щитна.
– В смысле? – Марьяна как-то заторможенно оторвала взгляд от окна и удивленно посмотрела на меня.
– Из-за Влада.
Ее глаза на миг округлились, а потом она улыбнулась и покачала головой.
– А… Нет, можете не беспокоиться.
Вот это на мою бывшую подругу совершенно не похоже. Желание подлизаться к временной преподавательнице сильнее, чем интерес к перспективному ведьмаку? Не верю!
Но прояснять момент нужно осторожно, чтобы не вызвать лишних подозрений.
– Разве он тебе не нравится?
– Ни капельки!
Ведьминское чутье промолчало. Стало быть, она не обманывает. А может, оно от заклинаний Мораны атрофировалось?
Пока я раздумывала над этим, Марьяша подошла к окну и как бы невзначай чуть сдвинула штору. Потом вздохнула, будто бы с облегчением. И погасила часть свечей. В комнате воцарился приятный полумрак… и кое-кто хитрый получил небольшой обзор на то, что творится на крылечке. Собственно, там ничего не творилось, напротив, было тихо и пусто, а Марьяша, обозрев это, заметно погрустнела.
Да что происходит вообще?!
Во мне закопошились неоформившиеся пока подозрения.
– Но мне показалось…
– Что я его завлекаю? – это можно засчитать за признание. Но вид у нее был такой кислый, что вопросов только прибавилось.
– Именно, – на правах старшей, более опытной и вообще темной ведьмы я осторожно сунула нос в совершенно чужие дела.
А Марьяша, чего от нее совершенно не ожидалось, протяжно вздохнула, присела на кровать рядом со мной и тоскливо созналась:
– Так и есть. Матушка хочет богатого зятя, а я… просто дура.
Эк она себя припечатала! Но, что главное, спорить совершенно не хотелось. Правильное определение, согласна. Подлая девица сполна заслужила все, что с ней происходит. Расспрашивать дальше я бы не стала, но она сама заговорила:
– Мне совсем другой нравится.
Опять эти подозрения… Что-то вертелось на краю сознания, но я устала, ослабла и с трудом могла держать глаза открытыми, где уж тут быть сообразительной!
– Бывает, – и спрятала зевок.
– А он меня не выносит, – продолжала жаловаться ведьмочка. – И рассказать никому нельзя, я ведь Владу должна понравиться, иначе мне матушка голову оторвет. Вы же меня не выдадите, госпожа темная ведьма?
Я чуть в голос не расхохоталась. Конечно, выдам! Сдам со всеми потрохами и с Веселиной заодно. Потому что не надо перебегать дорогу темным ведьмочкам, они этого так не оставляют. Они мстят! Мелко, но больно и унизительно.
Вслух, конечно, совсем другое сказала:
– Можешь не беспокоиться.
– Вы – самая лучшая ведьма на свете! – просияла бывшая подруга.
Надо будет припомнить ей эти слова, когда разоблачу их с мамочкой и сброшу личину.
– О, а вот и он, – невпопад прошептала Марьяша. – Нагулялся, поганец. Морда вон какая довольная! Целовались небось…
Зависть от нее так и брызнула в разные стороны.
Или это была ревность?
Глянув в ту же сторону, куда смотрела она, я увидела темное окно, присмотрелась, напрягла зрение… и очень вовремя: Мстислав как раз взбегал по ступенькам крыльца.
– Он Лесю провожал, – попробовала выгородить парня я.
– Вот именно, – буркнула Марьяша.
– Да она вообще в другого влюблена!
Но и этот довод на ревнивицу не подействовал. Правда, встречный аргумент был по-девичьи бессмысленным и столь же эмоциональным:
– Пф!
– Точно тебе говорю!
– Вот бы у него все лицо зелеными прыщиками покрылось, – привязанности Марьяши всегда носили какую-то странную форму. – Тогда бы на него никто другой не посмотрел. Наколдуйте, а?
И она уставилась на меня с мольбой во взгляде.
Никто не спорит, любовь ведьмы всегда сродни стихийному бедствию, но такой тяги к вредительству я от светлой ведьмочки точно не ожидала. Ничему-то меня прошлые ошибки не научили!
– Не буду.
– Ну пожалуйста! – взмолилась Марьяша, даже несколько слезинок из себя выдавила.
– Да что у вас вообще происходит?!
Как оказалось, она только этого вопроса и ждала. Я-то думала, ответит в двух словах и удалится, но бывшая лучшая подруга принялась за обстоятельный рассказ. Пришлось прощаться с мыслью о живительном сне и слушать, изображая внимание.
Престижная практика вместе со студентами Академий ведьмочкам вообще не полагается, но Веселина загорелась идеей пристроить единственную дочь замуж за Влада, а для этого все средства хороши. Когда Влад инспектировал школу, она представила их друг другу, потом пошевелила старыми связями и организовала практику. На целый месяц засадила Марьяшу за учебники! И советами, как соблазнить въедливого зануду, завалила по самую макушку. В общем, Марьяша была только рада уехать наконец подальше от родительницы.
Путь лежал в Академию Света. Еще в экипаже Марьяша строила планы, как понравится Владу и практика превратится в череду свиданий без надзора матери, но на первом же подготовительном сборе ведьмак ее разочаровал. Он был скучным, занудным, дотошным, все время говорил об учебе и жестко отчитывал за малейшую попытку заигрывать или шутить. Местные студентки даже не думали о чем-то таком, а через несколько часов и ведьмочки забыли.
