— Есть большая вероятность того, что столкновение Юя и Молоха спровоцировал сам Ра.
— Да он так большинство своих врагов остановил, — недовольно буркнул Святогор.
Хоть он с Витомиром небезуспешно пользовались подворачивающимися возможностями, внедряя агентов, но кадров не хватало. Слишком много было на востоке лордов, слишком причудливо там переплетались занимаемые ими пространства, слишком многочисленны и непостоянны были интересы и союзы, слишком… Хаос там был, даже по меркам гоаулдов хаос, особенно сейчас, когда шла война всех со всеми. По сути, разведка работала на вырост. Подобраться к владыкам оказалось совсем непросто.
Тем не менее, несмотря на ловкие действия Ра, ему приходилось биться с Апофизом, Сокаром и Осирисом. Последние, правда, воевали на три-четыре фронта каждый, но даже так они доставляли больше проблем, чем вцепившиеся друг в друга Молох и Юй. Впрочем, от них Ра так же приходилось отмахиваться по мере сил и возможностей. Добавить к этому системных лордов, давно готовых, а местами уже и начавших пробовать на зуб слабеющих патриархов, и картина, в первом приближении, приобретет законченные черты.
— Два цикла, максимум, и там начнется бойня, — подытожил Красномир.
— А сейчас еще не она? — пробормотал генерал Эразм.
— Пока всего лишь хаос, — пожал плечами Ярополк.
— Еще и относительно упорядоченный, — добавил Витомир.
— Продолжаем, — шевельнулся Александр, до этого вполне успешно изображавший из себя чуть светящуюся мраморную статую.
— В принципе, тут нам еще интересны только Юпитер и Марс, — вновь заговорил Красномир, и повернул голографическую карту галактики так, чтобы выделить восточные владения патриарха.
Судя по цветовым обозначениям и кое-каким поясняющим надписям, даже без слов становилось ясно бедственное положение Юпитера. Вернее, его верховного военачальника Марса. Тот не столько держался, сколько организованно отступал под напором соседей. Фактически, его даже не завоевывали, а как бы заклевывали. Пожалуй, делайся это организованно, у него было бы больше шансов отбиться, по крайне мере — он мог бы огрызаться, наносить удары по центру принятия решений, атаковать, но в том-то и беда — его просто били. Нет, тюкали. Все. Многие мимоходом. По сути — совершая налеты. Некоторые задерживались и прирезали себе пару-другую миров.
— Юпитер оставил ему слишком мало сил, фактически, отдал на растерзание. И это делает его потенциально интересным объектом. По сути, у нас есть опорные точки между Ра и Молохом, но можно и восточные территории Юпитера забрать. Особенно если, — тут Красномир кивнул Святогору, уступая слово.
— Наши кукушата, — сверкнул глазами Витомир, — довольно успешно распространяют слухи о том, что Юпитер испугался Марса, но не рискнул сойтись с ним в божественном поединке, оставил его на растерзание другим и… — он усмехнулся, — оставил самых неблагонадежных воинов.
— Так понимаю, последнее особенно ранит джафа? — Александр приподнял бровь, и Святогор кивнул.
— Если подбить Марса на мятеж против Юпитера, если он объявит себя лордом, мы сможем убрать его или подменить, тогда не будет вопросов насчет Союза.
— Авторитетного вождя для него, — поправил Святогора Красномир.
— Время пока терпит, тем более вопрос Марса напрямую связан с Юпитером и ситуацией на западе, — Александр не дал разговору скатиться к частностям и деталям.
Он хотел сначала проговорить всю ситуацию, как бы охватить взглядом весь лес, вернее, две наиболее важные и интересные полянки, так как разбирать общегалактическую ситуацию не представлялось возможным физически. Вероятно, относительно рядом имелись сотни, а может и тысячи более интересных или перспективных вариантов, но в том-то и дело — владения Александра находились там, где находились, и он имел те возможности, которые имелись. И еще у него банально не хватало времени на то, чтобы оглядеться, все обдумать, развесить миллионы спутников-шпионов, набить миры собратьев агентурой и разведзондами, сделать все прочее из той же серии…
Александр видел возможности, видел шанс взобраться на вершину и действовал по заветам Рузвельта, то есть делал что мог, с тем, что имел, там, где находился.
— Сейчас Юпитер воюет с Аидом, — сфера на каракеше Красномира засветилась, и звездная карта изменилась.
Западные владения Юпитера приобрели вид стилизованного круга. На его верхней половине образовались отростки, врезающиеся в территорию звездного лорда Аида. Нижнюю часть заняли три области овальной формы — территории Посейдона, Ареса и Гермеса. По меркам востока они могли бы и за слабеньких патриархов сойти. Особенно если бы имели больше полных планет. Три «фасолины» подпирал «стручок» владений Зевса, от которого, к краю галактического диска, шла богатейшая россыпь клякс — объемы пространства, контролируемые владыками и правителями.
«Совсем не факт, что где-то там нет своих патриархов и системных лордов», — подумал Александр. Это ведь только кажется, что десятая часть мелочь, в масштабах целой галактики там многие миллиарды звезд. «Вполне возможно, где-то там копит силы Анубис или еще кто-то из собратьев, а может и вовсе какая-то иная цивилизация развивается», — Александру пришлось волевым усилием отогнать несвоевременные философские мысли и вернуться в реальность, заставить себя прислушаться к словам Красномира.
— Таким образом, мы считаем, что, с вероятностью более девяноста процентов, Посейдон и Гермес выступят единым фронтом. Высок шанс на то, что к ним присоединится Арес. В любом случае, они выступят против Юпитера в промежутке от года до полутора.
