– А потом? – робко поинтересовалась девчонка.
– А потом – как твой хозяин решит, так и будет. Ты ведь на самом деле угодила в рабство.
Девчонка несмело взглянула на Геральта, откинувшегося на спинку переднего кресла.
– А… У него правда вырастет рука? Новая?
– Правда, – серьезно подтвердил Ламберт. – Сколько тебе раз калечило руку, а, Геральт?
– Правую? – сонно переспросил Геральт. – Это четвертый.
– А левую?
– Левую два раза. И оба раза только кисть.
Девчонка протяжно вздохнула.
– Даже не верится…
– Можешь не верить. Но это так. Ведь мы – ведьмаки. Чудовища. Мутанты. Все, что болтают о нас живые, – правда… Для живых. А как обстоят дела на самом деле – это вопрос отдельный.
Покачав головой, девчонка тихо сказала:
– Странно это… Выглядеть в глазах всех горожан чудовищами… Не слишком ли велика цена за спокойствие города?
Ламберт неожиданно улыбнулся.
– Наивная ты. Никакая цена не высока, если речь идет о спокойствии города. Любого города. Да и не считаю я такую цену излишне высокой. И вопрос цены – действительно отдельный вопрос. Поверь.
– Кстати, о цене, – встрял Койон, на миг отвернувшись от дороги: он вполне доверял верному внедорожнику. – Не поднять ли цену губернатору Харькова, когда вернемся, например вдвое?
– Поднять, – сквозь зубы подтвердил Геральт. – Вот поправлюсь, вернемся, тогда и поговорим о новой цене. Думаю, война за линии завода между техниками уже поутихнет. Тут-то мы о себе и напомним.
– Да, вот еще что, – обратился к Геральту Ламберт. – Мы тут посовещались намедни… Думаю, тебе даже не придется менять имя и внешность. Весемир тоже не против.
– Это хорошо, – Геральт веселел на глазах. – А то я, знаешь ли, привык уже…
Пошарпанный внедорожник несся на восток, к границе Большого Киева. Далеко-далеко, в стороне от трасс, ведьмаков ждал закрытый городок Арзамас-16. Единственное место на Земле, где они осмеливались быть самими собой и где из-за этого не приходилось вспоминать о ценах.
Не приходилось. Совсем.
© октябрь – декабрь 2000
Николаев
No Past
Ночь лилась на площадь, густая, словно патока. Сразу с нескольких сторон – «дынц-дынц-дынц!» – доносилась музыка.
Такое впечатление, что одинаковая. А возможно, и нет – Геральт не вслушивался в голоса модных нынче медоголосых певичек, кукольно раскрашенных и патологически безмозглых. Спасибо, что в такт попадают да не фальшивят: раньше и такие на сцене встречались. В раннем детстве вирг все уши оттоптал, не иначе.
Площадь была огромна – говорят, самая просторная в Большом Киеве. Говорят, даже не только в Киеве – Европа, мол, тоже по этой части отдыхает. Вполне возможно – Геральт не мог припомнить площадей, превышающих размерами эту.
Вообще-то здесь, в Харькове, ему нравилось. Особенно сейчас, летом. Нет той одуряющей жары, которая свойственна южным районам Большого Киева – Мариуполю, Каховке, Николаеву, Одессе. Ночь шепчет и обволакивает, хоть на палец наматывай. Если бы не иллюминация – мерцали бы звезды, а так их почти не видно. Большинству киевлян они казались редкими и тусклыми искорками в небе, но Геральт видел звезды лучше остальных живых, причем не только глазами.
Возможно, на настроение Геральта влиял и тот факт, что Арзамас-16 испытывал внезапное финансовое благополучие: после одного странного дельца Геральт заработал кредит от какой-то финансовой группы (название сразу же забылось за ненадобностью), и ближайшие несколько лет киевские ведьмаки могли спокойно заниматься настоящей работой, не ввязываясь в сомнительные предприятия и не оглядываясь на размер гонорара. В иные времена Геральт вряд ли стал бы бездельничать в Харькове так долго, давно нанялся бы, благо предложения за последние дни поступали. Но казались они Геральту дурно пахнущими и грязноватыми. Один заказчик-орк явно был наркоманом, ведьмак моментально унюхал аптеку, даже опознал по запаху препарат, которым орк травился. Второе приглашение подразумевало скорее стычку с живыми, чем с опасными механизмами, а в такие дела ведьмаки и в тугую годину старались не ввязываться.
Но времена, слава жизни, стояли вовсе не тугие, поэтому скользкие предложения Геральт с чистым сердцем отклонял. Никуда настоящий заказ от него не уйдет, следует просто ждать.
И он ждал. Третью неделю.
Далеко за полночь ведьмаку надоело гулять по бескрайней, уставленной десятками и сотнями палаток-наливаек площади. Толпа заметно поредела, многие переместились в близлежащий парк, даже музыка кое-где поутихла.
«Хорошо, что у меня номер окнами не на площадь, а во двор, – подумал Геральт довольно. – А то и просыпаться пришлось бы под „дынц-дынц-дынц“».
Обогнув последний перед гостиницей ряд палаток, Геральт неспешно направился к одному из входов. Он не захотел блуждать внутри здания, большого и, как водится, обладающего достаточно запутанной системой коридоров, галерей, лестниц и переходов. Пошел к входу непосредственно в свой корпус. Для этого пришлось свернуть в арку, которая в это время суток утопала в густой тени.
