Мужчина говорил и говорил, слова журчали, как ручей, одновременно успокаивая и настораживая. Что-то было не так. Что-то сильно смущало Иру, не позволяло расслабиться и вслушаться в произносимое. «Оберег», — наконец поняла она. Ни разу не проявивший свои защитные функции, сейчас он нестерпимо жег кожу.
Между тем под ногами оказались ступеньки, вроде и не крутые, но какие-то нереально высокие. Ира с трудом перешагивала с одной на другую, чувствовала себя овцой, добровольно шедшей на заклание, и не могла никак повлиять на сложившуюся ситуацию.
«На теле ожог появится», — мелькнула мысль, прежде чем глаза застила пелена, и Ира потеряла сознание.
Большая круглая комната без намека на привычные углы мало была похожа на жилую. Пентаграмма посередине намекала на всякую дичь вроде эзотерики или магии. А стеллажи по стенам, уставленные пузырьками и склянками, больше всего напоминали жилище ведьмы или сумасшедшего фармацевта.
— Дочь! — голос Ира узнала. Высокая, стройная, всегда подтянутая, худощавая и одетая по последней моде, Инга Вячеславовна, ее мать, стояла у края пентаграммы и встревоженно смотрела на лежавшую внутри Иру. — Где ты и что с тобой? Почему сработал оберег?
Ира хотела было ответить, уже даже губы разомкнула, когда нечто серое вдруг подхватило и потащило ее куда-то сквозь длинную пупырчатую трубу.
— Ну наконец-то, — послышался рядом усталый голос, — нельзя так всех пугать, Ирина Викторовна!
Ира открыла глаза: Светка и хозяин дома внимательно смотрели на нее. «Оберег сработал, — спохватилась Ира, — чертовщина какая-то». Она вспомнила свои ощущения в холле и прислушалась к себе: оберег больше не жег кожу. Но ведь… Не сошла же она с ума…
И Ира задала вертевшийся на языке вопрос:
— Кто вы?
Мужчина криво улыбнулся.
— Правильно заданный вопрос — половина успеха. Я ваш жених, Ирина Викторовна. Тот, кому вас обещали тридцать лет назад.
Ире показалось, как воздух вокруг мужского лица пошел рябью. Секунда — и все стало по-прежнему. Лишь расширенные от удивления глаза Светки давали понять, что с головой Ира все еще дружит, а значит, последние две фразы ей не послышались.
— Вы хотите обсудить все здесь? — с явным намеком на неуместность обстановки уточнил мужчина.
Ира оглянулась: спальня, широкая, с высокими потолками, богато обставленная, выкрашенная в светло-коричневый цвет. На мебели ни единой статуэтки, на стенах отсутствуют картины, пол с кровати, на которой она лежала, не виден, но Ира готова была поклясться, что ковра там не было. В общем, все, как она любила.
— Давайте здесь, — кивнула она.
Мужчина пожал плечами и откинулся в кресле, стоявшем напротив кровати.
— Стивен, демон, повелитель этого государства, — представился он, внимательно следя за реакцией Иры.
«Царь, очень приятно, царь», — вспомнилось ей.
— Не удивлены? — уточнил «демон».
— Скорее не верю, — ответила Ира. — Ваше имя мало похоже на демоническое. А я… Скорее всего я, переработав, лежу где-нибудь в больничке, уколотая сильным успокоительным. Вот и мерещится теперь всякое.
— Ожог тоже померещился? — снисходительно хмыкнул мужчина. — Не смотрите с таким изумлением. Каждый, кто попадает сюда с различными амулетами, обязательно получает сильный ожог там, где вещь соприкасается с телом. Этакая защитная реакция на местную магию. А насчет моего имени… Оно звучит по-иному. Стивен — самая близкая форма из привычных вам.
— Ладно, — решив не спорить и разобраться позже, кто из них двоих болен на голову, согласилась Ира, — вы — демон. Это другое государство, видимо, в ином измерении. Кто тогда я? И почему я считаюсь вашей невестой?
— «Ты». Полагаю, эта форма обращения в нашем случае будет более уместной. Ты, Ира, ведьма, с запечатанной силой, правда, но твоей сути это не изменило. Ты способна видеть суть людей и вещей и можешь предугадывать события. Твоя мать заключила со мной договор еще до твоего рождения. По нему в день совершеннолетия ты становилась моей женой по нашим обычаям.
— Это в восемнадцать лет? — уточнила Ира, внимательно слушая и изредка поглядывая на шокированную Светку.
— По нашим законам — в двадцать. Но не в этом суть. Твоя мать разорвала наше соглашение в одностороннем порядке после определенных событий, за что была изгнана из этого мира.
Звучало как полный бред. Впрочем, с душевнобольными спорить не рекомендовали, а потому Ира кивнула:
— Хорошо. Пусть так. Я — твоя невеста, мы в другом мире. Дальше-то что?
— А дальше мы поженимся, — пожал плечами Стивен и поднялся. — Отдыхай. Думаю, тебе нужно время, чтобы все осмыслить.
Дверь хлопнула. В комнате воцарилась тишина.
— Это что сейчас было? — первой заговорила Света.
— А это демон, Свет, — язвительно ответила Ира, — этакое высокое, воняющее серой, мускулистое тело, красное от жары, с постоянно возбужденным членом, облезлым хвостом из задницы и рогами, выросшими естественным путем, безо всяких измен.