— Разумеется, при сохранении темпа идущих боевых действий, — кивнул Воймир.
— Само собой, — сверкнул глазами Красномир.
— Значит, мы должны успеть завершить свои дела в Анклаве, собрать силы в кулак и ударить по ним через два цикла и, вместе с тем, нам желательно активизироваться на востоке, начав операцию «Союз», — озвучил очевидное Александр.
— Раз уж мы все равно вынуждены совмещать, — заговорил Витомир, — надо сосредоточить усилия на Марсе. Его все равно вышибут с востока, так пусть поднимает мятеж на западе. Юпитер через два цикла будет достаточно слаб, чтобы он смог его добить. Нам это на руку, у нас и кукушата готовы будут, быстренько подомнем соседей и получим буфер между собой и Аидом.
— Все может быть ой как не просто, — покачал головой Воймир.
— Марс вполне может свергнуть Юпитера, но не факт, что он не соберет оставшиеся корабли и не рванет на восток отбивать потерянное. Он ведь понимает, что там не готовы к подобному. Рассинхрон во времени скажется и у него откроется окно возможностей. Риск, конечно, велик, но с парой сотен Хатаков он сможет дел наворотить. Мы ведь, по сути, тоже хотим в этот момент Союз на сцену вывести. И сил у нас не больше его будет.
Слова Александра заставили всех призадуматься. Глаза у всех ярко засияли, многие и вовсе семафорам уподобились. Планы в планах, за каждым свой резон и плюсы с минусами. Это на уровне правителей, имеющих минимальные возможности, легко просчитать ходы. Выбор-то невелик, тут не столько собственные потуги важны, сколько удачное стечение обстоятельств роль играет. Впрочем, условно говоря, там фифти-фифти. С владыками, которые могут в разы, а то и на порядок больше, уже куда сложнее, но все еще реально. А вот дальше начинается мрак. Нет, в спокойной обстановке еще туда-сюда, но во время войны, когда нет даже такого понятия как фронт, когда все меняется непредсказуемо и постоянно…
Как что-то прогнозировать, когда лорд может изменить решение и ударить совсем не туда, куда стоило бы, и сделать это не по стратегическим или тактическим соображениям, а из-за того, что появилась возможность поквитаться с тем, кто, лет пятьсот назад, косо посмотрел или еще что-то подобное учудил? За века и тысячелетия накоплено много обид и претензий. Да, каждый рвется к власти, хочет стать самым-самым, но и про ущемленное чувство собственного величия никто не забывает.
Александр все больше сомневался в том, что идея воспользоваться войной для возвышения была хорошей. Конечно, пока все шло довольно успешно, да что там, отлично шло, но везение не может быть вечным, а прогнозировать становилось все сложнее и сложнее. «Надо будет Фрею и спецов отослать в Пегас. И с Зари особо перспективных эвакуировать туда же. Когда начнется большой замес с нашим участием, как угодно обернуться может, так хоть за нее волноваться не придется и задел на крайний случай появится», — решив поступить так, Александр почувствовал определенное облегчение.
«Один камешек с себя снял, дополнительную точку опоры получил, вот и нечего раскисать», — сказал он самому себе и поднялся со своего места. Его глаза засветились, он поднял руку и картинно шевельнул ладонью, возвращая звездной карте прежний вид. Уверенный взгляд, расправленные плечи, гордая осанка, твердый шаг и голос, все это воодушевило остальных, зарядило энергией и развеяло сомнения. Каждый стремился сделать всё, от него зависящее, и верил — вместе они справятся.
Примечание к части
xbnfntkm13, бечено
Глава 32
Август был молодым но уже опытным джафа великого Велеса. В войне его бога со злыми демонами он дважды участвовал в больших сражениях и по праву нанес три черты на ножны меча и девять на боевой посох. Правда лишь четверо врагов пали от его выстрелов. Пятерых он убил метко брошенной гранатой, но это не имело значения для других. Они видели лишь серебристые насечки. Мечтой Августа было стать одним из рыцарей. Они были элитой, гвардией его бога. С ног до головы закованные в тяжелую штурмовую броню, с серыми шлемами в виде черепа, ранцами, питающими плазменную винтовку и остальное оборудование доспеха… Про них слагали легенды, наставники травили байки, поговаривали, что один череп стоит в бою сотню витязей. Август немного сомневался на этот счет, но то, что на сотню, а то и две витязей приходится лишь один рыцарь — это точно.
В крайнем бою, когда ему довелось штурмовать Горн, столичный мир Гермеса, он краем глаза видел, как десяток рыцарей пробивается в разбитый бомбами Хатак врага. Это было потрясающее зрелище. Черепа двигались словно огромное многорукое и многоногое чудовище, не знающее жалости и пощады, не способное ошибиться или быть пойманным врасплох. Они пронзали вражеский строй так, словно им противостояли новобранцы с палками и камнями. Они разбрасывали опытных джафа десятками. Все, кто пытался преградить им путь, остались лежать убитыми за их спинами, они же не замедлились ни на секунду. Рыцари шли вперед, и за ними оставалась кровавая просека из трупов. Плазменные заряды стекали по их щитам в тех редких случаях, когда пролетали в опасной близости, но случалось это крайне редко. Черепа убивали врагов раньше, чем те успевали выстрелить. Тогда Август поймал себя на мысли — этого десятка хватило бы на всю операцию. Глупость, конечно, но все же мысль запала в душу и превратилась в масло, подлитое в огонь мечты.