Не обладающий ночным зрением живой тут, безусловно, ослеп бы на какое-то время.
Но только не ведьмак.
В арке его поджидали четверо.
Геральт остановился; двое преградили путь, третий и четвертый возникли за спиной, отрезая дорогу к бегству.
Впрочем, бежать Геральт и не подумал. Он остановился, полуобернулся так, чтобы держать в восприятии всех четверых, и замер.
– Коллега, – негромко сказал один из четверки. – Нам позарез нужны тридцать гривен.
Кажется, это был человек. И трое других вроде бы тоже люди. В темноте они видели хуже Геральта и хуже орков, это понять было несложно по широко открытым глазам и еле заметным неуверенным движениям головы – просто они поджидали в этой арке довольно давно и с грехом пополам успели привыкнуть к темноте.
Геральт медленно сунул руку в карман куртки, вынул три десятки, на ощупь отделив их от других купюр, и протянул говорившему. Молча.
Тот взял деньги – рука незнакомца чуть-чуть промахнулась мимо бумажек, но, едва коснувшись их сгибом пальцев, незнакомец вывернул ладонь и сграбастал добычу в кулак.
Возникла заминка. Похоже, четверка не ожидала, что им отдадут деньги вот так, просто и безропотно. Геральт чуть ли не физически чувствовал, как в крови их бурлит адреналин.
Грабители пришли сюда настроенными на драку или стрельбу. Без сомнений. Тридцать гривен были просто предлогом, зацепкой. А Геральт драться не стал и тем самым спутал нападавшим карты.
Неизвестно, чем бы это все закончилось, но тут с улицы неожиданно свернул автомобиль, разогнал аспидную тьму галогенной моросью фар, замедлился и полез в арку, будто крыса в нору. То ли арка была узкой, то ли автомобиль чересчур широким – он едва не задевал стены растопыренными зеркалами. Бибикнул, а секунду спустя поршнем вытеснил Геральта вместе с четверкой грабителей во внутренний дворик гостиницы.
Вход в корпус сиял метрах в десяти, да и во дворике было не в пример светлее, нежели в арке. Геральт успел вовремя сузить зрачки, а вот нападавших галогенки явно ослепили. Поэтому, не теряя времени попусту, ведьмак бесшумно переместился к крыльцу, уже в дверях оглянулся и в следующий миг оказался в вестибюле. Как он и ожидал, бандиты следом сунуться не решились.
Поднявшись в номер, Геральт проверил окна и замки на двери – вроде бы никто к ним не прикасался. О вещах и говорить нечего, на случай воришек у любого ведьмака имелись весьма неприятные секреты.
– Козлы, – пробурчал Геральт в пространство, заперся и побрел в ванну отмокать.
Примерно через полчаса, уже засыпая на свежих простынях, он подумал, что продолжение ночного приключения вряд ли заставит себя долго ждать.
И не обманулся. Правда, Геральта не разбудил ни стук в дверь, ни ранний телефонный звонок – ведьмак проснулся сам, ближе к полудню. В окно заглядывало голубейшее небо и слышалось отдаленное «дынц-дынц-дынц» на площади. Над Харьковом полыхал очередной летний день.
Визитную карточку, подсунутую под дверь, Геральт заметил сразу, едва вышел в тесную прихожую. Светлый прямоугольничек отчетливо выделялся на фоне грязно-коричневого паркета.
Осторожно присев, Геральт вслушался. За дверью определенно никого не было – чье-либо присутствие ведьмак определил бы без труда. Карточку подсунули давно – наверное, утром.
Геральт протянул руку, взял визитку и поднес к глазам.
«Гис Гиларди», – прочел он.
Помимо имени на визитке имелся только номер телефона, судя по префиксу – мобильного. А на обороте размашистым почерком уверенного в себе живого было выведено:
«Нуждаюсь в услугах опытного ведьмака. Никакого криминала. Оплату гарантирую. Звоните в любое время».
И такая же размашистая роспись.
Геральт пригляделся. Послание было написано перьевой ручкой; визитка нигде не продавилась и не оцарапалась, следовательно, незнакомый пока Гис Гиларди пользовался дорогой и качественной ручкой, например «Венталом». Бумага тоже была дорогая, матовая и плотная. В дизайне визитки чувствовался сдержанный солидный стиль – никаких завитушек и бесполезностей, все строго и подчеркнуто функционально, но вместе с тем увесисто и непререкаемо.
Хмыкнув, Геральт отнес визитку на журнальный столик, а сам направился, куда и собирался, – умываться.
Посвежевший и в благодушном настроении, Геральт вскоре оделся, развернул на столе ноутбук и вошел в Сеть.
«А пробью-ка я по базе этот номерочек, – решил ведьмак. – Может, и лишнее оно, да не повредит. Уж точно».
В универсальной базе напротив указанного номера красовалась лаконичная пометка: «Информация конфиденциальна».
– Ага, – пробурчал Геральт и полез на опорный ведьмачий сайт. Там базы были посолиднее, благо закрытые от посторонних.
Не прошло и двух минут, как Геральт прочел содержимое всплывшего окошка:
«Гис Гиларди. Предприниматель. О сферах деятельности данных нет».