За окном предупреждающе громыхнул гром.
Подруги многозначительно переглянулись. Губы Иры расплылись в предвкушающей улыбке.
Когда-то давно, в детстве, что Света, что Ира обожали дразнить соседских мальчишек. Навык не пропал до сих пор. Желание тоже не ушло. Только подходящего объекта не находилось. И вот, похоже, этот знаменательный день настал — давший клятву демон полностью в распоряжении Иры.
— Но здесь же не Ад, — невинно захлопала глазами Света.
— И что? — равнодушно пожала плечами Ира. — Если в нашем с тобой городке полно коз… ой, мужиков, мнящих себя крутыми демонами, то почему бы им не быть здесь?
— Ах, это так романтично — выйти за такого замуж, — наиграно вздохнула Света, закатив глаза, — даже если он — обычный коз… мужчина, вы сможете играть в ролевые игры, представляешь, он изображает демона, ты — ангела…
— И гоняемся по всему дому друг за другом с вилам, причем, заметь, совершенно голые. Только представь: он задевает на виражах стены членом, я — грудью, — хохотнула Ира.
Входная дверь резко распахнулась, с размаху ударившись о стену. Мужчина, стоявший на пороге, на демона был похож мало, скорее на доведенного до белого каления бизнесмена средней руки.
«Придумают себе воображаемый мир и живут в нем, портя жизнь остальным», — подумала Ира.
— Клятва, — произнесла она вслух, — ты поклялся, что…
Дверь снова захлопнулась. Подруги снова многозначительно переглянулись.
Ира наконец-то поднялась с постели, заглянула под одежду: деревянный крестик, служивший ей оберегом с самого рождения, висел на своем месте, целый и невредимый. «Привиделось, — решила Ира, — все это гадство мне просто привиделось».
Следующие полчаса подруги обследовали доставшиеся им покои, не рискуя выходить в коридор: спальня, из нее — три двери, в гардероб, туалет и вполне современную ванную. Все обставлено по последней моде, наряды сшиты так же. «Жить можно, — решила Ира, вспомнила ненаглядного женишка и плотоядно улыбнулась, — кто-то здесь будет жить, а кто-то — выживать».
Глава 6
Я в глазах твоих утону, можно?
Ведь в глазах твоих утонуть — счастье.
Подойду и скажу: Здравствуй,
Я люблю тебя. Это сложно…
Эдуард Асадов
Век живи — век учись! И ты, наконец, достигнешь того, что, подобно мудрецу, будешь иметь право сказать, что ничего не знаешь.
Козьма Прутков
Минут через двадцать в дверь нерешительно постучали. Высокая плотная брюнетка в форменной светло-коричневой одежде с белоснежным передником, то и дело с опаской поглядывая на Иру, аккуратно положила на кровать некий сверток, сообщила, поклонившись, что обед через полчаса, если она нужна, то всегда готова помочь, и как можно быстрей покинула спальню.
В свертке оказалось довольно неприличное платье: длиной до середины бедра, при ходьбе оно чуть ли не полностью просвечивало, позволяя всем вокруг любоваться стройным телом его владельцы.
В жизни Иры был такой период, буквально несколько месяцев, когда, после смерти жениха, она окунулась во всевозможные, ранее запретные, развлечения. Тогда-то она и стала меломаном, проживая каждую историю в песне, как мини-жизнь, тогда и узнала, что такое вечеринки, длившиеся всю ночь, тогда и напилась пару раз вдрабадан. Столкнувшиеся с ней мужики частенько, и в глаза и за спиной, шипели: «Ведьма». Ира лишь равнодушно пожимала плечами. Постоянно выводить их из себя ей понравилось. Правда, тонкую грань между дерзостью и непотребством она старалась не переступать.
Практически на каждой вечеринке этаким негласным охранником обязательно присутствовала Светка. У них выработался свой, тайный, язык символов и знаков. А еще многие ситуации запомнились обеим подругам на всю жизнь.
— Помнишь день рождения Серого? Когда мы у его предков гуляли? — прокрутив в голове будущий обед, поинтересовалась Ира.
Светка только хмыкнула. Действительно, такую ситуацию забыть было бы трудно.
— Отлично. Давай тогда переодеваться.
«Прежде чем завянуть, дай себя сорвать. Вечное цветение нам не удержать. Знаешь ты, наверное, сладко то, что в срок, Наливайся соком белый лепесток», — крутилось в голове, когда Ира наряжалась в принесенную одежду, а затем тщательно красилась, добиваясь нужно эффекта.
Закончив, она придирчиво оглядела себя в зеркало и удовлетворенно улыбнулась. С той стороны на нее посмотрела этакая порочная красавица с ярко подведенными глазами, забранными в высокую прическу волосами и страстными алыми губами.
Светка оделась и накрасилась попроще, хотя в подобранном в гардеробе платье с открытыми плечами и глубоким декольте все равно притягивала бы взгляды всех мужчин, окажись она где-нибудь на празднестве.
Подруги в очередной раз многозначительно переглянулись, открыли дверь в вымерший коридор, вдохнули поглубже.
— Да ты на себя посмотри! — Светка за секунду преобразилась, став этакой великосветской стервой, готовой вылить ведро помоев на любого, кто перейдет ей дорогу, — ты же выглядишь, как шлюха!