— В этом она не одинока, — добавил Крю. Он протянул руку над поддельным веером, в котором скрывалось лезвие, и прежде чем Персис поняла, что он делает, она почувствовала его крепкое тёплое пожатие. И у неё не было ни сил, ни желания освободиться.
— Как я уже сказал, — Гриллон решил, что за ним должно остаться последнее слово, — следует правильно выбирать женщину, Леверетт. Ваше дьявольское везение по-прежнему с вами.
— И всегда будет, — ответил Крю с той же твёрдостью, с какой держал руку Персис. И Персис Рук впервые в жизни поняла, что поверит во что угодно. Если это скажет капитан рекера.
Принц приказывает
Предисловие автора
Как-то раз, некоторое время тому назад, один мальчик попросил меня рассказать ему «историю». В ней должны были быть «бои на шпагах и разные невероятные события». Насколько могла, я сочинила такую историю, соединив дворцы и замки, коронованных принцев и коммунистов. Рассказ занял не дни и не недели, а целые месяцы. Однако своё обещание я выполнила.
Перед тобой, Джон, твоя «история о невероятных событиях».
Глава первая Майкл Карл узнаёт то, что он хотел узнать
— Знаешь ли ты, — Майкл Карл ткнул в подбородок отражению в зеркале своим хлыстом для верховой езды, — знаешь ли, что ты ужасный неудачник?
Он попытался строго нахмуриться, но сумел лишь наморщить гладкий лоб и почти свести чёрные брови.
— О, я знаю, парень, ты умеешь сидеть на лошади и знаешь, с какого конца взяться за саблю. И не стану отрицать, что ты неплохо стреляешь и сумеешь заказать завтрак по-французски. Не забуду и то, что ты помнишь множество сведений из европейской истории. Но, Майкл Карл, ты, американец, ничего не знаешь об Америке, стране, в которой живёшь. И в этом отношении ты оказался трусом.
Юноша в зеркале опустил серо-зелёные глаза, и губы его сжались. Больше не глядя на него, Майкл Карл подобрал перчатки и направился к двери, шпоры его звенели, задевая за полированный пол.
— Да, — повторил он, — ты трус, ты боишься своего опекуна, а ведь он всего лишь человек, как и ты. Хотя нет, не как ты.
Майкл Карл вздохнул, подумав о своём росте и вспомнив шесть футов полковника. Полковник, этот мрачный человек, был единственным членом семьи Майкла Карла с тех пор, как его родители погибли спустя месяц после его рождения.
Он выпрямился во все свои пять футов шесть дюймов. Его постоянно огорчал собственный малый рост. Ему всегда было трудно подобрать перчатки и сапоги — руки с длинными пальцами, ноги с высоким подъёмом, — а одежду приходилось шить на заказ.
— Вспомни Наполеона, — вслух утешил он себя. — Очень многие хотели, чтобы он был ещё меньше, чем на самом деле.
Но не малый рост заставлял его побаиваться полковника, по крайней мере он так считал. Открывая переднюю дверь, Майкл Карл размышлял, в чём же причина.
Но выйдя на весёлый мартовский ветер, шевеливший аккуратные груды прошлогодних листьев — работу садовника — и рассаду цветов на клумбах, Майкл Карл утратил всю свою серьёзность. Он даже попытался посвистеть, ожидая, пока конюх приведёт его кобылу.
Потому что вчера у Майкла Карла произошло приключение, и он намерен был сегодня повторить его — и без ведома полковника. А приключения — это то, о чём Майкл Карл читал, но никогда не испытывал за свои восемнадцать лет.
Герцогиня, пританцовывая, шла от конюшни, рядом с её надменной головой торопился Эванс. Кобыла имела сегодня озорной вид, и это обещано возможность позабавиться.
— Она сегодня просто полетит, сэр, — Эванс слегка запыхался. Её светлость заставила его пробежаться.
— Вижу, — Майкл Карл сел верхом. Он всегда удивлялся, как это герои романов «взлетают в седло». Когда-нибудь он тоже попробует.
— Пожалуйста, сэр, позвольте поехать с вами. Полковник вчера очень рассердился.
— Ты ему сказал? — спросил Майкл Карл.
— Нет, сэр. Зачем мне говорить? Но он сам видел.
Майкл Карл нервно взглянул на дом и, как он и ожидал с первых же слов Эванса, на террасе показалась застывшая, похожая на шомпол фигура полковника.
— Будьте добры, спешьтесь и немедленно подойдите ко мне, — сухо проговорил наставник.
Чувствуя себя выпоротым ребёнком, Майкл Карл повиновался. Конечно, полковник ждал до последнего мгновения, прежде чем наброситься на жертву. Как и сотни раз до этого, Майкл Карл молча возмутился любимой игрой полковника в кошки и мышки.
— Сказать парню на холме, что вы не придёте? — прошептал Эванс.
Майкл Карл кивнул и поблагодарил его улыбкой. Потом медленно пошёл к полковнику, ожидавшему в холле.
— Пожалуйста, в библиотеку, — сухо сказал джентльмен.
В библиотеке полковник сел за стол, а Майкл Карл занял своё обычное место перед столом. Он так часто стоял здесь, что иногда удивлялся тому, что ковёр нисколько не вытерся. Полковник заставил его постоять молча, прежде чем начал; это тоже входило в обычную процедуру.
