Но сделает ли он это?
Теперь Семену казалось – ни за что.
Попив обязательного чаю, ведьмак угрюмо осмотрел свою одежду, как попало сваленную у продавленного дивана Сход Развалыча. Все, что осталось от куртки, было покрыто засохшей кровью и грязью. Штаны и рубашка остались более или менее целыми, но тоже были грязны до твердости. Досталось и ботинкам, но ботинки Сход Развалыч кое-как привел в пристойный вид на мойке – привязал их к металлическому штырьку и окатил водой из шланга под приличным давлением. А потом просушил у компрессора в котельной.
Ведьмачью одежду стирать было бессмысленно – Сход Развалыч не выбросил ее только потому, что в бесчисленных карманах Геральт хранил уйму всякой всячины, а шарить по карманам, пока хозяин валяется без сознания, кобольд не захотел.
– Вот, держи. – Сход Развалыч встал и принес со стола продолговатый сверток.
Геральт неловко принял сверток левой рукой, положил на постель и только потом сумел развернуть.
«Бедняга, – подумал Семен. – Как же он теперь без руки? Кому нужен? Как жить сможет? Ведьмачить, понятно, ему теперь не светит…»
Под газетой обнаружилась новенькая заводская роба и почему-то две пары носков.
– А куртка вон, на вешалке висит, от сына моего осталась… Можешь забирать.
На крайнем крючке у входа и впрямь висела коричневая кожаная куртка, порядком потертая, но все еще вполне приличная. Если ты, конечно, не аристократ…
– Карманов на ней, извини, поменьше, чем на твоей…
– Спасибо, – тихо поблагодарил ведьмак. – Спасибо вам…
– Тебе спасибо, ведьмак, – серьезно отозвался Сход Развалыч. – Я боюсь подумать, что произошло бы, доберись оборотень до атомной электростанции…
Одевался Геральт долго – понятно почему. Помощи он не просил, а предложить ни Семен, ни Сход Развалыч не решились. Орк представил себя без правой руки и тихо ужаснулся.
Что бы ни творилось на душе у Геральта – убиваться он не собирался. Упорно пытался при помощи одной левой сделать все, что совсем недавно делал двумя руками. И, надо сказать, у него получалось лучше, чем можно было ожидать.
Когда Геральт встал и облачился куртку – в один, понятно, рукав («насадка» на культе во второй просто не пролезла бы), – Семен деловито побренчал ключами от джипа:
– Куда едем? – и постарался беззаботно подмигнуть.
– В банк, – ответил ведьмак, роясь в карманах прежней, пришедшей в негодность одежды. – А где мой телефон?
– Я его с утра на подзарядку поставил… – сказал Сход Развалыч. – Вон, на окне…
Мобильник и впрямь лежал на подоконнике, соединенный гибким шнуром с источником техники посреди стены. Наполнившись техникой, он потом сможет довольно длительное время работать автономно. Обыкновенно телефон дремал в узком кармане на поясе хозяина; сейчас он блаженно притих, насыщаясь.
Геральт потянулся к мобильнику уцелевшей рукой; было видно, как подрагивают и не хотят сразу слушаться пальцы.
Некоторое время Геральт манипулировал кнопками и что-то просматривал на маленьком экранчике. Потом вздохнул, отсоединил шнур и сунул телефон в карман куртки.
– Ладно, – сказал он глухо. – Поехали… Только по дороге нужно будет купить какую-нибудь сумку или чемодан.
Сумку купили в хозяйственном на Сумской. Кожаную, с длинной лямкой, чтобы можно было носить через плечо. Мелочь, в одночасье ставшая для Геральта очень важной.
Всю дорогу ведьмак был молчалив и замкнут. Впрочем, он и до увечья не отличался разговорчивостью, а теперь и вовсе стал похож на манекен или изваяние.
Что-то его грызло изнутри. Семен догадывался – что. Да и нетрудно было догадаться.
Они припарковались у банка; здоровый бугай-смотритель в синей униформе, состоящий в основном из плеч и надбровных дуг, сразу вознамерился их турнуть со стоянки, но Геральт небрежно сунул в лопатообразную ладонь крупную кредитку и, пока здоровяк соображал что к чему, направился ко входу. Стеклянные двери разъехались сами собой, подчиняясь хитрой невидимой машинерии.
Охранники на входе тоже смерили троицу неодобрительными взглядами. Но ружье и ножи Геральт оставил в джипе; Семену также посоветовал пистолетик свой выложить, а у Сход Развалыча оружия вообще не было. Поэтому все трое прошли через рамку без эксцессов и охрана смолчала. Худой клиент – тоже клиент.
Геральт направился к ближайшему свободному окошку; выглядел он по-прежнему неестественно бледным.
Клерк, зеленомордый до пятнистости гоблин, поднял на клиента ничего не выражающий жабий взгляд.
– Я вас слушаю, – скучным голосом сказал гоблин и, не скрываясь, зевнул.
– Я хотел бы получить деньги по этому чеку, – сухо проговорил Геральт и подал белый прямоугольничек зеленомордому. – По возможности быстрее.
Разглядев цифру, клерк в первый момент даже растерялся. Для банка двести пятьдесят тысяч в общем-то не деньги. Но обращать в наличные такую сумму в Большом Киеве редко кто решался – возникал вполне оправданный риск прожить после визита в банк очень недолго. До ближайшего угла, например.
