– Ты ешь, не отвлекайся! Исхудала, побледнела…
Пришлось есть. Иначе до вечера воспитывать будет!
Когда блинчики перестали в меня помещаться, малиновые круги перед глазами растаяли и руки прекратили трястись, Яся вышла куда-то, остальная живность разбрелась по своим делам, Милослав придвинулся ближе и серьезным тоном попросил:
– Ксинка, а давай откровенность за откровенность?
– Давай! – когда сытая, я вообще добрая.
Натянула плед повыше на плечи, отхлебнула немного липового чая и внимательно посмотрела на друга.
– Ненавижу говорить о своей семье, но вчера я честно тебе все рассказал, – напомнил он так, будто очень боялся, что вот сейчас он спросит, а я откажусь отвечать. – Теперь ты мне скажи: что вчера хотела узнать Леся? Тоже про Влада спрашивала?
Так! Что там говорила Яринка? Он в кого-то влюблен?
– Напротив, она сказала, что Влад ей безразличен.
Вздох облегчения мне не почудился.
– Тогда кто ей нравится? – он почти ощутимо вцепился в меня взглядом.
– Понятия не имею, – ответила честно. – Мы на проклятие гадали.
Темный посерел.
– И?
– Ничего хорошего.
Помолчали.
Объяснений не требовалось, без них было ясно, что Леся и есть та самая. И мне она показалась неплохой девушкой. Но взаимны ли чувства темного? Еще это проклятие…
– Ты ей говорил? – я осторожно тронула друга за руку.
– А… – он вздрогнул, недоуменно моргнул, взгляд постепенно стал осмысленным. – О чем?
– О своих чувствах, конечно! – рявкнула я.
Что ж он такой непонятливый-то? Хотя, помню, ведьмочки в школе шептались, что, когда дело доходит до любви, все мужчины такие. Похоже, темные не исключение.
Конкретно этот темный жутко смутился, уткнулся взглядом в стол и забормотал:
– С чего ты решила, что…
– Значит, нет, – сделала простой вывод я.
– Да говорил я! – вскинулся он. – Год назад, когда Лесе исполнилось семнадцать, набрался смелости и попросил разрешения за ней ухаживать. Но у нее же проклятие… семейное… ни одна женщина из семьи Проклятущих не дожила до двадцатого дня рождения.
Ага. Самое большее – у нас есть полтора года.
– Проклятие надо снять! – уверенно заявила я и сжала руку друга крепче.
Иначе какой прок быть ведьмой, если не можешь помочь друзьям в беде?
Но Милослав и на миг не поверил в возможность благоприятного исхода.
– Его нельзя снять, – тоскливо возразил он. – Даже Ядвига это подтвердила.
– То Ядвига, а то я, – привычно отбилась от сравнения. – Попробовать хоть можно?
Страдалец ничего не ответил, запихнул в рот блинчик и уставился в окно. А я решила завтра же, когда он уйдет в контору, наведаться к Проклятущим и поговорить с Лесей. Надеюсь, она что-то знает о собственной проблеме.
Глава 5
День прошел спокойно. Яся занималась какими-то цветами в саду, я собрала немного трав, распланировала, какие и где именно посажу весной, потом мы обедали в беседке, Милослав качал меня на качелях, а вечером мы все вместе играли в лото на печенье.
Из мастерской периодически доносился грохот, но я старалась не обращать внимания. Получалось из рук вон плохо.
И засыпать было страшно. Вдруг опять заявится призрак чокнутой ведьмы и начнет требовать непонятно чего? В ведьминской школе нас учили, что в таких случаях прежде всего необходимо выяснить, чего добивается беспокойная душа, и, по возможности, ей это дать. Тогда проблема решится сама собой и насовсем. Но дохлая ведьма посмела сунуться в мой дом! Мой! Поэтому в ход пошли все знания по защите, какие были, а о других мерах я решила не вспоминать. Была слишком предвзята.
Предчувствие не обмануло: во сне опять появился призрак.
Белесой тенью полупрозрачная девушка носилась вокруг дома, билась, пытаясь просочиться сквозь прутья кованого забора, и страшно то ли вздыхала, то ли стонала, но в мои владения проникнуть так и не смогла. И хоть очнулась от кошмара я с тихим вскриком, быстро решила для себя, что это утро все-таки доброе. За окном ослепительно сияло утреннее солнце. Дрожащее от беспокойства сознание капля за каплей заполняло чувство уверенности, безопасности.
Я справилась! Я победила! Защитила свой дом!
Ну и кто тут недостоин называться ведьмочкой и получить диплом? Я-то уж точно все это заслужила, что бы там ни считали некоторые напыщенные ведьмаки.
Выпорхнув из-под одеяла, я умылась, прихорошилась, надела сиреневое платье, одно из купленных здесь, даже подкрасилась немного. Все эти кружева, разрезы, декольте, насыщенные цвета были немного непривычными, но себе в новом образе я нравилась. Сегодня в город пойду, к Проклятущим и по магазинам, надо бы выглядеть прилично, не хуже местных ведьмочек.
– Доброе утро! – Я впорхнула на кухню сиреневой бабочкой, стремясь поделиться хорошим настроением со всеми вокруг.
Яся хлопотала с готовкой, жаб клевал носом, читал газету и допивал третью кружку крепкого чая, ночной мотылек вообще еще не выбрался из своего жилища в мухоморе.
