41-е десантно-диверсионное подразделение коммандос морской пехоты сформировало связующее звено с береговым участком «Джуно». За 3-й британской дивизией, поддерживаемой 27-й танковой бригадой с танками DD, следовали восемь команд «катушек», танков-мостоукладчиков и других танков. Многие «Крабы» были подбиты, или у них минами были разорваны гусеницы. Одна часть из тридцати четырех танков DD была спущена на воду в 5 км от берега, и два танка затонули при раскрытии носовой части танкодесантного корабля, прикрывающей аппарель (из-за неудачной позиции корабля по отношению к волнам). Многие бы еще затонули, если бы не несколько выстрелов с британского корабля с ракетным вооружением, что обратило на себя внимание и заставило LCT спешно изменить курс. Пять танков DD подорвались на минах, когда достигли берега. Один пехотный батальон должен был быть доставлен в глубь территории на этих танках, но, поскольку танки опоздали, пехота продвигалась без них, а танки примкнули к ней позднее.
К наступлению темноты на участке «Юта» войска продвинулись в глубь суши и по побережью на север, соединяясь с 101-й воздушно-десантной дивизией западнее Сент-Мари– дю-Мор, но соединение пока что не произошло с подразделениями этой дивизии севернее Карантана и с несколькими группами 82-й воздушно-десантной дивизии в районе Сент– Мер-Эглиз. На участке высадки «Омаха» небольшие группы прорвались в несколько районов между Сен-Лораном и Коллевилем и южнее Вервилля. На береговом участке «Голд» был взят Байё. На участках высадки «Суорд» и «Джуно» войска союзников проникли в глубь территории на 5 км.
21-я немецкая танковая дивизия с полуночи занимала оба берега реки Орн за пределами Кана, но никаких приказов не получила. Командир по своей собственной инициативе направил в 6.30 вперед танковую группу, а затем через несколько часов получил приказ атаковать. Дивизия пошла в атаку в 15.00. Одиннадцать ее танков были подбиты огнем британцев, но остальные достигли побережья. Когда они подошли, начали высадку планеры второго эшелона 6-й британской воздушно-десантной дивизии, что привело немцев в замешательство. Они отступили на некоторое расстояние и окопались, оставаясь на месте несколько недель. (Автор, мягко говоря, лукавит. Немцы сражались как могли, но, выйдя к берегу, попали под огонь 381-мм орудий линкоров и вынуждены были отойти, непрерывно отражая наступление врага с берега и подвергаясь постоянным налетам авиации с моря, с тыла. О действиях 21-й германской танковой дивизии в Нормандии см., например, мемуары Ханса Люка «На острие танкового клина», с. 273–323. – Ред.)
Потери США составили 33 326 человек, и лишь 197 из них погибли на береговом участке «Юта». Канадцы потеряли 18 514 человек, а потери британцев составили 15 595 человек. Были выведены из строя 12 из 50 «Крабов» и 22 из 120 AVRES. (Согласно C. Ryan. The Longest Day Iuneb, 1944, New York, 1959, p. 303, потери американцев в первый день операции составили 6603 человека, в т. ч. 1465 убитыми и 3184 ранеными; у англичан и канадцев – около 4 тыс. человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. – Ред.) Потери в другой бронетехнике у британцев не превысили пятидесяти единиц. США потеряли не более 75 танков. Потери немцев неизвестны, кроме того, что 21-я германская танковая дивизия лишилась 11 танков. (Неизвестные автору потери немцев, прежде всего от ударов авиации и артобстрелов, были тяжелыми. – Ред.)
Создается впечатление, что более значительные потери, которые понесли американцы, были вызваны их относительной неудачей в использовании бронетехники в большом количестве, а также игнорированием тех возможностей, которые открывала перед ними специальная бронетехника, которую им выделили британцы из своей 79-й танковой дивизии. Довольно трудно понять позицию американцев на этот счет. Отчасти это, вероятно, вызвано излишней самоуверенностью. Отчасти это, может быть, связано с нежеланием американцев принять совет британцев, несмотря на то что он основывался на опыте Дьепа и других рейдов на позиции немецкой береговой обороны за последние годы. Но, несмотря на эти технические различия, в планировании операций у союзников выявилось не так уж много недочетов, и, конечно, они смогли использовать элемент неожиданности.
Единое командование союзной коалиции проявило себя в этом первом большом испытании совсем неплохо. Единственным крупным провалом стало одностороннее решение армейских ВВС, изменивших план бомбардировки, что снизило ее результаты и привело к ненужным жертвам в войсках, высаживавшихся на побережье.
С другой стороны, главная слабость немцев проявилась в области единого командования и в интерпретации разведданных. Командующий германскими силами в Нормандии (Роммель) отсутствовал, когда началось вторжение сил союзной коалиции. Это, безусловно, сыграло свою роль, как и то, что Гитлер лично контролировал силы, которые можно было использовать для контратаки, и помешал принятию мер, которые сделали бы для союзников задачу создания и удерживания берегового плацдарма гораздо более трудной. (Общие потери союзников в людях с 6 июня по 24 июля составили около 122 тыс., в т. ч. 73 тыс. американцев и 49 тыс. англичан и канадцев. Немцы потеряли около 113 тыс. человек. – Ред.)
