Нарушителем спокойствия оказался Влад собственной персоной.
Сначала он просто нажал на магический звонок и стал ждать. Не очень терпеливо, потому что в процессе ожидания звонил трижды и один раз неловко потревожил защиту. Встречаться с ведьмаком мне не хотелось, так что я не реагировала. И Ясе запретила открывать, за что на меня осуждающе посмотрели и гневно засопели.
А надо было отойти от окна или хотя бы спрятаться за занавеской! Каюсь, не успела. И Влад меня заметил.
Его взгляд я даже через приличное расстояние ощутила почти кожей. Поежилась.
Чтоб этих всех ведьмаков!
– Такой мужчина рядом, а она нос воротит! – не одобрила моего поведения белка.
Совсем обидно стало. И это мои магические помощники! Почему они на его стороне?!
В срочном порядке захотелось пожаловаться, что я и сделала:
– Знала бы ты, что он мне сделал!
– Что? – без особого участия уточнила хвостатая предательница.
– По его милости меня из ведьминской школы выгнали! – я даже всхлипнула разок для убедительности.
Рыжее сердце не дрогнуло.
– Вот и славно! – заявила пушистая. – Зато ты к нам переехала. А осталась бы в своей школе, потом бы тебя ведьмой работать куда-нибудь отправили, сюда бы в лучшем случае дом продать заглянула!
Яся сказала это, раздраженно махнула хвостом и скрылась на кухне, откуда почти сразу запахло чем-то вкусным. А я хоть и не очень-то обиделась, понимала ее правоту, но показывать этого не собиралась. Совсем от рук отбились у доброй ведьмы!
Тем временем Влад никуда уходить не собирался. Больше того, он прекрасно понял, что я его не впущу, и перешел к активным действиям. Для начала просто толкнул калитку. Та, естественно, не поддалась. Раздраженно мотнув головой, Влад ухватился за прутья, подтянулся и попытался перелезть через забор.
С забора его спихнуло силовой волной, но осторожно, чтобы не навредить. Скорее всего, защита чувствовала, что намерения у гостя не пакостные, а потому особо не зверствовала. Но мне все равно сделалось обидно: даже магия играет против меня!
– Аксинья! – ведьмак предпринял попытку докричаться до меня. – Можешь злиться сколько угодно, я никуда не уйду!
Стою. Молчу. Наблюдаю.
– Я люблю тебя! – и чуть тише, но намного решительнее добавил: – И сделаю все, чтобы ты никогда больше в этом не сомневалась.
Предприняв еще две попытки просочиться на мою территорию, Влад осознал, что легко и просто не будет, и пустил в ход магию. Действовал осторожно, но все равно ему время от времени доставалось. Всегда гладко зачесанные назад волосы растрепались, кровь из носа пошла и костяшки пальцев были сбиты, а ведьмак все не унимался. И каких-то успехов явно достиг, потому что защита вибрировала, а я чувствовала себя так, будто меня раздевают.
Пришло это понимание, и выдержка рассыпалась в пыль. Забыв о верхней одежде, я в одном домашнем платье вылетела в сырую осень, стремительно пересекла двор и остановилась прямо перед калиткой. Ладони обхватили ее чугунные прутья, лицо ощутило их холод.
– Уходи, – с губ сорвалась почти мольба. – Пожалуйста.
– Не могу, – с сожалением покачал растрепанной головой Влад и накрыл мои ладони своими, сжал.
Стало тепло.
– Почему? – спросила тихо.
– Потому что мои чувства взаимны, ты просто боишься в этом признаться.
Удар под дых. На несколько мгновений я потеряла дыхание. Когда же оно вернулось, вспылила:
– Ничего я не!..
– Ты не трусиха, просто упрямая, наивная ведьмочка, – понял меня с полуслова Влад. И тут же этим воспользовался, склонился ближе, чтобы одновременно с холодом чугунных прутьев я могла чувствовать тепло его дыхания, и прошептал: – Неужели тебе не будет жаль потерять то, что есть между нами?
Тело объяла дрожь, вызванная одновременно страхом и близостью ведьмака.
– А как же твое обещание держаться от меня подальше? – сорвался с губ беспомощный всхлип.
– Сглупил, – отмахнулся он. – Какое-то время я старался держать слово, и посмотри, к чему это привело! Ты устроила маскарад с переодеванием и театральным разоблачением Марьяны вместо того, чтобы просто рассказать мне правду. Связалась непонятно с кем, наобум использовала неизвестный артефакт, схлопотала проклятие. Шарахаешься от меня, как от чумного, а сама млеешь от моих поцелуев.
Наверное, если бы его ладони не сжимались поверх моих, я бы попросту сбежала, а так только всхлипнуть смогла:
– И вовсе я не…
Но он не слушал, перебил:
– Нет уж, больше я тебя одну не оставлю! – и, ласково погладив мои ладони большими пальцами, попросил: – Впусти меня, ты же озябла и дрожишь.
Действуя словно во сне, я позволила защите пропустить гостя. Тихо щелкнула калитка, и Влад шагнул во двор. Не дав мне опомниться, он сдернул с себя плащ, набросил его мне на плечи, затем подхватил на руки и понес к крыльцу.
Нос прижался к его шее, чтобы обогреться и вдохнуть запах чая с медом. Веки опустились, губы заулыбались, руки обвились вокруг шеи ведьмака.
