Кольца, похожие на чапай в миниатюре, опустились с потолка и отгородили одиннадцать стоящих спиной к спине джафа. Вспышка света, и Август со своими бойцами оказались внутри вражеского Хатака. «Живы» — пришла облегченная мысль симбионта. «Ага», — выдохнул Август. Падение с высоты всего-то в метр не доставило проблем. Тело отработало на рефлексах. Ноги касаются палубы и подгибаются. Нырок вперед и в сторону, перекат, плазма летит в первого ворвавшегося в отсек джафа, тот падает с разорванной и прожженной грудью. Слева грохочет пулемет, с боков летят две гранаты, вот и все — абордажная группа уничтожила тех, кто явился убить их.
«Даже времени на раскачку не дали», — подумал Август. «Шустрые или рядом были», — ответил Тсугва. «Вперед», — отдал приказ Август, и первым поспешил его выполнить. Короткая пробежка и они вновь столкнулись с врагом. На этот раз джафа Марса подготовили засаду, но не слишком удачную. «Огонь!» — заорал Август, на пару мгновений опередив вражеского командира. Так как сам он оказался в кольце собственных бойцов, то сорвал с пояса пару шоковых гранат и, вдавив кнопки активаторов, швырнул их в разные стороны. Зеты и короткие боевые посохи в руках воинов изрыгнули молнии и плазму, сметая живых, две вспышки зачистили углы малого трюма, в котором попытались задержать абордажников Велеса.
«Удачное начало, но расслабляться нельзя. Где мы?» — спросил Август симбионта. «Грузовая палуба, нам ближе к генератору, два уровня вверх», — ответил Тсугва. Благодаря наквадаху в крови и аппаратуре брони он смог быстро сориентироваться, а спустя пару секунд и вывесить перед глазами Августа план-схему корабля.
Несмотря на схожесть общего плана, каждый отдельный Хатак внутри мог сильно отличаться. В особенности расположением переходов между уровнями. Но самым неприятным оказалось то, что корабль просто кишел джафа Марса. Тсугва ловко управлялся с техникой и, на основе действий других отрядов, быстро собрал объемный мыслеобраз для Августа. «Похоже, легкой прогулки не намечается» — «Впереди наши идут, так что мы скорее им тылы прикрываем, чем сами пробиваемся», — ответил Август, и махнул рукой своим бойцам.
Пара сотен метров коридора, поворот, короткий бой со спешащим навстречу десятком защитников, явно не ожидавших встречи и оказавшихся не готовыми. «Еще две черты на меч», — отметил Тсугва. «Но гранаты у меня метать получается лучше», — вздохнул мысленно Август. «Пора уже от мечей избавляться, только мешают», — сказал Тсугва. «Традиции надо чтить», — ответил Август. Не хотелось ему с клинком расставаться, иррационально не хотелось, хоть умом и понимал, что это уже, по нынешним временам, анахронизм. «Для парадной формы оставить», — прислал понимающий мыслеобраз Тсугва. «У рыцарей, кстати, мечей давно уже нет», — добавил он.
За время короткого разговора Август во главе отряда добрался до лестницы и поднялся на следующий уровень. Теперь предстояло бежать обратно, сквозных переходов на Хатаках отродясь не делали. Только транспортная система позволяла сразу в любую часть корабля попасть, но пока рубку контролирует враг, о ней не стоило вспоминать. У перехода на уровень реакторного отсека их уже ждали. На этот раз пришлось вступать в перестрелку с охраняющими подход к пандусу бойцами. Не обошлось без потерь. Минуций получил два одновременных попадания в грудь и погиб на месте, но он успел закрыть лицо руками и третий заряд плазмы не попал в голову. Хоть ему ее и опалило, но его симбионт не пострадал. Цуним выбрался из обожженной плоти и с яростным шипение пополз вперед.
Джафа Марса отвлеклись, но попасть по верткому гоаулду оказалось непросто даже для них. «Прикройте нас!» — скомандовал Август и бросился вперед. Далеко пробежать ему не дали, но он успел добраться до развилки и откатиться в коридор. «Это было близко», — спокойно отметил Тсугва. «Угу», — мысленно ответил Август, переводя дыхание. Никогда он еще не бегал так быстро.
Симбионт послал мыслеобраз, в отличие от человека он успел неплохо рассмотреть развернутую врагом оборону. Основную проблему представляла странная бандура, что-то вроде щита, из которого торчало четыре боевых посоха. «Это что еще за стационарный бластер?» — спросил он у Тсугву. «Прадедушка наших плазмометов», — предположил тот. «Скорострельность так себе, защита из тритиума или чего попроще — несерьезно без щита…» — «Но с учетом десятка джафа штурмовать в лоб бесполезно», — подытожил Август. «Нужно обходить», — согласился Тсугва. Но тут со стороны врага раздались крики. «Он дополз, кидай гранаты!» — раздался в голове Августа мысленный крик симбионта.
Никогда еще Август не двигался так быстро. Воздух стал подобен патоке и мешал шевелиться, мышцы горели, связки трещали, казалось, со звоном лопаются сухожилия и по жилам течет пламя. Человек и гоаулд действовали сообща, добиваясь от тела максимум возможного и, кажется, даже чуточку сверх того.
