— Зато клешнями проще защищаться и нападать. Сейчас ее геном на что-то годится?
— Ну, если привить имеющееся и потратить циклов пять-десять на тренировки, можно будет экипаж колоссов раза в два сократить, — прикинула Фрея.
— Если нам еще лет двадцать-тридцать дадут, у нас электроника подоспеет, до вычислителей далеко, но и без всякого наквадаха экипаж раза в три сократим.
— Для контроля реакторов ее не хватит, — возразила Фрея.
— До контроля термоядерных… лет за пятьдесят прогресс дойдет, пока на синтезаторах производить можно, а с антиматерией еще неизвестно, когда что-то адекватное сделать сможем. Там чуть ли не с нуля начинать надо, специалистов растить, опыт нарабатывать, теорию до ума доводить, мрак, — махнул вилкой Александр.
— Я вот думаю, может мне тело обновить, — Фрея немного покачала бокал и посмотрела на гранатовый сок, стекающий по стенкам.
— И будут у тебя волосатые клешни, — хмыкнул Александр. — Смысла не вижу, лучше на Рароге экспериментируй, он давно порывался в Дору перебраться, да я все запрещал.
— Можно и на нем, — согласилась Фрея, и сделала пару глотков гранатового сока. — М… прелесть. Ты создал уникальную ягоду.
— Всегда думал, что это плод, — пожал плечами Александр.
— Ягодообразный плод, — кивнула Фрея. — Вкусный, — улыбнулась она.
Александр уже собрался выдать пассаж о том, что не вкуснее его королевы, и постепенно перевести поздний вечер в раннюю ночь, но его планам было не суждено сбыться. Идиллию совместного ужина нарушил Святогор. Вернее, судя по светящимся глазам Витомир. Глава разведки ворвался в малый зал и сходу выпалил:
— Мой бог, только что пришло срочное донесение. На Таури восстание рабов!
— И? — вскинул бровь Александр. Несмотря на демонстрируемое спокойствие, он хребтом почувствовал грядущие проблемы.
— Ра бежал.
— Вообще, или на орбиту?
Новость о том, что пусть более чем номинальный, но все же Верховный лорд и вроде как условный правитель цивилизации гоаулдов сбежал из-за восстания дикарей — это было что-то с чем-то и где-то за гранью. Несмотря на всю свою номинальность в качестве главы гоаулдов, Ра был совсем не номинальным звездным лордом. Одним из древнейших и сильнейших патриархов с огромными владениями, мощнейшим флотом, гигантской армией джафа и всем прочим.
— Вообще. И еще…
— Апофиз двинул корабли?
— Не только он.
— Ожидаемо. Что наши соседи?
— Перун, Жамсаран и Руевит еще не начали шевелиться, но Зевс уже наверняка знает.
— Собирай наших. — приказал Александр.
— Уже вызвал.
— Молодец. Прости, дорогая, но… — Александр поднялся из-за стола, — дела образовались.
— Будь осторожен, — Фрея встала, подошла к нему, поцеловала и отступила в сторону.
Ее чувства и желания не имели значения, несмотря на перерождение и годы жизни после него, она оставалась гоаулдом и королевой. Той, кто стоит за спиной своего лорда и, пока он жив и сражается, помогает ему всем, чем может, но не лезет под руку и не мешает.
Примечание к части
xbnfntkm13, бечено
Глава 27
Если спроецировать галактику на плоскость, то получится овал близкий к правильному кругу. Если наложить на него оси координат так, чтобы абсцисса стала экватором и соединила Зарю с Алой, и разделить расстояние от западного края галактики до восточного на дюжину частей, то между владениями Александра оказывалось ровно восемь отрезков. Правда, на деле стоило говорить о некотором смещении влево, так как территории Велеса оказывались ближе к западной части карты галактики. Если на той же проекции взглянуть на пространство принадлежащее системному лорду Зевсу и подкрасить цвета входящих в него владений других гоаулдов, не составляло труда обнаружить четыре наиболее значимых пятна — территории Велеса, Перуна, Жамсарана и Руевита. Вместе они занимали три четверти пространства контролируемого Зевсом, но не стоило забывать о том, что лишь «пятно» Велеса могло считаться полностью однородным. Другие Владыки полноценно владели лишь четвертью своих объемов космоса.
Несмотря на все потуги Святогора и Витомира, у них было лишь двадцать циклов и возможности почти заштатного Владыки на противоположном краю галактики. Иначе говоря, все их потуги наладить поставки информации из высоких эмпирей, в которых обретались патриархи вроде Ра, Апофиза, Юя и прочих звездных лордов, дали весьма скромный результат. Даже грандиозный успех с Юпитером на деле выглядел совсем бледно. По сути, там им просто повезло. Удалось банально купить мастера, работавшего над отделкой дворцовой части флагмана, и разместить несколько подслушивающих устройств. Увы, не в личных покоях лорда, но хоть что-то.
Зато свое «болото» они агентами насытили, получив возможность знать все и обо всех соседях Велеса. Святогор с Витомиром, действуя через Владык и напрямую платящих Зевсу Правителей, смогли подвести к системному лорду своих агентов. Кое-каких успехов добились и с ближайшим окружением. Работали на вырост и перспективу. В Хатаке того же Ареса имелся агент, правда он там на должности «подай-принеси, пошел вон не мешайся» обретался, но все лучше, чем пятерка информаторов в столичном мире Гефеста или парочка из владений Посейдона.
