чего хорошего, и старательно давящая совершенно неуместную лыбу Трикси продолжила выступление, делая вид, что ничего не произошло.
— А для следующего номера мне понадобится помощь моей великолепной ассистентки! — провозгласила она, и Берри Пунш выскользнула на сцену, приветственно вскинув лапки. Снипс со Снейлзом выкатили большой ящик, и Берри, грациозно протанцевав вокруг него, благополучно туда упаковалась. Трикси вооружилась длинным мечом из связки, притащенной жеребятами вместе с ящиком, сделала драматическую паузу, примериваясь, и вогнала меч в ящик. Остриё вылезло с противоположной стороны, кто-то из жеребят испуганно вскрикнул… и тут же ласково-приторной нотой зазвучала Твайлайт:
— Не бойся, Динки, это же только фокус. Тоже очень-очень старый, его почти сто лет назад придумал Гарри Хуфдини, ещё один великий иллюзионист. Видишь, какие эти мечи длинные? Это потому, что они хоть и острые, но тонкие и гибкие. А внутри ящика проходят плоские трубки, по которым лезвия огибают тётю Берри, и она не пострадала. «Тётя Берри» скрипнула зубами в ящике.
— Трикс, эта дрянь нам испортит всю малину… может, набить ей морду?
— Да брось, — Трикси и ухом не повела, втыкая в ящик остальные железки, а потом разделяя его на три части под комментарии продолжающей упоённо свинячить Твайлайт и смешки её подруг. — Не порти себе карму. Уж на пару бутылок хорошего поньяка, а не этой их яблочной кислятины, заработку наберётся, как бы она ни косорезила, выхлебаем потом за встречу. Стала б я сюда переться, если б думала, что они чего-нибудь такого не отчебучат, чтобы помешать мне заработать.
Берри что-то пробурчала насчёт откручивания хвостов отдельным принцессам, умышляя покушение на Корону, и угомонилась. Она лишь сердито сопела, когда Твайлайт выдавала очередное «разоблачение». Трикси же и вовсе похуфигистично махнула хвостом, сосредоточившись на исполнении номеров и картинно морща нос в нужных местах. С Берри они сошлись на почве любви к хорошей выпивке в умеренных дозах, та успешно работала не абы где, а в Кантерлоте сомелье, пока не обзавелась мужем, Руби, и не перебралась в Понивилль — подальше от придворной и городской суеты. И это была ещё одна причина приехать именно сюда — настоящих подруг у Трикси было не особенно много. Совместить приятное с полезным, да.
Итог представления был ожидаемым: несколько медяков, пара серебрушек, и золотая монета, издевательски всученная Трикси лично в лапки самой Твайлайт, изысканно рассыпавшейся в благодарностях за доставленное удовольствие — ну ещё бы, кто б сомневался, что оное принцесса гребла лопатой… Ещё один золотой битс, правда, перепал от Флаттершай, всё больше напоминающей в эмоциях грозовую тучу. Трикси в ней не сомневалась, как, впрочем, и в том, что битс этот был у неё последним, так что аккуратно и незаметно вернула монетку в сумку Флатти.
А потом они с Берри, свернув фургончик и разогнав жеребят по домам, таки открыли поньяк, и подаренный Трикси, и притащенный самой Берри из старых запасов, и под воспоминания и песни дружно надрались до зелёных слоников. Всё шло по плану.
Глава третья. Последствия
— Бе-е-ерри… — просипела Трикси, ворочаясь в гамаке. Гудящая ульем голова подниматься наотруб отказывалась.
— Ч… Чаво? — столь же хрипло спросила собутыльница откуда-то снизу.
— Выключи эту штуку. Спать же мешает…
— Нимагу…
— Почему-у?
— Потому что не Селестия, блин… Это солнце.
— А, — Трикси немного подумала. Вялые мысли с трудом прогрызали себе путь сквозь спутавшиеся извилины, ощущения соответствовали. — А почему ты на полу?
— Потому что упала, — логично ответила Берри и с кряхтением перевернулась на пузо. — Вот гад…
— Кто?
— Паук, йик!.. На подоконнике. Топает, зараза… как кувалдой по мозгам.
Трикси попыталась вылезти из гамака, запуталась задними лапками и свалилась на Берри.
Подружка охнула.
— Ёпт, Трикс!.. Мы не настолько близко дружим!
— Ты уверена? — Трикси старательно постаралась припомнить минувшую ночь, но старания утонули в поньячном тумане.
— Э-э-э, — судя по голосу, Берри терзалась теми же сомнениями. — Уже нет… — честно призналась.
Трикси прыснула.
— Да-а, хорошо погудели… Душевно.
— Ага… Лучше некуда, только… Трикс, ну слезь с меня уже! — Берри завозилась под единорожкой.
— Ты не любишь снизу? — томно спросила расшалившаяся единорожка и игриво куснула трепыхающееся перед носом ушко винного цвета.
— Нет, я не люблю, когда у меня полный мочевой пузырь, а на мне валяется Великая и Увесистая Трикси, — Берри шлёпнула её хвостом по крупу.
— Хочешь сказать, я толстая? — хмыкнула единорожка и скатилась с подружки.
— Ну, на бриззи ты точно не тянешь, — пробурчала Берри, скрываясь за ширмочкой «уголка задумчивости», откуда затем донеслось журчание и вздох глубочайшего облегчения.