А вечером, когда студенты собрались в чьей-то комнате, чтобы перезнакомиться и отметить предстоящую поездку к темным, Марьяша приметила Мстислава. Тогда он был милым, обходительным и сразу ее выделил. Весь вечер был рядом, потом пригласил на прогулку под луной.
Утром же непослушную дочь ждал сюрприз: разъяренная Веселина собственной персоной. Кто-то из ведьмочек доложил, предательницу Марьяша до сих пор не вычислила. Веселина надавала ослушнице пощечин и популярно объяснила, что бедного, хоть и якобы талантливого студента Мстислава она рядом с дочкой не потерпит. То ли дело Влад! Он из хорошей семьи, обеспечен, при должности. Ну чем не партия?
Противиться Марьяна не посмела и следующие три дня до отправки к темным хвостом ходила за Владом. Делала все, как научила мать. Влад скрежетал зубами, но терпел. Мстислав поначалу еще пытался ухаживать, но быстро понял, что сильно проигрывает ведьмаку в Марьяшиных глазах, и отстал. А сама ведьмочка рыдала ночами напролет, но пойти против матери не могла.
– Что мне делать? – всхлипнула она, полными слез глазами взирая на меня.
– Иди спать, – отозвалась с зевком.
– Но…
Я для нее как временный попутчик: можно открыться, все равно скоро разъедемся и больше не встретимся никогда. Но жалко эту дуреху не было, как и желания помогать ей. И вообще, ведьминскую месть никто не отменял!
Между прочим, меня никто жалеть не собирался, когда из школы вышвырнули и жилья лишили!
– Влад студентками не интересуется, – не то успокоила, не то ввергла в еще большую панику несчастную я. – Вряд ли у тебя получится это изменить. Вот вернешься домой, и все забудется. Мать тоже со временем успокоится. Не бери в голову.
– А как же Мстислав? – шмыгнула носом ведьмочка.
– Если суждено, встретитесь еще, – обычная в таких случаях отговорка, но на некоторых действует. На Марьяшу, например.
– То-о-очно знаешь? – проныла плакса.
– Как ведьма тебе говорю.
Все, ушла.
С облегченным вздохом я откинулась на подушку. Какая же она надоедливая! Или это я теперь слишком темная и бесчувственная? Как бы там ни было, еще раз прокрутив в голове недавний разговор, я пришла к выводу, что сострадания к бывшей подруге не испытываю. Нет, мешать ее счастью тоже не стану, захочет Мстислав себе такую подругу жизни – пожалуйста, счастья ему! Но подлость, совершенную по отношению ко мне, все-таки разоблачу. И, пожалуй, предупрежу Влада насчет планов Веселины.
Все-таки он мне жизнь спас, я ему должна.
Определившись с не самым ближайшим будущим, я сладко зевнула и привычно щелкнула пальцами – так активировалось заклинание, должное погасить свечи. Потом одернула себя, но… свечи действительно погасли.
Магия снова при мне!
Засыпала я с улыбкой на губах. И даже на Влада, вторгшегося в мой сон, особенно не разозлилась. Кажется, он там меня опять от ведьмы спасал, потом ведьм оказалось две – Марьяша и Веселина, он их из школы выгнал, отчисленных студенток восстановил, а меня понес куда-то на руках… Ладно, пускай снится, разрешаю!
Утро выдалось неожиданно спокойным. Разлепив глаза, я нашла на столике рядом с кроватью букет мелких белых цветочков и записку от ведьмака. В ней он сообщал, что с патрулем разобрался и вопросов о ночном происшествии ко мне быть не должно, студентов на весь день увел в лес, показывать, какая нечисть тут водится, а для меня заказал завтрак. Еще раз пробежав взглядом строчки, написанные крупным аккуратным почерком, я пришла к выводу, что это обычная забота начальника о пострадавшей подчиненной, и выдохнула.
Слово ведьмак держит и ухаживать не пытается.
Потом был завтрак, путь домой под накрапывающим дождем, смутное желание научиться делать темные порталы, писки и объятия с домочадцами и целых два свободных от практикантов дня. Конечно, какое-то время пришлось потратить на планирование экскурсии по городу, но тут я во многом полагалась на Милослава. Да и Влад вырос в этих краях, он тоже поучаствует. Мне достаточно приблизительно знать, что где находится, и рассказать парочку местных страшилок. Ах да, еще не давать Владу особенно занудствовать, а его брату не позволить втянуть нас в какую-нибудь скользкую ситуацию. Вполне выполнимая задача для ведьмочки, даже если она притворяется взрослой ведьмой!
Хотелось сегодня же поучиться создавать порталы, но ожившая совесть напомнила, что время бежит, а к уничтожению Лесиного проклятия я и на шаг не приблизилась. В то время как она вместе с ведьмаком поучаствовала в спасении моей жизни. Надо отдавать долг.
С этим решением я осторожно отделалась от домашних и пошла в мастерскую.
Жаб настороженно тащился следом.
– Неси все, что у нас есть по проклятиям, – скомандовала ему.
Сама же сотворила небольшую желтую птичку и отправила ее к Лесе. Пока Проклятущая шла, как раз нашлось время немного систематизировать знания. Книг было достаточно, еще больше – личных записей Ядвиги. Я все это давно прочла, а жаб, как истинный магический помощник, наизусть знал.