Прорыв у Кана (Операция «Тоталайз»), Франция
Несмотря на то что к исходу 24 июля (6 июня – 24 июля – рамки Нормандской десантной операции. – Ред.) союзная коалиция контролировала плацдарм от Лессе на западном берегу полуострова Котантен до города Кан, она не смогла значительно продвинуться вперед, прорываясь с берегового плацдарма, до тех пор пока 1-я армия США 25 июля не осуществила прорыв западнее Сен-Ло. Это открыло дорогу для высадки у Авранша 3-й армии США. Вскоре образовался «котел», который удерживался измотанными и поредевшими силами немцев, но они все еще были способны к длительному сопротивлению.
Германский командующий (Клюге) намеревался совершить планомерный отход из Нормандии, но Берлин ответил тем, что приказал контратаковать так, чтобы блокировать Авранш, отрезая таким образом американцев от их базы. Эта атака началась 7 августа и первоначально имела успех, но с утра 8 августа союзная авиация обрушилась на танковые колонны немцев. XV корпус США достиг Ле-Мана 9 августа, а 10-го получил приказ двигаться на север, на Аржантан. Это наступление предполагало встречу с канадцами, продвигавшимися с севера, и эта операция предполагала устройство западни всем силам немцев в этом районе. XV корпус США достиг Аржантана на следующий день, но остановился здесь, потому что удар канадцев в южном направлении не был успешным.
КАН
7—8 августа 1944 г.
Операция канадцев под названием «Тоталайз» проводилась 1-й канадской армией. Это был весьма смелый и нестандартный план – ночная атака с бронетехникой в попытке сделать ночью то, что не удавалось много раз днем. (Первая массированная ночная атака танков была осуществлена советскими войсками при штурме Запорожья в ночь с 13 на 14 октября 1943 года. – Ред.) Приказ был отдан 2 августа со временем атаки, намеченным на ночь с 7 на 8 августа.
Немцы продолжали удерживать сильные оборонительные позиции в нескольких километрах к югу от Кана, которые пересекали дорогу Кан – Фалез сразу за Бургебюсом, Верьером и Мэй-сюр-Орн. Эти позиции были подготовлены 12-й танковой дивизией СС, теперь, после ее отвода с передовой, их заняла второразрядная 89-я пехотная дивизия, поддерживаемая остатками 12-й танковой дивизии СС, в то время находившейся на отдыхе севернее Фалеза. В этой дивизии оставалось сорок танков «Пантера», и она была только что усилена тринадцатью «Тиграми», оставшимися от 501-го тяжелого танкового батальона. Фланги были защищены реками Орн и Див. Как полоса боевого охранения, так и первая линия обороны примерно в 15 км южнее были организованы в глубину и изобиловали опорными пунктами в деревнях и на небольших подъемах, которые имелись на открытой местности, преобладавшей в этом районе. Южнее Кана местность постепенно поднималась, и несколько таких опорных пунктов располагались на возвышении. Большая часть района была покрыта полями спелой пшеницы.
У немцев в этом районе было девяносто 88-мм зенитных и противотанковых орудий, и они врыли в землю большую часть танков. У них было немало другой артиллерии (некоторая самоходная); были также минометы и другое оборонительное вооружение, но практически не установлены минные поля.
Целью канадцев была возвышенность западнее Крамениля и севернее Бретвиль-сюр-Лез, протянувшаяся в восточном направлении к Сен-Эньян-де-Краменилю, что означало проникновение на глубину примерно 6,5 км. Ожидалось, что задача будет выполнена до наступления дня, войска закрепятся на местности, а затем атака в южном направлении продолжится. Имевшиеся в наличии войска союзников состояли из 2-й канадской дивизии и 51-й британской дивизии хайлендеров (горцев), 2-й канадской танковой бригады и 33-й британской танковой бригады. Они были усилены частями уникальной британской 79-й танковой дивизии, в которую входили лотианский и йоменский танковые полки территориальной армии (минные тральщики), 22-й драгунский (минные тральщики), 141-я танковая часть («Крокодилы»), 79-й и 80-й штурмовые эскадроны, а также инженерный полк (AVRES). Канадская 2-я танковая дивизия и польская 1-я танковая дивизия могли поддержать наступление. В резерве находилась 3-я пехотная дивизия, усиленная частями 79-й танковой дивизии: 144-й танковой частью («Крокодилы»), 87-м штурмовым эскадроном, инженерным полком.
Восточнее Ла-Ог оборону удерживала 49-я дивизия, которую поддерживали 7-й и 9-й королевские танковые полки. Артиллерийская подготовка не предусматривалась. Вместо этого атаке должна была предшествовать ковровая бомбардировка с воздуха с использованием 641 тяжелого бомбардировщика по районам Мэй-сюр-Орн, Фонтенуале-Мармион и Ла-Ог – Секвиль 7 августа с 23.00. Поддержка истребителей-бомбардировщиков и огонь артиллерии обеспечивались по вызову. При проведении операции три артиллерийских полка 49-й британской пехотной дивизии были под общим командованием корпуса (в дополнение к двадцати четырем артиллерийским полкам корпуса).