского были явно перебиты все до единого.
– Не утащим, – оценил Ламберт с сожалением. – Давай-ка учиним ему первичный осмотр…
Учинили. По правде говоря, осмотр мало что дал: снаружи у диска ничего толком и не было, сплошная броня. А внутрь заглянуть не получилось – возможно, при правильном подходе диск и удалось бы разобрать, но сейчас ни инструмента серьезного под руками не имелось, ни приборов – ничего.
– Вот ведь зараза! – пожаловался Ламберт. – Что за дрянь: неизвестно, как функционирует; непонятно, что за оружие несет; неясно, как разобрать, – кобольд ногу вместе с мозгами сломит! Тьфу!
– В Арзамас его надо, – зло процедил Геральт. – Там точно развинтят… Что делать-то будем?
– Думаю, отступать, – предложил Ламберт. – Во второй подвал заглянем, и прочь отсюда. Если этот диск столько лет после побоища тут провалялся, никуда не денется еще недельку. А там и бригада из Арзамаса подоспеет, они и вывезут.
Напоследок Ламберт несколько раз сфотографировал диск и общую картину результатов побоища в подвале.
Под казармами подвалы ничем ведьмаков не поразили: там нашелся единственный дряхлый РИП, на момент вывода из строя явно уже списанный в какие-нибудь уборщики. Однако грохнули его знакомым способом: выстрелом в управляющий центр. Не пулей стреляли, как и в подвале.
– Вот же ж… Что у них за оружие, а? Лазерное? Плазменное? – недоумевал Ламберт. – Гляди, металлокерам прожигает, словно картон…
Геральт только угрюмо качал головой. Насколько было известно ведьмакам, что лазерное, что плазменное оружие существовало исключительно в теории. А разница между теорией и практикой, как легко догадаться, на практике всегда больше, чем в теории. Куда больше. Подобное оружие не существовало на Земле даже в виде прототипов, иначе Арзамас-16 о них непременно знал бы.
Уже наверху, на пирсе, Геральт пробурчал:
– Неохота под воду лезть… Вот бы вирги твои сюда подгребли.
– Мобильники не работают, – вздохнул Ламберт. – Так бы позвонил. Но вообще… Держатся местные живые от Майского подальше – и пусть держатся. Я так думаю.
– Тоже верно. Ладно, прячь ружье…
Оружие они упаковали практически в полной тишине – непромокаемые пакеты не шуршат.
Мобильник Геральт проверил уже на «Спокусе» – нормально работал, и сеть была доступна, и индикатор приема показывал честных три деления, как почти везде на лимане вблизи Очакова. При виргах-близнецах не хотелось обсуждать с Весемиром ведьмачьи секреты, поэтому дозваниваться Геральт никуда не стал. Лучше говорить в ламбертовской машине, по крайней мере, так спокойнее.
Хозяева швертбота вели себя чинно: вопросов никаких не задавали; едва ведьмаки взобрались на борт – попрятали удочки и принялись сниматься с якоря.
«Вообще, полезное у Лама знакомство, – подумал Геральт, сдирая с себя гидрокостюм. – Ребята вышколенные и нелюбопытные. Надо бы тоже с ними дружбу завести, не в последний раз на югах…»
До гидроузла добрались так же быстро; ведьмаки сошли на берег, а вирги сказали, что еще порыбачат, и снова отбыли в сторону Кинбурна.
– Нам же проще, – проворчал Ламберт, забрасывая на спину сумку. – Не придется отвозить. Ну что, двинули?
Геральт молча подхватил баулы и направился по изъеденному ветрами и брызгами молу к металлическому мостику.
Джип при виде хозяина весело пискнул сигнализацией – разблокировал двери. Погрузив снаряжение, Геральт первым уселся на место рядом с водительским и набрал Весемира. Тот снял трубку после первого же гудка, словно ожидал этого вызова.
Снова.
– Здравствуйте, учитель! – первым поздоровался Геральт.
– Ну наконец-то! – чуточку сварливо произнес Весемир. – Я уж заждался. Это ваша яхта только что шастала у Майского?
Геральт не особенно удивился – подобное происходило не впервые. Иногда ему вообще казалось, что Весемир либо умеет читать мысли, либо незримым духом постоянно витает у него над головой и непрерывно наблюдает за любым его действием. Почти всегда оказывалось, что Весемир осведомлен о делах и проблемах каждого ведьмака заметно лучше, чем те полагали.
– Не яхта, швертбот, – уточнил Геральт. – Учитель, есть разговор, но не хотелось бы по сотовому…
– Разумно. Знаешь кафешку «Свитязь» на набережной, около стадиона?
– В Очакове? – спросил Геральт, ничему уже не удивляясь.
– Ну не в Одессе же! – усмехнулся Весемир.
– Вы в Очакове, учитель?
– Со вчерашнего дня.
– Мы будем в течение получаса. «Свитязь», около стадиона.
– Жду, – сказал Весемир и отключился.
Ламберт, примерно в середине разговора тоже севший в машину, дождался, когда Геральт даст отбой, и многозначительно хмыкнул:
– «Свитязь», говоришь? Это на той стороне мыса.
– Знаешь где?
– Знаю. Поехали.
Ламберт лихо тронулся с места и погнал в гору, на запад.
– Все-таки Весемир суперведьмак, – сказал он напарнику. – Всегда на полшага впереди, в любом деле.
– Да уж, – буркнул Геральт, приоткрывая окно. Свежий ветер немедленно ворвался в салон. – Но, жизнь меня забери, я этому только рад.
– Я тоже… – отозвался Ламберт.
Кафе «Свитязь» действительно располагалось на набережной. Весемир сидел за самым дальним столиком открытой площадки в компании большой фарфоровой чашки, расписанной цветочками. Можно было спорить на что угодно: в чашке у него зеленый чай либо с жасмином, либо вообще без примесей.
Ведьмаки оставили машину на площадке и направились к тому же столику. Набережная в это время года была почти пустынна – а вот в сезон здесь, конечно же, не протолкнуться.
– Здравствуйте, учитель! – хором поздоровались Ламберт и Геральт.
Весемир кивнул и покосился на официанта, который вынырнул откуда-то из кухонных недр на задах здания и поспешил к столику.
– Я не голоден, – предупредил Весемир. – Пива по бокалу можете взять, а крепче ничего не надо.
Официант тем временем приблизился и замер у столика.
– Чем кормите? – дружелюбно поинтересовался Ламберт.
– Рекомендую мясо в горшочках! – мгновенно отозвался официант и приготовился записывать.
– Две дозы, – велел Ламберт. – И два салатика, да?
Геральт утвердительно кивнул.
– Ну и два пива, – закруглился Ламберт.
– Три, – поправил Весемир. – Ты считать разучился, Лам?
– Простите, учитель! – Ламберт смущенно приподнялся в пластиковом кресле. – Я не подумал…
– Да ладно, ладно, – отмахнулся Весемир и поглядел на официанта. – Неси давай…
Тот торопливо ушел назад, на кухню.
– Я уж и не помню, когда мы пили с вами пиво в прошлый раз, учитель! – деликатно пришел на помощь другу Геральт.
– Не помнишь, потому что этого никогда не было, – проворчал Весемир. – У начала Черного моря грех не опрокинуть чарочку. Обычно я тут пью коньяк «Зелений гай». Но сейчас и в самом деле лучше пива. Расслабьтесь, хлопцы, все в порядке.