Как-то отстранено, краем сознания, Август отметил ногу врага, опустившуюся на тело Цунима. Показалось, будто он услышал хруст костей, но наполовину раздавленное черное тело невероятным образом извернулось и впилось в ногу убийцы. До ушей Августа, словно из колодца, долетел крик укушенного. В невероятно сузившемся поле зрения он увидел джафа, прыгающего на одной ноге и дрыгающего другой. «Он мешает остальным», — промелькнула мысль, вместе с пролетевшей рядом с головой плазмой. Укушенный упал и забился в конвульсиях. Сапог подскочившего джафа мощным ударом сокрушает ногу пострадавшего и размазывает остатки гоаулда. Гранаты одна за другой летят в сторону врагов. Тело рефлекторно ныряет вперед, уходит перекатом, над головой сердитыми шмелями гудит плазма. Враг пытается убить его, свои прикрывают. Трещат кости позвоночника от удара об стену, время вновь усмиряет свой бег, восприятие возвращает привычную скорость, Август накрыл шлем руками. Глупость, от плазмы не поможет, а осколок и так не пробьёт.
Последнюю мысль заглушает сдвоенный взрыв. Дым, вонь паленого мяса, крови, крики и стоны. «Мог бы и осколочную бросить, за наквадаховый сердечник теперь отчитываться будем», — буркнул Тсугва. «Это когда я зент выхватить успел?» — удивленно покосился на руку Август. «Без понятия», — ответил Тсугва. Мимо пронеслись бойцы его отряда и в секунду добили выживших джафа Марса. «Хватит валяться, побежали» — «Угу», — тряхнул головой Август, почувствовав себя бодрым и полным сил, он вскочил на ноги и повел своих дальше.
Снова бег, стены сливаются в размазанные тени, мелькают развилки коридоров. Слышна стрельба и взрывы, где-то рядом пробиваются братья. Выскочивший неизвестно откуда ошалелый гоаулд-рабочий оказался слишком близко и Август тут же нанес удар локтем. Машинально, не раздумывая. Отлетевшего к стене неудачника пристрелили бегущие следом. Вряд ли даже успев сообразить, что делают.
Большой зал стал местом последней битвы десятка, шедшего этим путем до них. Братья дорого продали свои жизни, взяв с врага достойную плату. Останавливаться некогда, горевать нет повода, достойная смерть. Вперед, вперед, быстрее. На развилке отряд Августа столкнулся с пятеркой джафа. «Свои», — успели предупредить почувствовавшие друг друга симбионты. Взмах рукой, на слова нет времени, и объединившиеся воины Велеса продолжают бег вместе.
Еще два перекрёстка и одна короткая стычка с тремя врагами. Достойный противник, наверняка мастера — притворившись мертвыми и даже будучи ранеными, они успели забрать жизнь одного из бойцов Августа. «Еще немного, мы уже у реакторного отсека», — пришла виноватая мысль Тсугвы. «Ты не мог прочесть их мысли», — мимолетно утешил его Август. «Но я мог догадаться по положению их рук», — вздохнул он в ответ.
Разговор прервал грохот взрыва. Тсугва быстро сориентировался и прислал мыслеобраз. За углом дальнего перекрестка кипел бой. Там джафа Велеса штурмовали вход в реакторный отсек. «Нужно помочь, скорее», — решил Август и уже собрался отдать приказ, но был остановлен Тсугвой. «Пробьем стену, ударим в тыл», — четкая мысль прозвучала в голове и телу вернулся контроль. «Пробить? Скорей прорезать», — усмехнулся мысленно Август и отдал приказ.
Пара бойцов сняли с пояса толстые серые цилиндры. Подбежали к стене и активировали их. Края разошлись, появилось чашеобразное углубление, из которого вырвалась закольцованная в мощном поле раскаленная дуга. «На меч похоже», — подумал Август достаточно громко, чтобы его услышал Тсугва. «У диверсантов круче штуки есть», — он прислал мыслеобраз г-образных цилиндров и то, как ловко и без всяких спецэффектов они прорезают броню из тритиума. «И стоит это чудо как глайдер», — хмыкнул Август. «Алакеш. Ну, почти», — поправил его Тсугва. Разговор с симбионтом не мешал Августу командовать. Правда, не очень-то джафа требовались его указания — стандартная, давно отработанная ситуация.
Пока два бойца резали стену реакторного отсека, остальные рассыпались и заняли оборону. Две минуты и округлое отверстие в стене готово. Август приготовился и кивнул. Сдвоенный удар занявших позицию бойцов, и он прыгнул через прорезанный ход. Перекат, оружие наготове, но противника нет. Следом проходят остальные бойцы. Рассыпаются по залу, берут под контроль сектора, но у Августа есть дело важнее.
Пригибаясь, он подбежал к пульту управления реакторами. «Странно, что нет оператора», — мельком удивился Август. «Пристрелили мы его, пока сюда пробивались», — ответил Тсугва. Тело Августа резко перестает подчиняться и сам он оказался словно бы висящим в невесомости. Тсугва взял контроль и, быстро опустив руки на кристаллы, принялся что-то делать. Август никогда не был силен во всех этих штуках. Минимум необходимого он, разумеется, знал, а для большего у него имелся друг, напарник и самое близкое на свете существо — его симбионт.
Перед глазами Августа с огромной скоростью пронеслось мельтешение непонятных надписей и строчек символов. «Опять он что-то свое химичит», — подумал Август, и тут освещение погасло. «Вот так», — довольно и с явной гордостью подумал Тсугва. Рука вырвала из пульта пару кристаллов и убирала их во внутренний карман, другая сунула в него же термическую гранату. «Теперь не запустят?» — «Не сразу», — ответил Тсугва и Август почувствовал, как вернулся контроль над телом.