Трикси почухала загривок, поморщилась от всколыхнувшихся в голове последствий весёлой ночки и по некотором размышлении таки вспомнила, что торчащий у неё во лбу рог зачем-то нужен. И хотя надиралась она очень нечасто, но заклинания от бодуна всё же разучила железно. Не только для себя ведь, мало ли что. Магия, зелье от головной боли и предусмотрительно наполненный заранее водой кувшин в шкафчике сотворили чудо — Трикси твёрдо состыковалась с реальностью и даже сумела посмотреть в будущее с привычным похуфиги… оптимизмом. Несколько порушенным гулким барабанным стуком в дверь.
Вывалившуюся из-за ширмы Берри перекосило. Она схватилась за голову, мучительно содрогаясь с каждым бухом в створку.
— Убью!.. — прошипела земнопони, скалясь почище любого тигра. — Какая сволочь там ломится в такую рань?!
— Полдень, вообще-то, — вздохнула Трикси, успевшая выглянуть в окно, пальнула в подружку магией и вножила ей пузырёк и кувшин. Пока та, невнятно проворчав что-то благодарное, поправляла здоровье, болезненно морщась от вкуса зелья и продолжающегося стука, Трикси разыскала плащик и шляпу, нацепила на себя Великий и Могучий имидж и пошла открывать.
— Кхе-кха! — Берри поперхнулась водой и замотала головой, когда за дверью обнаружились Эпплджек и Пинки Пай. Трикси же, скроив морду гузкой, умильно осведомилась:
— Доброго утречка. Чем обязана приятственности вас лицезреть, фелледи? Вы желаете узнать время нового представления Великой Трикси, дабы вновь посетить оное всей честной компанией?
Слово «честной» она произнесла не с тем ударением, с удовольствием отметив покрасневшие уши фермерши и дёрнувшийся в сторону взгляд непривычно хмурой Пинки.
— Не, мы это… — Эпплджек стянула шляпу и крепко потёрла загривок, взъерошив гриву. — Ну в обчем, извиниться пришли.
Пинки быстро закивала.
— Чего?! — Трикси аж из образа выпала, из ступора её вырвал дребезг разбитого кувшина и нечто неразборчиво-матерное в исполнении ошарашенной Берри сзади.
— Ну да, — затарахтела Пинки. — Сперва мы послушали Твайлайт, а она сказала, что всё опять будет как тогда, но наоборот, и нам надо сделать всё обратно, чтобы всё вышло как надо, и…
— Тпру, сахарок, — Эйджи заткнула подружку шляпой. — Кароч, мы уже потом смекнули, что Твайку кудысь не туды занесло, а мы перегнули палку и как-то оно… некрасиво получилось. Ни те битсов не перепало, ни мелким радости… Эпплблум вон ходит, как в воду опущенная. Так шо мы с Пинки покумекали и пошли извиняться. Прости нас, пожалуйста.
— Да, да! — Пинки выпуталась из шляпы. — Извини, мы больше не будем, а сначала будем думать. Извиняешь? Ну позязя-а-а…
— Сначала думать… — пробурчала Великая и Олуневшая Трикси. Вот это поворот. Такого даже Великий и Могучий план не предусматривал. Впрочем, так всё выходило даже удачнее ожидаемого. Оказывается, не только у Флаттершай ещё осталась совесть, ну кто бы мог подумать? — Вот бы вы пораньше про это вспомнили, а? До того, как жеребятам малину портить. Вернуть им сказку будет нелегко. Я-то что, мне и не таких свиней подкладывали.
Пони виновато потупились.
— Так мы это… если чем надо помочь, так всё сделаем.
— Вечеринка! — радостно подпрыгнула Пинки. — Большая вечеринка на ферме с угощением и представлением, чтоб всем хватило, и никто не ушёл обиженным!
— И с новыми фокусами, хм… — Трикси задумчиво потёрла подбородок. — Может, что и выйдет, но придётся постараться.
— Постараемся! — повеселевшая Эпплджек нахлобучила помятую шляпу. — Из шкуры вывернемся, но сделаем, сахарок.
— Агась! — Пинки подскочила едва не выше крыши. — А Твайлайт заткнём тянучками, если не… ой.
— Ага, ой, — согласилась Трикси, наблюдая, как на площадь выбрели две понурые крылатые кобылки и поплелись к фургончику. Их сопровождали — или конвоировали? — белая единорожка и золотистая пегаска с весьма решительными лицами. Правда, единорожке тоже явно было слегка не по себе.
— Ух ты… — Эпплджек вытерла внезапно взмокревший лоб. — Слышь, Пинки, а мы вовремя сообразили… а то Флатти и нам бы выдала на орехи. Калёные.
— Так, а нам же ещё надо всё приготовить, напечь, смешать, развесить, и… и… — Пинки, не отрывая глаз от процессии, попятилась, запнулась и едва не сковырнулась с лесенки.
— И пораньше, чтобы успеть к вечеру, — подсказала Трикси, стараясь не улыбаться. У неё за спиной булькала и давилась хохотом Берри, оценившая картину маслом.
— Точно! — Эпплджек схватила Пинки. — Ну мы это… пошли всё готовить, сахарок!
«А говорят, земнопони не владеют телепортацией», — Трикси покачала головой, хорошенько пихнула рыдающую в занавеску Берри, и приготовилась встречать свой триумф в должной позе.
Глава четвёртая. Восстановление
Праздник однозначно удался. Укатанная в сивку-бурку, но довольная Трикси окинула победным взором поле битвы под вечерним небом. Обрывки серпантина, фантики, столы с пустой посудой, уже мигающие — магозаряд выдыхался — фонарики и прочие признаки бурного веселья позволяли утверждать это со всей определенностью. Угощение вышло на славу, представление — тем более.