Из-за всего этого узнать о случившемся на Таури и с Ра удалось далеко не сразу, но все же много раньше, чем обо всем этом стало известно другим планетарным лордам. Фактически, Велес получил информацию вместе с теми Владыками, которые обретались во владениях верховного или располагались рядом с ними. Впрочем, с учетом расположения Зари, он сам мог считаться относящимся к последним. И, разумеется, действовать он начал много раньше, чем узнал о событиях на Таури.
Воймир был горд и счастлив, стоя на мостике Хатака. Разумеется, он бы предпочел командовать БХ или Колоссом, но судостроительную программу отложили на весьма дальний и неопределенный срок — сочли нецелесообразным, с учетом способностей гоаулдов перенимать новинки и ассимилировать идеи. «Новые корабли и тактика — это наш козырь. Применить его нужно с умом. На этапе становления звездным лордом, и не раньше», — постановил Велес. Умом Воймир все это понимал, более того, он сам же и ратовал за подобное, но хотелось-то ему иного. «Зато у нас целая боевая группа под командованием», — утешил его Йов, симбионт, друг и воспитанник Воймира.
Лорд Гебелейзис пребывал в отличном настроении. Еще бы, его интрига удалась. Два дурака вот-вот сойдутся в схватке и лишатся своих кораблей и джафа. Тогда-то он придет и возьмет их миры. О, как давно он ждал этого момента. Сколько ему пришлось пресмыкаться перед никчемным Перуном, но те времена прошли, он стягивает силы и готовится ввязаться в войну со Сварогом, сейчас у него нет возможности вмешаться, а потом…
«Потом будет поздно. Я куплю у Зевса Хатаки и стану слишком силен для ослабевшего ничтожества. Циклов десять, может быть двадцать, и я сам займу место Владыки», — глаза Гебелейзиса полыхнули. Он шевельнул ладонью, сфера каракеша тускло блеснула и ритмичная мелодия смолкла. Танцовщицы прекратили извиваться и дружно пали ниц, замерев и молясь, чтобы тяжелая стопа бога миновала их спину. Лорд прошелся прямо по телам рабынь и отправился в купальню, попутно распорядившись приготовить праздничный ужин и подать обед. Но ни омыться, ни поесть ему не довелось.
— Мой бог, неизвестные напали на охрану чапая! — ворвался в покои господина его Первый воин.
— Господин, наши сенсоры засекли корабли чужаков! — пришло сообщение от гоаулда-слуги, отвечающего за сенсорные системы Хатака.
— Что?! — лорд Гебелейзис на мгновение растерялся, но тут же взял себя в руки. — Немедленно поднять Хатаки на орбиту, запустить глайдеры и алакеши, послать джафа покарать нечестивцев.
— Кри! — бахнул кулаком в грудь Первый воин.
— Да господин, — пришел мыслеобраз от капитана.
— Сколько Хатаков у врага? — в том, что прилетели не друзья, сомневаться не приходилось.
— Пять, господин, — отрапортовал слуга.
Это было плохо. Будь он в своем столичном мире, его два Хатака при поддержке спутников обороны могли бы дать достойный бой, а так — у него не было шансов. Оставалось только прорываться и бежать. «Предательство, кто же меня обыграл», — размышлял Гебелейзис, спеша на мостик. С окраины его владений было удобно ударить, но не обороняться. «Надо постараться сохранить Хатаки. Вступлю в переговоры, выйду из гравитационного поля планеты, задурю головы и сразу в прыжок», — решил он.
— Командор, Хатаки противника и МЛА выходят на орбиту, — голос капитана Огуна чуть подрагивал, но говорил он четко.
— Взять на прицел флагман и дать связь, — приказал Воймир.
— Мой бог, нас вызывают, — доложил капитан Хатака лорду.
— Соединяй, — приказал Гебелейзис. Он поспешил подняться со стоящего в центре рубки кресла и спустился на палубу.
— Преклони колени и признай мою власть, тогда я пощажу тебя и даже позволю править, — произнесла соткавшаяся в центре командного мостика фигура крупного мужчины с прямыми черными волнистыми волосами до плеч и светящимися льдистыми глазами.
— Кто ты и по какому праву… — начал Гебелейзис, но синхронный залп четырех Хатаков сбивший щит его корабля заставил лорда отказаться от начатой речи. — Признаю твою власть и покоряюсь, — быстро сказал он и опустился на колено.
— То-то же, — самодовольно усмехнулся враг и разорвал связь.
— Господин, нам приказывают подобрать МЛА и приземлиться на планету.
— Выполнять, — прорычал Гебелейзис. Ему хотелось рвать и метать, он кипел от гнева, но был вынужден сдерживаться.
«По крайней мере, я жив, значит у меня еще будет шанс поквитаться», — утешался он тем немногим, что ему еще оставалось. «И надо найти предателя, они точно знали о том, в каком Хатаке я нахожусь», — поставил он себе задачу на ближайшее время.
«Ну-ну, не расстраивайся, зато без потерь и ремонтироваться не придется», — утешил Воймира Йов. «Да я и не расстраиваюсь. Хватит еще на наш век сражений», — ответил симбионту Воймир. «Следующая цель куда смелее», — напомнил Йов. «Но лучше бы он был трусом», — вздохнул Воймир, окончательно разделавшись с досадой из-за несостоявшегося боя.