Девушка слушала, не перебивая — лишь иногда охала или ахала, но все же не перебивала.
— Вот так-то, подруга, — подвела я итог, — у меня остается слишком мало времени, чтобы отделаться от пари, закрепленного нерушимой клятвой выполнения в случае победы или же проигрыша. Скорее всего я проиграю, потому как не представляю каким неведомым образом все-таки исправить мое бедственное положение и заставить таки Эдриана Брайта отказаться от брака со мной.
— Сколько времени осталось? — лаконично поинтересовалась подруга, серьезно глядя на меня в упор.
— Двенадцать дней, — грустно вздохнула я.
— Н-да, — задумчиво протянула девушка, вставая с колен и проходя по нашей комнате, чтобы присесть на стул, — а времени то осталось маловато.
— Вот в том-то и дело. А ведь ты и сама прекрасно знаешь, что я перепробовала все, что только можно, чтобы достать ректора, но ему хоть бы хны — все нипочем. Он какой-то непробиваемый. Ну вот как мне выиграть пари? Я не вижу выхода. Если бы могла, то сбежала и спряталась так, что фиг бы он нашел, но и с этой стороны меня прижали, угрожая расправой над семьей.
Нита призадумалась, замолчав, после достала чистый пергамент и перо с чернилами и принялась что-то сосредоточенно писать, ну а я и не мешала, тоже пытаясь разобраться в сложившейся ситуации.
22
Все то время, что провела в Академии, я вела себя просто отвратительно, очень импульсивно и даже глупо. Да, я не спорю, что иногда, а вернее очень часто, я следовала своим желаниям и импульсам, думая, что применяя все то, что и в других Академиях нашей империи, куда отправляла меня матушка, я добьюсь желаемого результата — меня отчислят, не выдержав тех разрушений, что несли за собой мои поступки.
Да, очень многое я подстраивала специально, но что-то, а именно практика по зельеварению, мне совершенно не давалось, и то, что каждый раз происходил взрыв — чистая случайность.
Честно говоря, я даже думала, что все это сыграет мне на руку, позволит добиться нужного результат быстрее, чем через полгода, но… Я серьезно просчиталась, думая, что смогу обыграть одного из самых умных и опасных людей империи Риндан — Эдриана Брайта.
У меня осталось всего двенадцать дней, прежде чем закончится обусловленный срок на пари. Я понимала, что с каждой секундой бездействия мои шансы на победу тают, точно льдинка под полуденным солнце, но вот что можно придумать такого, чтобы выиграть — не имела ни малейшего представления.
Тяжело вздохнув, перевернулась на спину, закидывая руки за голову и уставившись невидящим взглядом в потолок. Нита все так же молча сидела на стуле за столом, что-то записывая, перечеркивая, а затем снова записывая. Интересно, о чем она думает?
Разумеется, спрашивать ее не стала — не мое это дело, если захочет, то сама обо всем расскажет.
Снова тяжело вздохнула.
Ну кой черт меня дернул за язык заключить пари? Сейчас бы спокойненько училась, никого сильно не трогая, ну совершала бы изредка диверсионные работы, чтобы не так скучно было, но в целом — была бы в безопасности. А сейчас что?
На горизонте маячит замужество с тем, кого мне подобрали предки, с тем, кого я терпеть не могу, плюс ко всему он, скорее всего, какой-то шпион, а значит враг государства, дальше… (снова вздох), его брат, ну тот, который Эрик Брайт, угрожает расправой над моей семьей, если я не выполню его условия — шпионаж за ректором, донесение на него, выявление, если таковое, разумеется, будет, факта измены государству.
Села на постели, не зная куда себя деть. Схватилась за голову, начав раскачиваться из стороны в сторону. Честно говоря, захотелось завыть. Или просто разреветься, принимая тот факт, что я глупая девчонка, попавшая в водоворот интриг, измен и подлогов. И вот что мне теперь делать? Как выбраться из всего этого?
Всхлипнула.
— А ну отставить! — гаркнула на меня подруга, из-за чего я подпрыгнула на месте — ну не ожидала я от нее такого. Обычно она тихая и спокойная. — Чего напрасно слезы лить? Давай лучше думать что будем делать! У меня есть предложение.
Я заинтересовано посмотрела на Ниту, гордо восседавшую на стуле с небольшим списком в руках.
— И так, сперва мы должны организовать команду. — Она подняла на меня взгляд, ожидая реакции, а я рот открыла — хотела спросить, какую именно команду, а она: — Ну чего глядишь так? Разумеется я говорю про Гургу и его шайку-лейку. Далее, нам нужен этот Форс.
— Зачем? — не поняла я.
— Дура, — выдала подруга, из-за чего я насупилась, исподлобья теперь наблюдая за ней. — Если этот парень дотянул до последнего курса на боевом факультете, то он не так уж и плох. Да, возможно он и изгой среди своих, но кто сказал, что он им является именно из-за того, что плох в магии? Что, если все как раз наоборот? Что, если он, наоборот, слишком умный и талантливый парень, а его сокурсники не дотягивают до его умственного уровня и не поспевают за ним? Тогда будет понятно почему этот парень изгой — никто не любит ботанов!
Не совсем поняла о чем речь, но кое-какие крупицы понимания все же достигли моего перегруженного мозга.