– А Милослав в контору свою убежал, у него встреча с самого утра назначена, – наябедничала белка. – Даже завтракал на ходу. Совсем молодежь о себе не заботится!
Вполуха слушая ее причитания, я заняла свое место. На столе тут же возникли тарелка с кашей, свежая булочка с вареньем и стакан молока.
– Чтобы все съела до крошки! – приказала заботливая Яся. А мне стало интересно, с моей прабабкой она так же возилась? – И этому работнику я обед соберу, будешь в городе, отнесешь.
Кажется, кто-то темный попал не меньше, чем я.
Еда улетучилась быстро, после чего я запихнула в сумку кошель с серебром и сверток с обедом для друга, выведала, где находится переулок Топей, и направилась к выходу.
Золотистый свет заливал улицу и сад, подсвечивал пестрые осенние листья, придавал гигантским мухоморам еще более сказочный вид. Преступление в такой день сидеть в четырех стенах!
– Ксинка… – Яся догнала меня на крыльце.
– Я что-то забыла?
Остановилась, обернулась.
– Может, пускай Милослав живет у нас? – смущенно предложила Яся, вытирая лапки о передник. Он всегда оставался белоснежным, что бы она ни делала. Волшебство, наверное. – Хороший парень, и тебя оберегает…
– Я-то не против, но он гордый, вряд ли согласится, – пробормотала с сомнением. А сама поняла, что за прошедшие выходные настолько привыкла к Милославу, будто он был рядом всегда.
Будто был моим братом, а не чьим-то еще.
– А ты уговори! – настаивала белка.
– Ладно, попробую, – не представляя, как стану это делать, все-таки согласилась.
И пока она еще какого-нибудь трудновыполнимого задания мне не придумала, поспешила ускользнуть.
За спиной негромко лязгнула калитка.
Каблучки бодро застучали по мостовой. Было позднее утро, для обеда пока рановато, к тому же я не знала, закончилась ли встреча Милослава. Поэтому решила сперва навестить Проклятущих и поговорить с Лесей, а потом уже пойти к другу. Может, удастся ненадолго вытащить его с работы и погулять по городу или хоть перекусить вместе. С этими мыслями я отправилась разыскивать нужный переулок.
На то, чтобы сориентироваться, ушло какое-то время, все же я тут человек новый. Но через полчаса блужданий нужный переулок был найден, а потом и нужный дом.
Напротив мрачно чернели обгоревшие руины того, что некогда было постоялым двором. Его так и не отстроили заново.
Не повезло Проклятущим. Ну и вид из окон! Зрелище было до того мрачным, что аж холодом повеяло. Таким, который способен выморозить изнутри. Но вместо того чтобы ускорить шаг, а застыла на месте. И почти сразу почувствовала остатки магии – не ведьминской, чужой, непонятной. Надеюсь, на том пожаре никто не погиб…
– Эй, я тебя знаю! – ворвался в мои мысли девичий голос. – Ты – наследница старой колдуньи. Что ты тут делаешь? Заблудилась?
Отвернувшись от обгоревших стен, я увидела Лесю, стоящую на другой стороне улицы. На ней было светлое домашнее платье и туфельки без каблуков, а лицо оставалось таким же бледным и измученным, как я запомнила. Бедная, испереживалась вся. И проклятие жизненные силы тянет.
– С чего ты взяла? – поинтересовалась я, приближаясь к ней.
Надо же с чего-то начать разговор.
– В этом переулке живем только мы, торговец ядами и еще одна семья, остальные дома заброшены, – спокойно объяснила Проклятущая. – Сюда редко заглядывают чужие.
– Значит, сегодня необычный день, – заявила я, когда наконец поравнялась с ней. – Я пришла к тебе.
– Зачем?
Нервничала я прилично, вдруг Леся не захочет принять мою помощь, не позволит даже попробовать, а потому улыбка получилась робкой и неуверенной.
– Насчет проклятия, – тем не менее я назвала причину своего появления в этом мрачном месте. – Можешь о нем рассказать? Откуда взялось, кто и за что наложил, как давно?
Леся посмотрела на меня как-то странно, в ее глазах опять задрожали слезы.
– Не надо…
И попыталась убежать в дом, но я успела перехватить ее за локоть.
– Почему?
– Я сама во всем виновата, – крупные прозрачные капли покатились по бледным щекам.
Настрой мне не понравился. Кто же ей так мозги промыл?
– Не говори ерунды! – и для пущей убедительности тряхнула ее за плечи. – Воздействие старое, я же вижу. Уж точно его наслали не из-за тебя.
Леся всхлипнула и затихла.
– Если человек хороший, на него ни одно проклятие не подействует, – тоскливо протянула она.
Захотелось ее стукнуть, вот честно.
– Потрясающая необразованность для девушки с даром, – проворчала я. Хоть мы с Лесей и ровесницы, я чувствовала себя старше и, чего уж там, умнее.
– Меня не учили, – окончательно успокоившись, хоть что-то объяснила темная. – Зачем тратиться на образование, если все равно меня скоро на свете не будет? О проклятии мне твоя прабабка рассказала.
Ядвига?! Но… к чему ей обманывать Лесю? Ответа я не знала, но уже понимала одно: происходящее мне не нравится. И сильно.