Продлилось это недолго, только пока мы не вошли в дом. За спиной Влада грохнула дверь, кругом замельтешили домочадцы. Красную от смущения, Влад поставил меня на ноги, вытряхнул из своего плаща и приказал Ясе приготовить чай.
– Наверное, тебе будет приятно узнать, что я отправил запрос в организацию, контролирующую обучение ведьмочек, и Веселину посетила незапланированная проверка.
– Что-нибудь нашли? – я вцепилась в него взглядом.
Неужели такое возможно? И справедливость на свете есть?
– Достаточно, – подтвердила моя настырная справедливость, приглаживая растрепавшиеся во время борьбы с защитой волосы. – За подлог с документами ее снимут с должности, можешь не сомневаться. Приказ об отчислении Марьяны уже готовится, прямо с утра отправлю ее домой. Мне такие практиканты не нужны.
Новости радовали и пугали одновременно.
Не хочу, чтобы из-за меня кто-то страдал! Даже они.
– А не слишком жестко? – я приблизилась к ведьмаку и несмело опустила ладошки ему на плечи.
– В самый раз, – обрубил он.
– Влад…
– Да забудь ты о них уже! И меня прости, сам не понимаю, как мог тебя проглядеть, – и, не дожидаясь моего ответа, он накрыл мои губы поцелуем.
На этот раз все было нежно, трепетно и завораживающе. Он ласкал, призывал открыться, довериться. И я сама не поняла, когда пол уплыл из-под ног, руки обхватили ведьмака за шею, а ответный поцелуй стал откровенным и глубоким.
Определенно я его простила. Но изводить буду до конца дней.
Или пока проклятие не убьет меня.
Много позже мы сидели в мастерской: Влад в кресле, а я у него на коленях, закутанная в плед. К этому времени мы успели окончательно выяснить отношения, хотя заветных слов я пока не произнесла, их за меня сказал Влад, мне же оставалось только кивнуть. Приготовленный Ясей ужин был съеден, вечер окончательно наступил, вспыхнули зачарованные свечи. В доме стало необычайно тепло и уютно, как никогда прежде.
Пустить ведьмака в свою мастерскую оказалось легко. Ни единая струнка души не воспротивилась.
Он долго и любопытно оглядывался, но боролся с собой, чтобы не протянуть к чему-нибудь руки. В конце концов просто сел в хозяйское кресло и меня усадил.
– Это он? – кивком указал на череп.
– Да.
Из прошлого раза я сделала вывод, что артефакт способен тянуть магию из окружающего пространства и перерабатывать ее, восполняя свои затраты. Так он уже однажды восстановился. Но сейчас времени прошло достаточно, а пустые глазницы даже слабенько не горят.
Неужели конец?
Влад расценил мой кивок как разрешение и осторожно придвинул череп к себе. Сморщил нос, долго разглядывал. Я думала о своем, вновь прокручивала в воспоминаниях тот вечер, так что время пролетело незаметно. Наконец ведьмак задумчиво произнес:
– Не похож на человеческий.
– Да? – я встрепенулась. – А мне кажется, похож.
Палец ведьмака скользнул по ставшему бесполезным предмету.
– Вот здесь очертания другие. И здесь должно быть немного не так. А учитывая, что ему около тысячи лет, ставлю на демона. Хотя это мог быть и представитель какой-нибудь еще древней расы с сильной магией.
Бежать за соответствующей книгой с иллюстрациями было лень, так что я поверила ведьмаку на слово. А заодно простила себе заблуждение относительно происхождения артефакта, я-то думала, это череп какого-нибудь сильного ведьмака, а оно вон как получается! Но мне можно, потому что ведьмочки старые магические расы даже для лечения не изучают. Подобные существа среди нас не живут, вообще не появляются, вот мы и не вспоминаем о них.
– Не против, если я сниму магический слепок и отправлю его одному знакомому? Он как раз сейчас насчет украденной заколки выясняет, – предложил Влад. – Через пару дней у нас будут все необходимые сведения.
Я опять кивнула, а потом, прижавшись щекой к груди Влада, наблюдала, как с его пальцев слетают белоснежные нити. Они опутали череп, принимая его форму, замерли так на миг, ярко вспыхнули и, рассоединившись, вновь отдельными ниточками устремились к рукам ведьмака. Скоро от заклинания не осталось и следа, а я еще с минуту просидела неподвижно, лихорадочно соображая, запомнила ли плетение и последовательность действий.
Разобравшись с одним делом, Влад внимательнейшим образом просмотрел мою ауру на предмет проклятия. И об итогах своей деятельности честно рассказал. Там не было ничего утешительного. Проклятие действительно на мне, такое же сильное, с каким недавно мучилась Леся. Правда, оторвали от нее и переместили на меня его принудительно, и теперь в черноте заклинания проступили фиолетовые сполохи. Что они означают, мы так и не определили. Зато Влад примерно просчитал, как быстро колдовство меня убьет.
– Три недели, вряд ли у нас больше времени.
Я содрогнулась, а он добил:
– Пятен будет появляться с каждым днем все больше.
Представила и похолодела.
– Редкой красавицей стану!
– Мне ты любая нравишься, – склонившись к ушку, прошептал Влад.