— Вы намерены стать военным?
— Да, — послушно ответил Майкл Карл. Он уже давно наизусть выучил все вопросы и ответы.
— Как же вы сможете командовать людьми, если сами не подчиняетесь приказам?
На этот вопрос ответа не поступило.
— Разве вы не получили совершенно недвусмысленный приказ не разговаривать ни с кем за пределами ворот, за исключением случаев крайней необходимости?
— Получил, сэр.
— Тогда почему вы намеренно встретились с молодым человеком на холме и долго разговаривали с ним?
— Потому что захотел, — вызывающе ответил Майкл Карл.
На худом лице полковника ничего не отразилось, хотя это было неслыханно, чтобы Майкл Карл так отвечал ему.
— Вы держите меня здесь как заключенного — нельзя то и нельзя это. И если я еду верхом, то должен брать с собой конюха, чтобы он проследил, что я ни с кем не разговариваю. Но почему?
Парень, с которым я вчера разговаривал, — руководитель отряда скаутов. Меня это заинтересовало, и я задал ему несколько вопросов. Так в чём моё преступление? Скажите, почему я должен так жить? Ещё вчера утром такая жизнь не казалась мне странной: вы всегда говорили, что так живут все богатые люди. Но я кое-что услышал от руководителя скаутов и теперь знаю, что богатые ребята не всегда живут пленниками. И почему вы никогда не упоминаете моих родителей и не отвечаете на вопросы о них? Кто я такой? — Майкл Карл осыпал вопросами человека, неподвижно сидевшего за столом.
— Смирно! — рявкнул полковник, но впервые в жизни Майкл Карл отказался подчиниться.
— Всё кончено, — отрезал он. — Я больше не повинуюсь приказам, если вы не указываете мне их причину. А теперь я собираюсь совершить поездку, которую вы приказали отменить.
— В таком случае я прикажу связать вас. Не думаю, чтобы в вашем возрасте вы захотели бы, чтобы вас отнесли наверх слуги.
Майкл Карл вспыхнул. Полковник вполне способен отдать такой унизительный приказ.
— Вы победили, — признал юноша. — Но…
— Да?
— А, какая разница? — Майкл Карл опять потерпел поражение. Он потащился вверх по лестнице и, презирая себя, вошёл в свою комнату.
Его комната была не очень-то удобна: полковник не верит в комфорт. Койка, ява стула с прямыми спинками, полка с толстыми скучными книгами, стол и лампа на нём — всё это не очень заполняет комнату. Майкл Карл швырнул на стол перчатки и хлыст и подошёл к окну. Но посмотрев в него, он кое-что вспомнил и улыбнулся.
Полковник не во всём выиграл. Майкл Карл снял с полки две толстые книги и порылся за ними. Да, это по-прежнему здесь.
Он взял синюю книгу в мягком переплёте. Во время одной из своих поездок в город — под тщательным присмотром — он увидел её в витрине, и на следующий день Эванс был отправлен на охоту. До этого Киплинг был просто именем в библиотечном каталоге, а полковник считал литературу наименее важным предметом в образовании Майкла Карла. Но теперь Киплинг превратился в весьма реальную личность; он писал великолепные стихи о солдатах.
Майкл Карл свернулся на койке способом, который, как он знал, не понравился бы полковнику, и открыл книгу на стихотворении «Дорога на Мандалай». Он заучивал его наизусть. Пусть полковник думает, что он читает «Полевую фортификацию» или ещё какую-нибудь подобную ерунду.
Не впервые проводил он часы, читая запрещённую литературу. Эванс тайком приносил ему журналы, газеты и книги, которые, по мнению полковника, были пустой тратой времени. То, что Майкл Карл узнал об Америке за пределами поместья, — а узнал он немало, — всё это было почерпнуто из чтения.
Уже начинало темнеть, когда в дверь постучали. Майкл Карл быстро и виновато пересёк комнату и сунул книгу в тайник.
— Кто там? — спросил он.
— Полковник просит вас спуститься в библиотеку, сэр.
Юноша был удивлён. Не похоже на полковника видеться с ним дважды в день. Разве что он отыскал груду журналов в летнем доме. Майкл Карл нахмурился.
Чувствуя себя виноватым, он поправил галстук и пригладил волосы. Полковник обожествляет аккуратность, и если Майкл Карл придёт к нему со взъерошенными волосами… Полковник требует также быстроты, и юноша слетел по лестнице.
У дверей библиотеки он остановился. Полковник был не один. За дверью слышался чей-то низкий хриплый голос. Майкл Карл испытал странное ощущение, словно ему не следует стучать в дверь, а лучше убежать как можно дальше. Каким-то образом он знал, что за дверью его ждёт какая-то опасность.
Но постучал.
— Войдите, — приказал полковник, и Майкл Карл послушался.
К его удивлению, комната оказалась заполненной людьми, и ему потребовалось несколько мгновений, чтобы разобраться. Что ещё более его обескуражило, своим появлением он словно нажал скрытую пружину: все щёлкнули каблуками и согнулись в его направлении.
— Его королевское высочество! — объявил полковник.
Майкл Карл почувствовал себя так, как будто на верху лестницы пропустил ступеньку и пересчитал остальные головой.