– А-а-а… – протянул клерк. – Простите, я должен проверить подлинность чека и посовещаться с менеджером… Не будете ли вы так любезны подождать во-он там? Надеюсь, вам будет удобно. Мы постараемся уладить ваше дело как можно быстрее.
Клерк указал на неприметный диванчик в углу холла, за развесистым южным кустом в необъятной кадке. Перед диванчиком располагался стол с подборкой красочных журналов. Ни пылинки невозможно было разглядеть на листьях куста – убирали в зале регулярно и тщательно.
Едва троица уселась, откуда-то вынырнула миловидная метисочка с явной примесью эльфийской крови и предложила кофе. Выглядела она любезно, но чувствовалось, что к подобной клиентуре она питает глубоко скрываемое презрение и предпочитает вертеть задом перед хорошо одетыми толстосумами, у которых бумажники набиты туго, а мысли вращаются вокруг всего лишь нескольких незатейливых тем.
От кофе Геральт отказался, а Семен со Сход Развалычем осмелели и попросили чаю. Метисочка белозубо улыбнулась и ушла, пообещав вскорости вернуться. С чаем, надо полагать.
Но прежде чем она вернулась, к столику пожаловал менеджер с чеком в ладони и с зеленомордым клерком по правую руку. Оба выглядели озабоченными.
– Господин?.. – вопросительно начал менеджер, обращаясь к Геральту.
– Иванов, – подсказал Геральт, предчувствуя, что не все в порядке.
– Господин Иванов, у вас чек на предъявителя, выданный губернатором Харькова, я правильно понял?
– Правильно, – подтвердил Геральт, машинально принимая белый прямоугольничек из холеных пальцев менеджера.
– К сожалению, мы не можем выдать деньги по этому чеку. Дело в том, что плательщиком указано Тамовское отделение банка «Равновесие». Со вчерашнего дня банк «Равновесие» заморозил счета и прекратил платежи. Боюсь, что имеет место банкротство.
– И что же мне делать? – сквозь зубы спросил Геральт.
Менеджер развел ладони в стороны:
– Возможно, есть смысл подъехать в отделение банка «Равновесие», но, если говорить начистоту, я полагаю, что денег вам не выплатят. Вот если вы обратитесь к губернатору и он выпишет чек на другого плательщика, платежеспособного – милости просим, выдадим вам все в лучшем виде, процент у нас невысокий…
– Спасибо, – мрачно перебил Геральт и встал. – Я могу от вас позвонить?
– Губернатору?
– Да.
– Ну, если у вас имеются нужные номера телефонов…
– Не смешите, – фыркнул Геральт. – Чтобы у крупнейшего банка Харькова не было выхода на губернатора?
Менеджер холодно улыбнулся:
– Простите, но служащие банка не обсуждают подобные вопросы с клиентурой, а банк не предоставляет подобных услуг.
Геральт поиграл желваками на щеках, хмуро убрал чек в карман, отодвинул с дороги клерка и направился к выходу. Семен со Сход Развалычем переглянулись и поспешили за ним.
Пройдя половину расстояния до дверей, Семен спохватился, трусцой вернулся к дивану и забрал позабытую Геральтом новенькую сумку.
Менеджер и клерк провели странную компанию долгими внимательными взглядами. Можно было не сомневаться, что губернатору о необычных визитерах банк сообщит очень оперативно.
На улице Геральт первым делом схватился за мобильник.
Набрав номер, он принялся нервно расхаживать около джипа. Тип в униформе таращился издалека, но предпочел не встревать.
– Халькдафф? – наконец дозвонился Геральт. – Поговорить нужно. Куда подъезжать? На завод? А губернатор где? Там же? Отлично, сейчас буду!
Геральт стал несколько менее мрачным. Даже наоборот, в нем народилась здоровая злость, как перед дракой за правое дело. Хотя еще совсем недавно казалось, что расшевелить потухшего ведьмака вряд ли удастся.
«Трудности, – подумал Семен. – Наверное, это даже хорошо, что они есть. Отвлечется, побегает… Как ни крути – жизнь-то продолжается. Рука – это, безусловно, много, но еще не все».
– Едем! – скомандовал ведьмак. – На хэтэзэ, к управлению!
Семен с готовностью уселся за руль, джип с не меньшей готовностью устремился вперед.
– Гады они, – неожиданно прокомментировал ситуацию Сход Развалыч, когда проехали примерно половину дороги. – Заварили, понимаешь, кашу, расхлебал ее чуть ли не в одиночку ведьмак, а платить, как всегда, некому.
Геральт не отозвался, судорожно вцепившись единственной рукой в поручень на торпеде.
До самого завода он не проронил ни слова.
Стоянка, проходная. У будочки скучали бандитского вида орки, по случаю визита хозяйских гостей облаченные в новенькую вахтерскую форму и даже нахлобучившие фуражки с зелеными околышами, чего вахта клана ни на одном заводе сроду не делала даже в самые чудные времена.
– Куда? – Один заступил дорогу Геральту, но ведьмак бешено взглянул на орка и тот отшатнулся, узнавая.
– А… Это ж ведьмак, – пробормотал второй орк. – И вы с ним?
Семен важно кивнул, стараясь держать заданную Геральтом марку.
– Сеня, проведи… – буркнул старший орк коллеге и лениво потянулся к телефону в будочке при турникетах.