— Ты хочешь сказать, что Джим стал изгоем из-за того, что умнее, чем его сокурсники?
— Да, — кивнула Нита, довольно глядя на меня.
— А почему? Я думала, что все наоборот будут искать расположения того, кто умнее, успешнее и талантливее, чем другие ученики Академии, чтобы он помог в трудную минуту. Ну или дал списать, в конце то концов.
— Не всегда. Если парень из обедневшего рода, то его не будут так принимать в высших кругах, как, например, того, кто богат, но менее знатен. Ты же знаешь, что в нашем мире правят те, у кого высокий титул и огромная куча денег.
— Ой, не скажи. Вот мой род знатен и богат, но что-то к власти никто не стремится у нас, — возразила я.
— Разве? — хитро прищурившись, усомнилась Нита. — А как же ректор?
Непонимающе приподняла бровь.
— Он красив, знатен, умен, успешен во всем, за что не возьмется, НО! Его род не так богат, как им хотелось бы, в отличии от вашего. А теперь смотри. Что будет, если род Брайтов поучат твое огромное приданное?
Я задумалась над словами подруги, но она не дала мне развить мысль, продолжив:
— С теми деньгами, что он получит после вашей женитьбе, Лиана, с его умом, талантами, хваткой и прочим, род Брайтов быстро возвысится и будет стоять у власти. Я не удивлюсь, если в государстве зреет заговор.
Меня словно кипятком обдало, и я вскочила на постели, замахав руками:
— Стой! Ты говоришь очень похожие вещи, как и Эрик Брайт — брат ректора! Это что же, ректор хочет жениться на мне только из-за денег? Только для того, чтобы прибрать власть к своим рукам? А как же император? А как же наша империя?
Нита пожала плечами, невозмутимо глядя на меня. Меня же бил озноб, в душе полная каша и неразбериха. Кажется, я вляпалась по самое не балуйся.
Черт! Нужно срочно выбираться из той ловушки, что подготовил для меня ректор — Эдриан Брайт!
23
Эдриан Брайт
— Противная девчонка! Наглая, взбалмошная, неконтролируемая, бессовестная, безответственная хулиганка! — передвигаясь из одного конца кабинета в другой, негодовал мужчина, стискивая руки в кулак, чтобы ничего не разнести. — И как я только умудрился вляпаться в эту историю с помолвкой? Да эту нахалку же невозможно изменить! И она леди? Очень сомневаюсь. А ее реакция на мой поцелуй? Вот уж чего никак не ожидал, так этого, что ее начнет тошнить! Тошнить от меня!
Эдриан остановился на середине кабинета, уставившись в пустоту.
В крови бурлила магия, пытаясь найти выход, но мужчина держал ее под жестким контролем, не давая выплескиваться неконтролируемым потоком, который мог причинить огромный ущерб как Академии, так и ее обитателям.
Некромант по рождению, темный маг по призванию и маг огня по принуждению. Если бы очень давно его отец, Михаэль Брайт не заключил сделку с одним из высших демонов из другого мира, не попросил силу, с которой считались бы все, в том числе и император, то, на сегодняшний день, на самом Эдриане не висело бы то проклятье, что каждый день уничтожает его изнутри. А чтобы снять то самое проклятье, ему нужна та, в ком течет хотя бы капля демонической крови.
— Ну почему среди многих тысяч жителей нашей империи, кровь демонов проявилась только у этой маленькой и наглой стервы?
Мужчина негодовал, размышляя о сложившейся ситуации.
— И почему мне обязательно нужно ее влюбить в себя? Почему нельзя сделать все по простому? Соблазнить и бросить за ненадобностью? Ну не хочу я на ней жениться! Не хочу!
— Так и не женись, кто же тебе мешает? — раздался знакомый голос.
Эдриан повернулся и увидел перед собой свою копию — брата близнеца.
— Чего пришел? Тебя никто не звал! — недружелюбно отозвался ректор, хмуро глядя на своего собеседника.
— Да вот, решил проверить как ты тут без меня поживаешь. — ухмыльнулся тот, насмешливо глядя на Эдриана. — Ну, судя по тому, что я вижу, дела твои скверны. Я прав?
— Не твоего ума дело! — рыкнул ректор, сжимая руки в кулак.
— Ну как же не мое, дружище, еще как мое! Я — часть тебя, а ты — часть меня. Мы, друг мой, — единое целое. Что касается тебя, касается и меня.
— Закрой рот! — рявкнул мужчина, отворачиваясь.
— Вот еще, — фыркнул собеседник, — делать мне больше нечего. Лучше давай решать вопрос с твоей женитьбой.
— Тут нечего решать! Раз Лиану от меня воротит, значит ни о какой женитьбе и речи быть не может! Она должна испытывать хотя бы симпатию, а ее от меня воротит. Еще ни одна девушка не устояла перед моим обаянием. Ни одна! — точно выплевывая каждое слово, бушевал мужчина. — Но эта зараза мелкая… Мне хотелось ее убить и одновременно я боролся со своим низменным желанием! Она не похожа на тех, с кем я общался раньше. Она другая.
— Ну разумеется, — снова фыркнул собеседник, — не зря же она все разрушает вокруг себя — в ней течет демоническая кровь, но ты и сам прекрасно об этом знаешь. Демоны не созданы для созидания, Эдриан, только для разрушения.